Ярослав Огнев (0gnev) wrote,
Ярослав Огнев
0gnev

Categories:

А.Покрышкин. Крылья истребителя

«Красная звезда», 10 сентября 1944 года, смерть немецким оккупантамА.Покрышкин || «Красная звезда» №216, 10 сентября 1944 года

СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: ПРИКАЗ ВЕРХОВНОГО ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕГО (1 стр.). От Советского Информбюро. — Оперативная сводка за 9 сентября (1 стр.). Подполковник Т.Мороз. — Артиллерия при прорыве обороны противника (2 стр.). Советские войска прекратили военные действия в Болгарии (2 стр.). Капитан М.Макухин. — Инициатива пехотного командира (2 стр.). Трижды Герой Советского Союза гвардии полковник А.И.Покрышкин. — Крылья истребителя. — 1. Перед войной (2 стр.). ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ. — Генерал—майор И.Фомиченко. — Командир и качество политической работы (3 стр.). В.Ардаматский. — Два миллиона радиописем (3 стр.). Веселые рассказы. — Виктор Финк. — Исчезновение Ренэ Прево (4 стр.).



# Все статьи за 10 сентября 1944 года.



1. Перед войной

«Сталинский сокол», 13 июня 1945 года

В боевой авиации существует термин — готовность номер один. Это значит, что летчик и его самолет находятся в полной боевой готовности и в любую минуту могут вступить в схватку с противником. Готовность номер один — характерная особенность всей жизни летчика-истребителя. Она предполагает внутреннюю мобилизацию всех умственных и физических сил летчика, остроту восприятия, накаленную до предела ненависть к врагу.

Готовность номер один — ведущая черта в боевой биографии того гвардейского истребительного полка, в котором я начал воздушную войну с немцами. Это мы особенно почувствовали, когда собрались в августе текущего года на свой полковой праздник — старые ветераны и молодые летчики. Полк был для нас родным домом: в нем на виду у товарищей прошли три года нашей военной жизни, из месяца в месяц формировался наш характер, оттачивалось летное мастерство, вырабатывался стиль воздушного боя.

Наш полк начинал войну на Пруте. За три года боев летчики полка уничтожили 540 немецких самолетов. В это число входит мой посильный вклад: 59 сбитых немцев, около 600 боевых вылетов. Личная летная жизнь каждого из нас тесно связана с жизнью полка. Здесь выросли и мои крылья — крылья советского летчика-истребителя. В своих записках мне хочется поделиться некоторыми мыслями о характере нашей воздушной тактики и о том опыте, который приобретен за годы войны.

Когда я говорю «мы», речь идет о молодом поколении тридцатых годов, начавшем свою активную жизнь в годы бурного социалистического строительства. Эта была эпоха смелых мыслей, дерзновенной мечты. Мне было семнадцать лет, когда великий летчик нашего времени Валерий Чкалов уже развернул свои крылья в полете. И на вопрос: кем быть? — я, подобно многим тысячам юношей, отвечал себе: летчиком-истребителем. Это было бесповоротное решение. Чкаловские крылья затмили предо мною весь мир. Я простился с родной Сибирью и уехал учиться в авиационную школу. Там меня ждало первое горькое разочарование: школа готовила авиационных техников. Мысль о том, что я не буду летать, страшно удручала. Начальник школы, повидимому, хорошо понимал мое настроение.

— Тебе обязательно надо быть таким, как Чкалов? — шутливо спросил он однажды.

— Обязательно, — угрюмо ответил я.

— Что мне с вами делать?! — разбушевался начальник. — Все вы обязательно хотите быть Чкаловыми, хотите летать. А кто же займется моторами?..

И меня оставили в технической школе. Должен признаться, что это пошло на пользу: за несколько лет я в совершенстве изучил материальную часть самолета. Регулярно два раза в год я подавал рапорты о командировании в летную школу. Но меня считали неплохим авиатехником и поэтому не отпускали.

Почему я так страстно стремился быть летчиком? И не просто летчиком, а именно летчиком истребительной авиации? Вспомним те годы. Горизонт был обложен тучами войны. Каждый должен был определить свое место в будущей войне. Понятие о реальной войне у нас, молодых людей, было очень смутное, но одно рисовалось ясно и твердо: борьба в воздухе открывает огромные возможности перед летчиком-истребителем. И я тренировал себя, закалял свою волю к будущим боям.

