Previous Entry Share Next Entry
5 августа 1942 года
0gnev
Красная звезда, смерть немецким оккупантам


"Красная звезда": 1943 год.
"Красная звезда": 1942 год.
"Красная звезда": 1941 год.



Д.Ортенберг, ответственный редактор "Красной звезды" в 1941-1943 гг.

В сводках Совинформбюро ничего утешительного: бои идут в районе Клетской, Цимлянской, Сальска и Кущевской. Сообщения наших корреспондентов и того хуже: оставлено Котельниково, прямая угроза нависла над Армавиром. Почти в каждом репортаже тревожные сигналы: «Противник все время подбрасывает резервы», «Численное превосходство на стороне врага». И даже рассказывая об успешных контратаках в районе Сальска, наш спецкор Черных указывает: «Однако положение на юге тяжелое...»

красноармеец  ВОВ, Красная Армия, смерть немецким оккупантам, убей немца

Более подробно обстановку на фронте я узнавал из «частных» писем корреспондентов. Вот что писал, например, Высокоостровский:

«Южнее Клетской бои идут недалеко от Дона. Но немцы пока не могут овладеть берегом. Серьезным стало вчера положение восточней Цимлянской. Немцы захватили Котельниково и распространяются на северо-восток... Думаю, что о Сталинграде могут заговорить во весь голос...»

В другом письме, полученном сегодня, он сообщает:

«Вчера произошел крупный танковый встречный бой в 70 км юго-западнее Сталинграда. Даю корреспонденцию, описывающую этот бой. Район, в котором произошел бой и где он еще продолжается, Информбюро называет районом Котельниково. Однако это уже на полпути от Котельникова до Сталинграда. Сообщаю для того, чтобы редакция смогла сориентироваться в случае смены названия района Информбюро...»

На этом же листке Высокоостровский нарисовал схему района боев.

Кстати, отвечая на мои упреки, почему запаздывает материал, корреспондент объяснил: «Каждый день даем информацию, но очень плохо со связью. Телеграф работает редко. Часто информация и даже оперативные документы штаба идут самолетом. Многие ваши телеграммы из Москвы тоже получаем самолетом в оригинале».

Теперь все понятно. Наши войска отступают, и вместе с ними передвигаются штаб фронта, управления, узел связи…

Исчез со страниц газеты Юго-Западный фронт. Мы-то знаем, в чем дело. 12 июля, после Харьковского сражения, он был расформирован. В связи с угрозой Сталинграду Ставка образовала Сталинградский фронт, но об этом в открытой печати сообщений нет. Все материалы, поступающие с нового фронта, пока обозначаем «Действующая армия» — так, как это было в первые месяцы войны. Вскоре, однако, в газете появится и название нового фронта.

Горькие, тревожные дни! Я покривил бы душой, если бы сказал, что никто не испытывал чувства растерянности. И все же в стране и армии ни на минуту не угасала вера, что мы выстоим. Широкие массы не знали и не могли знать все, что предпринимается Ставкой Верховного Главнокомандования, чтобы задержать, остановить врага. А в сообщениях Совинформбюро — только удручающие вести. «Красная звезда», считали мы, обязана была во весь голос сказать, что нельзя вешать голову, причем сказать честно, правдиво, не скрывая трудностей и опасностей, что надо крепить веру в наши силы, в мудрость и волю партии, в окончательную победу над врагом.

Здесь уместно привести слова Виктора Гюго: «Отчаяться — все равно что бежать с поля боя». Было горько, тревожно, но отчаяния не было! Было желание во что бы то ни стало устоять перед натиском врага, нанести ему такой удар, который подорвет его наступательные действия.

Илья Эренбург сказал об этом с огромной эмоциональной силой в статье «Помни!»: «Если кто-нибудь тебе скажет, что немец победит, плюнь ему в глаза: это трус, это человек, рожденный для рабства, это не человек — это немецкая пешка...»

* * *

Немецко-фашистские войска наступают, продвигаясь вперед к Сталинграду и Кавказу. Но каждый шаг стоит им больших потерь. В этих сражениях наши войска перемалывают живую силу и технику врага. Нет почти ни одного репортажа спецкоров, где бы об этом не шла речь. Вот, к примеру, сообщение Коротеева из Воронежа о разгроме 75-й немецкой дивизии. Он назвал цифры убитых немецких солдат и офицеров — свыше шести тысяч! Быть может, это число преувеличено. Но потери враг несет немалые.