Летал на планерах, прыгал с парашютом, а в октябре 1937 года сделал первый полет по кругу на «У-2». Меня вывозил инструктор Краснодарского аэроклуба. Мы приземлились, и летчик сказал: «Вы хорошо чувствуете землю». После четырех «провозных» полетов инструктор вложил в кабину мешок с песком и дал мне старт для самостоятельного полета. Совершив 15 полетов в зону и отработав виражи, я сдал выпускной экзамен.

Однажды ночью ко мне ворвались друзья-авиатехники. Еще с порога они радостно закричали:

— Саша! Ты будешь истребителем...

Оказалось, что мой очередной рапорт прибыл с благоприятным ответом. Меня командировали в Качинскую летную школу. Соответствующие документы могли быть готовы только утром. Но не хотелось ждать утра. В одну минуту я собрался, ночью ушел на станцию и сел на ближайший поезд.



Вскоре наступили авиационные будни. В облачный день я взлетел с командиром эскадрильи. На летном поле было два посадочных «Т». Из-за дымки я перепутал свой посадочный знак, и только перед самой землей понял ошибку. Но вместо того, чтобы пойти на второй круг, резко развернулся и со скольжением приземлился у своего «Т». Это, быть может, и получилось лихо, но противоречило правилам летной службы. За нарушение инструкции командир сделал мне строгое внушение. Это был первый предметный урок порядка и дисциплины.

Меня хотели оставить в школе летчиком-инструктором. Но страстное желание быть летчиком-истребителем превозмогло все преграды, я видел перед собой один путь — в боевую истребительную авиацию. Какими качествами должен обладать летчик-истребитель? Что он должен развивать в себе, к чему стремиться? Ответа на эти вопросы я искал в жизни лучших русских и мировых летчиков, только записным книжкам доверяя свои мысли и думы. Образ Чкалова отвечал моим затаенным мечтам. Это был летчик с широким творческим кругозором. Он говорил: «Если бы я был такой, как все, то не летал бы так, как летаю». Мне по душе были его слова о летчике-истребителе. Да, летчик-истребитель, готовясь к будущим боям, должен стать таким, чтобы только самому сбивать неприятеля, а не быть сбитым. Для этого нужно основательно натренировать себя, закалить в себе уверенность, что будешь победителем. Победителем будет только тот, кто с уверенностью идет в бой.

Анализ полетов, поиски маневра — это те черты, которые характерны для передовых летчиков. С интересом вчитывался я в записки французского летчика-аса капитана Рэнэ Фонка «Мои воздушные бои», которые в то время печатались в «Красной звезде». И хотя тактика воздушных боев первой мировой войны была, по сравнению с нынешней тактикой, в младенческом состоянии, но некоторые мысли были полезны.

«Тот истребитель, — писал Рэнэ Фонк, — который не может в воздухе при встрече с одним или несколькими противниками абстрагироваться от угрожающей ему опасности и сохранять такое же хладнокровие, как на земле, который не может подмечать и использовать малейшее движение противника, при наличии удачи может даже добиться нескольких побед, но он никогда не будет настоящим истребителем и рано или поздно будет сбит».

Настоящему летчику-истребителю нельзя полагаться на слепой случай или удачу. Риск, интуиция, точный расчет должны составлять его искусство. Один из наших летчиков, рассказывая о встрече с противником, заметил: «План боя был решен мною в одну секунду». Я подчеркиваю слова: план боя. Стало быть, воздушный бой, который длится считанные секунды, должен иметь свой план. Всё, или почти всё искусство летчика-истребителя состоит в том, чтобы суметь в какие-то доли секунды продумать этот план и решить его в свою пользу.

В арсенале средств борьбы советского летчика большую роль играет его моральное состояние. Это один из решающих факторов в достижении успеха, что каждый из нас почувствовал в первые же дни войны с немцами. Для хорошего летчика знание техники — само собой разумеющаяся вещь. Но в воздушном бою, как и в наземном, участвуют не только чисто военные факторы, а еще факторы нравственного порядка. Эту нравственную силу трудно измерить на чашах весов борьбы. Но ее влияние — огромно.

В мирное время мы воспитывались на том, что советские летчики должны летать выше всех, дальше и быстрее. Многое было достигнуто в этом направлении. Но с первых же часов войны мы встретились в воздухе с сильным и коварным противником, который, используя момент внезапности, бросил против нас всю свою авиационную технику. Нам пришлось вступить в неравные бои. С болью в душе мы смотрели порою, как горят наши самолеты. Наши летчики до конца выполняли свой долг — многие из них шли на таран. В эти первые горькие дни войны именно моральное превосходство советских летчиков помогло нам выдержать страшный напор врага.

Каждый опытный летчик имеет свою отличительную манеру летать, вести бой. Черты того истребительного стиля, который культивировался в нашем полку, наиболее полно вырисовались в дни войны, над полем боя. Но истоки этого стиля надо искать в довоенных традициях нашей авиации. Будущие воздушные бойцы постепенно вырабатывали свои взгляды на бой.

У многих летчиков есть хорошая привычка: анализировать воздушный бой, раскладывать его на составные элементы, отмечать допущенные ошибки, искать зерно победы. В авиации существует своя методика боя, очень точная и ясная. Нужно очень хорошо освоить эту методику, чтобы с ее помощью видеть в жизни то, что ни в какие инструкции не укладывается. И я завел альбом полетов. Расчленял фигуры высшего пилотажа на чертежах, строил расчеты, как бы дополняя на бумаге то, что совершал в воздухе. Высший пилотаж не может быть самоцелью для летчика. Его красота и ценность не только во внешне блестящем выполнении фигур. Каждая фигура — это маневр в воздушном бою. Рисуя схемы, летчик как бы воспроизводит картины своих будущих воздушных боев.

Моими первыми товарищами по авиационному полку были Панкратов, Миронов и Соколов. Я приехал из Качи, еще нося на гимнастерке петлицы авиационного техника, и для этих старых летчиков-истребителей был как бы «чужой птицей». Они долго присматривались ко мне, а потом мы начали летать строем и сдружились.

Воздух роднит летчиков. Я сблизился с Соколовым. Он прекрасно пилотировал. У него можно было учиться искусству высшего пилотажа. Это был спокойный, хладнокровный летчик. Таким он был на земле и таким же, что особенно важно, в воздухе. В бою трудно было предугадать, какой он сейчас применит маневр. Соколов отличался одной особенностью: его атаки были резки и стремительны. Он как бы разом, одним ударом рубил противника.

Резкость воздушного маневра была для меня новым понятием о высшем пилотаже. Соколов умел плавно вести истребитель, но в решающий момент боя он мгновенно и резко бросался на «врага», подавляя его волю. Изучая эту манеру боя, я пришел к выводу: резкость удара получается у Соколова потому, что он обладает бо́льшим, чем противник, запасом рефлексии. Его реакция — более быстрая, она опережает реакцию противника.

Я стал тренировать себя в стиле Соколова, вырабатывать это новое качество — резкий удар в атаке. Придумывал всё новые и новые фигуры высшего пилотажа и вскоре вызвал своего учителя на учебный бой. Бился зло и напористо: схитрив, обманул его бдительность и молниеносным маневром зашел ему в хвост. Он вывернулся, но я снова оказался над ним, резко навалился, чуть не прижал его к земле.

После посадки он сказал одобрительно:

— Драться ты будешь.

Отзыв Соколова меня обрадовал. Пилотировал я уже прилично. Но ведь для воздушного боя еще недостаточно хорошо выполненного каскада фигур высшего пилотажа. Истоки победы — в сочетании маневра с огнем. А с огнем у меня в то время было слабовато. Тренировочные стрельбы по конусам не удавались: две-три пробоины в конусе мало устраивали. Это еще не был настоящий губительный огонь истребителя. Почему же так плохо обстоит дело с конусами? Я засел за расчеты. Пригодились давние занятия в вечернем рабочем университете. Требовалось найти правильное исходное положение для атаки в упор. Близкая дистанция открытия огня должна была дать успех.

В ближайший летный день я испытал свои расчеты на практике. Секрет состоял в следующем: найдя определенный угол подхода к конусу, я атаковывал его и нажимал на гашетки пулеметов в тот момент, когда по старой установившейся практике уже давно бы следовало отваливать в сторону. Для молодого летчика это было большим риском: при малейшей неточности вместо конуса я мог всю пулеметную очередь всадить в самолет-буксировщик. Когда мы приземлились, закончив стрельбу, летчик, буксировавший конус, возмутился:

— Что ты так прижимался? Ведь этак и убить можно...

Но меня не подвели ни глаз, ни рука. Я научился стрелять точно с короткой дистанции. Стрельба с таких дистанций соответствовала понятиям о ближнем воздушном бое.

...Начало весны сорок первого года застало меня на границе. Однажды ночью наш полк получил приказ быть в готовности номер один. А на рассвете раздалась команда: «В воздух!» Это был первый день войны. //Трижды Герой Советского Союза гвардии полковник А.Покрышкин.

★ ★ ★ (Продолжение следует).