А вот через день мы получили корреспонденцию спецкора Лильина, в которой даны подробности разгрома 75-й дивизии противника. Умелый маневр, мощная контратака, геройство и самоотверженность — вот что принесло успех нашим частям. О доблести советских воинов говорит хотя бы такой факт. Командир полка был дважды ранен, но не ушел с поля боя. Остался в строю и дважды раненный комиссар полка...

Да, каждый день сражений рождал героев. И не одиночек! Героизм был поистине массовым. Далеко не обо всех газета была в силах рассказать. Сообщали лишь о самом значительном и ярком.

В этой связи упомяну корреспонденцию Высокоостровского о подвиге воинов 33-й гвардейской дивизии, которой командует полковник А.Утвенко. Это имя уже было нам хорошо знакомо: оно не раз появлялось на страницах газеты. Полк, которым командовал Утвенко, отличился в августе 1941 года в Смоленском сражении. Отличился он и при разгроме войсками Жукова ельнинской группировки противника в том же году. Жуков заметил этого широкоплечего, круглолицего, с украинским говорком боевого офицера. Сразу же после Ельнинского сражения ему, тогда майору, было — через ступеньку — присвоено звание полковника, такое в армии бывало очень редко. А вскоре он был назначен командиром дивизии. С Утвенко мы с Симоновым вскоре встретимся в Сталинграде. А Симонов с ним подружится, впечатления от встреч с Утвенко он использует, работая над книгой «Дни и ночи». «...В последнее время я работал над романом о войне, — писал Симонов ему позже. — Должен тебе сказать, что в романе, хотя и нет прямых фотографий, но в значительной степени участвуешь ты и некоторые из твоей части, как прообразы героев романа...» А теперь Утвенко воюет в районе разъезда «74», на пути от Котельникова до Сталинграда. Воюет хорошо, инициативно, как говорится, с умом. Можно сказать, что эти бои тоже были немеркнущей страницей Сталинградской битвы.

* * *

В последние дни все чаще появляются сообщения о боевых действиях донских и кубанских казаков, об их стойкости, упорстве, отваге. Об этом, решили мы, надо рассказать подробнее. Срочно вызвали из Тулы Павла Трояновского, где он работал в 50-й армии Западного фронта. Разговор был короткий:

— Павел, вы долго еще собираетесь сидеть в Туле?

— Согласно приказу, — лукаво ответил он, сообразив сразу, к чему вопрос. — Сижу в Туле, а сам гляжу на юг.

— Вот как раз там вы нужны. Там хорошо воюют казаки. Поезжайте к ним и напишите. Через три дня жду первый материал.

Точно в назначенный срок пришла его корреспонденция о боевых действиях, правильнее сказать — о подвиге казачьей дивизии Тутаринова. Но мы напечатали не корреспонденцию, а передовую, в которую почти полностью вошел материал Трояновского. А сделано это было для того, чтобы придать большее значение тому примеру стойкости и упорства, которые являли собой боевые действия дивизии. Передовую мы так и назвали: «Пример упорной и стойкой борьбы». В ней говорилось:

«Дивизия, которой командует Тутаринов, оборонялась так, что временами трудно было понять, кто же наступает на этом участке фронта — казаки или немцы».

Заключалась передовица фразой:

«Боевой опыт наших передовых соединений учит: стойкость, порядок, железная дисциплина — вот подлинно непреодолимая преграда для врага».

Именно этого и требовал от армии приказ №227. И действия казаков были впечатляющим примером того, как надо его выполнять.

* * *

Очерки, которые привез Симонов, и были написаны о тех воинах, которые в дни наших неудач и поражений, в труднейшей обстановке показывали образец воинского умения, самоотверженности и, что особенно важно, стойкости. Писатель видел героев в деле на Дону. Правда, он скромно назвал привезенные материалы корреспонденциями, но это были глубокие, психологически точные очерки. Точные! В те дни это было особенно важно.

Первый из них, уже упоминавшийся, назывался «В Башкирской дивизии». Второй — «Воля командира» — опубликован в сегодняшнем номере. Это рассказ о подвиге лейтенанта Василия Козлова. Оказавшись в тылу врага со своим спешенным эскадроном в почти безвыходном положении, он пристроился позади немецкой цепи и бесшумно двигался за ней в высокой ржи. А когда приблизился к нашей передовой, Козлов скосил немецкую цепь пулеметом и почти без потерь вышел к своим.

В третьем очерке — «Единоборство», который он сегодня положил на мой стол, тоже необычайная история. В одном из полков Симонов встретил молодого алтайского парня из Ойрот-Туры, командира батареи 76-миллиметровых пушек лейтенанта Илью Шуклина. Сидел с ним за котелком супа из молодой картошки и подробно расспрашивал о том, как его батарея подбила во вчерашнем бою 14 немецких танков. Свои пушки он поставил на прямую наводку, а сам, сидя верхом на коне, корректировал огонь; писателю он объяснил, что выбрал такой «наблюдательный пункт» потому, что здесь, в степи, «сверху видней танки».

Прочел я очерк и хотел отправить в набор. Но Симонов придержал меня:

— Слушай! Шуклин молодой, замечательный и скромный парень. Беседовали мы с ним долго, и не только о бое, товарищах, но и вообще о жизни. Он попросил, если возможно, передать от него солдатский привет отцу и матери, а также девушке... Не возражаешь, если я вставлю это в корреспонденцию?

— А чего возражать? Ведь ты это делаешь не впервые…

Такой случай с Симоновым действительно был — в осажденной Одессе, куда он выезжал в командировку вместе с фоторепортером Яковом Халипом в августе прошлого года. Там они встретились с командиром батареи капитаном А.Деннинбургом. Во время беседы комбат сказал:

— Воюют три моих брата и сестра. Вся семья, можно сказать, на фронте.

И шутки ради обронил такую фразу:

— Вы, газетчики, все можете. Вот написали бы в газете: мол, так и так, воюет под Одессой командир Деннинбург и передает боевой привет родным и друзьям, особенно жене Таисии Федоровне и сыну Алексею…

Симонов выполнил эту просьбу — привел слова Деннинбурга в корреспонденции, добавив от себя: «И на его обветренном лице появляется застенчивая, грустная улыбка человека, давно не видевшего свою семью». У какого редактора поднялась бы рука вычеркнуть этот абзац? Не вычеркнул его я, хотя он как будто прямого отношения к обороне Одессы не имел. Много лет спустя мы узнали, что привет, посланный через газету из осажденной Одессы, все-таки дошел до жены артиллериста и доставил ей, а также сыну несказанную радость...

А теперь Симонов дописал и в этом донском очерке такие строки:

«А потом, задумавшись, он (Шуклин. — Д.О.) вдруг начинает вспоминать о событиях совсем недавних, не имеющих отношения к войне, — о матери и отце, живущих в далеком городе Ойрот-Тура, о товарищах-комсомольцах из города Ойрот-Тура, где он был членом бюро райкома комсомола, и о девушке Вале Некрасовой, которая уехала на Дальний Восток в военно-морской флот и последнее письмо прислала с дороги, из Новосибирска.

И мне хочется, чтобы, прочитав этот номер газеты, отец и мать Шуклина были горды своим сыном, чтобы комсомольцы Ойрот-Туры вспомнили своего товарища, на которого им нужно быть похожими, и чтобы девушка Валя Некрасова знала, что ее любит настоящий, хороший человек с верным глазом и крепкой рукой солдата».

Хорошо поработал Темин. К очерку «Единоборство» дано его фото. Подпись: «На Дону. Артиллеристы, уничтожившие 14 немецких танков. В первом ряду (слева направо): командир батареи лейтенант И.Шуклин, красноармейцы Ю.Каюмов, Н.Лончаков. Второй ряд: М.Панин, В.Шлонов и К.Вяткин». Очень симпатичные, совсем молодые ребята во главе со своим командиром с озорными мальчишескими глазами.



Через некоторое время редакция получила письмо начальника политотдела дивизии, в котором он с печалью сообщал, что герой симоновского очерка погиб... Горько было читать эту печальную весть.

А позже в газете появился Указ о присвоении гвардии старшему лейтенанту Шуклину Илье Захаровичу звания Героя Советского Союза. Сейчас я ознакомился с наградным листом на Шуклина. Читаю и вижу, что текст его взят из очерка Симонова. И, чтобы не было никаких сомнений в этом листе, так прямо и написано: «Подвиг тов. Шуклина описан в статье Симонова «Единоборство» («Красная звезда» от 9.8.1942 г.)».

Вот только не удалось узнать, почему все было сделано с опозданием на год. Впрочем, какое это имеет значение? Известно, что награды приходили к своим героям и через десятки лет...

* * *

С очерками в газете наступило прямо-таки половодье. Вот и Алексей Сурков с берегов Дона прислал очерк «Лицом к лицу» — об истребителе танков бронебойщике Иване Твердохлебове. Впрочем, это, пожалуй, необычная новелла о встрече нашего пехотинца с немецкими танками. Есть в тексте и красочно выписанный пейзаж, и колоритные диалоги, и суровая правда войны. Сурков смог так строго и взволнованно написать потому, что единоборство наших бронебойщиков с немецкими танками проходило у него на глазах. Именно в тот день поэт был в мотострелковом батальоне, сидел в окопе рядом с героями своего будущего сочинения. При нем происходил этот бой, писатель видел все от начала до конца. И талантливое, суровое в обнажении трудной истины перо поэта Алексея Суркова сработало и в этом случае великолепно.

* * *

Новый взрыв ненависти к фашистским извергам вызвали две публикации в нашей газете. Из Ленинграда Николай Тихонов прислал короткую корреспонденцию в сорок строк, которая была опубликована на первой полосе под заголовком «Рынок невольников». Что в ней?

«В Германию угоняют русских девушек, — пишет Тихонов. — Их продают там на невольничьих рынках. Ужасна судьба этих дочерей советского народа, попавших в немецкий полон.

Вот письмо, найденное у убитого под Ленинградом обер-ефрейтора 405-го пехотного полка 121-й дивизии Рудольфа Ламмерсмайера. Это письмо написано его матерью из местечка Лютте близ Эйнкерннрута: «Ты пишешь, что войной сыт по горло. Но мы питаем надежду, что когда-нибудь случится особенное. Ведь может же быть чудо. Вчера днем к нам прибежала Анна Лиза Ростерт. Она была сильно озлоблена. У них в свинарнике повесилась русская девка. Хотя Анна Лиза обрезала веревку, пульс у русской уже не бился. Она была мертва. Наши работницы-польки говорили, что фрау Ростерт все била и ругала русскую. Она прибыла сюда в апреле и все время ходила в слезах. Покончила с собой, вероятно, в минуту отчаяния. Мы успокоили фрау Ростерт. Можно ведь за недорогую цену приобрести новую русскую работницу».

И текст писателя: «Не нужно слов! Шапки долой перед трупом русской девушки, которая предпочла смерть рабству...»

А вчера утром мы получили от наших фронтовых корреспондентов письма из Германии, тоже найденные у убитых немецких солдат и офицеров. И тоже поражающие своим цинизмом.

«Кто бы подумал, Вилли, — писали на фронт жены гитлеровцев, — что такое животное, как наша украинка, умеет прекрасно шить». Или: «Удрали три литовца, но они уже заменены белорусами. Мы ничего не потеряем. Это даже дешевле. Прокормить этих белорусов можно очень дешево. Русские получают только хлеб из свеклы... К 1 марта нам дадут трех украинских девок для работы на огороде и двух девок для работы на дому. Будь спокоен, уж они поработают! Все, у кого уже работают русские, говорят, что в общем это недорогое удовольствие...»

Эти письма мы послали Алексею Толстому с сопроводительным письмом: «К Вам внеочередная просьба — сказать свое слово по поводу писем, выдержки из которых я Вам посылаю. Нужны всего лишь две-три страницы на машинке. Если можно — обязательно сегодня». Просьба внеочередная потому, что именно в эти дни Алексей Николаевич заканчивал знаменитые «Рассказы Ивана Сударева» для «Красной звезды» и отвлекать его, наверное, не следовало.

В тот же вечер Алексей Толстой прислал в редакцию две страницы, а сегодня их читают вся армия и страна. На второй день заметку перепечатала «Правда». Толстой писал:

«Прочтите эти письма, товарищи. Они найдены в карманах убитых немцев. Эти документы потрясают своим цинизмом. В них вы увидите страшную судьбу советских людей, насильно увезенных в подлую и темную Германию. От вас, от вашей стойкости, от вашего мужества и решимости разгромить врага зависит — будут ли бесноватые немки хлестать по щекам русских, украинских и белорусских женщин да кормить их одним хлебом из свеклы, как скотину»…

И заключительный абзац:

«Воин Красной Армии, закрой на минуту лицо своей рукой. Больно русскому читать эти немецкие строки. Штыком своим, омоченным в немецкой крови, зачеркни их.

Смерть рабовладельцам

Такой заголовок мы и дали статье Алексея Толстого.



* * *

# В.Коротеев. Бои в районе Воронежа // "Красная звезда" №171, 23 июля 1942 года
# М.Черных. Тяжелые бои на Юге // "Красная звезда" №181, 4 августа 1942 года
# И.Эренбург. Помни! // "Красная звезда" №189, 13 августа 1942 года
# Т.Лильин. На берегу Дона // "Красная звезда" №174, 26 июля 1942 года
# Пример упорной и стойкой борьбы // "Красная звезда" №184, 7 августа 1942 года
# К.Симонов. В башкирской дивизии // "Красная звезда" №178, 31 июля 1942 года
# К.Симонов. Воля командира // "Красная звезда" №182, 5 августа 1942 года
# К.Симонов. Единоборство // "Красная звезда" №186, 9 августа 1942 года
# К.Симонов. Я.Халип. Батарея под Одессой // "Красная звезда" №227, 26 сентября 1941 года
# А.Сурков. Лицом к лицу // "Красная звезда" №184, 7 августа 1942 года
# Н.Тихонов. Рынок невольников // "Красная звезда" №180, 2 августа 1942 года
# А.Толстой: Смерть рабовладельцам! // "Красная звезда" №182, 5 августа 1942 года

______________________________________________________________
Источник: Ортенберг Д.И. Год 1942. Рассказ-хроника. — М.: Политиздат, 1988. стр. 283-289

Posts from This Journal by “лето 1942” Tag

  • 25 июля 1942 года

    "Красная звезда": 1943 год. "Красная звезда": 1942 год. "Красная звезда": 1941 год. Д.Ортенберг, ответственный редактор "Красной…

  • Долг командира

    Немецкие захватчики напрягают все силы, чтобы пробиться еще дальше в глубь нашей страны. Упорные бои идут в районах Цымлянская, Новочеркасск. Долг…

  • Николай Тихонов. Ненависть

    «Бейтесь до последней капли крови, товарищи, держитесь за каждую пядь земли, будьте стойки до конца». ЛЕНИН. Николай Тихонов, " Красная…

  • Уничтожать вражескую авиацию!

    Немецко-фашистские войска продолжают рваться вперед. Юго-восточнее Ворошиловграда идут ожесточенные бои. Воины Красной Армии, не щадя своей крови…

  • Упорно защищать каждую позицию

    Надо упорно, до последней капли крови защищать каждую позицию, каждый метр советской территории, цепляться за каждый клочок советской земли и…

  • Я.Милецкий. "Пропавшие без вести"

    Немецко-фашистские войска продолжают рваться вперед. Юго-восточнее Ворошиловграда идут ожесточенные бои. Воины Красной Армии, не щадя своей крови…

  • 19 июля 1942 года

    "Красная звезда": 1943 год. "Красная звезда": 1942 год. "Красная звезда": 1941 год. Д.Ортенберг, ответственный редактор "Красной…

  • Илья Эренбург. Россошь

    Несмотря на огромные потери, озверелый враг рвется вперед. Центр грандиозной битвы переместился на юг. Выше стойкость! Немецко-фашистские войска…

  • Лицо врага

    «Исчезли благодушие и беспечность в отношении врага, которые имели место среди бойцов в первые месяцы отечественной войны. Зверства, грабежи и…


?

Log in