***********************************************************************************************
Вчера в Кремле состоялось вручение орденов и медалей СССР. На снимке: Первый Заместитель Председателя Президиума Верховного Совета СССР тов. Н.М.Шверник и гвардии полковник А.И.Покрышкин, получивший третью медаль «Золотая Звезда».


Снимок С.Лоскутова.
«Красная звезда», 10 сентября 1944 года



Мастерство гвардейца Никитина

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 9 сентября. (По телеграфу от наш. корр.). Фашистский «королевский тигр» вылетел на гребень высоты, на обратном скате которой стояло орудие гвардейца Александра Никитина. Никитин сделал несколько выстрелов, но снаряды отскакивали от брони. Танк перевалил через гребень и, казалось, вот-вот всей своей тяжестью обрушится на орудие. Тогда Никитин прицелился в основание ствола пушки танка. Метко выпущенный снаряд срезал ствол по самую башню. Танк остановился.

В этот момент показался второй «тигр». Никитин не растерялся — он сперва ударил по гусеницам и разбил их, затем разбил пушку вражеского танка. Экипажи обоих «тигров» уничтожили наши пехотинцы.

☆ ☆ ☆

09.09.44: Ю.Яновский: Мы слышим вас! ("Известия", СССР)

08.09.44: А.Булгаков, B.Полторацкий: За колючей проволокой ("Известия", СССР)

06.09.44: И.Эренбург: Сестра Словакия ("Красная звезда", СССР)

05.09.44: И.Эренбург: Бельгия ("Красная звезда", СССР)

04.09.44: Новые блестящие победы советского оружия ("Правда", СССР)
04.09.44: Л.Огнев, В.Вавилов: Бухарестские встречи || «Правда» №213, 4 сентября 1944 года

02.09.44: Л.Славин: Из самого ада ("Известия", СССР)
02.09.44: Е.Кригер: В Бухаресте || «Известия» №209, 2 сентября 1944 года

01.09.44: К.Тараданкин: Утро 31 августа в Бухаресте ("Известия", СССР)


Август 1944 года:

31.08.44: В.Земляной: На пикировщике ("Красная звезда", СССР)

29.08.44: И.Эренбург: Париж ("Красная звезда", СССР)

27.08.44: Победа на Дунае ("Красная звезда", СССР)
27.08.44: Г.Миленин: Воздушное оружие ("Красная звезда", СССР)

25.08.44: В.Кожевников: Возмездие || «Правда» №204, 25 августа 1944 года

24.08.44: В.Полторацкий: В Карпатах ("Известия", СССР)
24.08.44: Слава передового артиллерийского завода ("Известия", СССР)

23.08.44: А.Софронов: Из фашистской неволи ("Известия", СССР)

21.08.44: Мужество и героизм советских воинов || «Правда» №201, 21 августа 1944 года
21.08.44: Г.Рыклин: Зеленый фрак || «Правда» №201, 21 августа 1944 года

20.08.44: К новым победам Сталинской авиации! ("Красная звезда", СССР)

19.08.44: И.Эренбург: Горе им! ("Красная звезда", СССР)

18.08.44: К ответу финских извергов! || «Правда» №198, 18 августа 1944 года
18.08.44: О злодеяниях финско-фашистских захватчиков на территории Карело-Финской ССР ("Правда", СССР)*

17.08.44: Старейший авиационный полк Красной Армии ("Красная звезда", СССР)

15.08.44: И.Эренбург: Судьба фирмы Пальм || «Красная звезда» №193, 15 августа 1944 года*
15.08.44: Обращение генерал-фельдмаршала Паулюса к немецкому народу ("Красная звезда", СССР)

14.08.44: Б.Полевой: Святая ненависть ("Правда", СССР)
14.08.44: Моральная сила советских людей || «Правда» №195, 14 августа 1944 года

12.08.44: О чем говорит Люблинский лагерь уничтожения ("Красная звезда", СССР)
12.08.44: К.Симонов: Лагерь уничтожения-3 || «Красная звезда» №191, 12 августа 1944 года
12.08.44: Б.Горбатов: Лагерь на Майданеке* || «Правда» №193, 12 августа 1944 года

11.08.44: К.Симонов: Лагерь уничтожения-2 ("Красная звезда", СССР)
11.08.44: Б.Горбатов: Лагерь на Майданеке || «Правда» №192, 11 августа 1944 года

10.08.44: К.Симонов: Лагерь уничтожения ("Красная звезда", СССР)

Газета «Красная Звезда» №216 (5896), 10 сентября 1944 года
Tags: 1944, газета «Красная звезда», осень 1944, сентябрь 1944, советская авиация
Subscribe

Posts from This Journal “советская авиация” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments