Ярослав Огнев (0gnev) wrote,
Ярослав Огнев
0gnev

Categories:

15 августа 1941 года

Красная звезда, 15 августа 1941 года, смерть немецким оккупантам


«Красная звезда»: 1943 год.
«Красная звезда»: 1942 год.
«Красная звезда»: 1941 год.



# Все статьи за 15 августа 1941 года.



Д.Ортенберг, ответственный редактор «Красной звезды» в 1941-1943 гг.

В газете напечатан разнообразный материал почти со всех фронтов Отечественной войны.

Получен репортаж «По приказу Главкома». Наши спецкоры сообщают, что главнокомандующий войсками западного направления маршал С.К.Тимошенко вызвал к себе капитанов Лосовского и Картавенко, подвел их к карте и показал рукой:

— Здесь нужны снаряды. Неприятель бомбит дороги, обстреливает их из дальнобойной артиллерии. Но снаряды надо подвезти...

Сквозь густой огонь, потеряв в пути несколько зажженных немцами машин, офицеры привели колонну грузовиков с боеприпасами в самые кризисные минуты боя и этим помогли выиграть бой. Главком высоко оценил подвиг Лосовского и Картавенко и тут же наградил их орденами Красного Знамени.

Напечатана также статья капитана Е.Мишука с юго-западного направления о ночных атаках его батальона. А остальной репортаж из района боев обозначен пресловутыми буквами и знаками «Щ», «N» и т. п. Никак нельзя было привыкнуть к этим условным обозначениям. Но ничего не поделаешь, они, эти буквы и номера, прочно обосновались на газетных полосах.

* * *

«Гвоздем» номера является, несомненно, статья генерал-лейтенанта, будущего маршала А.И.Еременко «Месяц упорных боев под Смоленском». Она даже объемом подавляет все остальное — заняла в газете полполосы. Хотя главное, разумеется, не в объеме. Главное — в злободневности темы.

«Красная звезда», 15 августа 1941 года

Только вчера Совинформбюро сообщало: «Несколько дней тому назад наши войска оставили город Смоленск». Сообщение, конечно, запоздалое. Из Смоленска наши войска ушли не вчера. Немцам удалось еще 15 июля захватить там железнодорожный мост через Днепр, а на второй день овладеть городом. С потерей такой серьезной водной преграды, как Днепр, и такого важного стратегического пункта, как Смоленск, резко возрастала угроза прорыва немецко-фашистских войск к Москве. Поэтому делалось все, чтобы вернуть Смоленск и задержать гитлеровцев на днепровских рубежах. В частности, 27 июля предпринимался довольно мощный контрудар силами 16-й армии. В результате был захвачен смоленский вокзал. Но ненадолго.

Маршал Василевский потом напишет: «Смоленское сражение продолжалось два месяца и включало в себя целую серию ожесточенных операций, проходивших с переменным успехом для обеих сторон...»

А в ту пору, понятно, никто из нас не мог знать, сколько оно продлится и чем будет завершено. Однако миновал месяц, и уже стало ясно, что это одно из самых больших сражений начального периода войны. Впервые здесь удалось остановить немецкое наступление на сплошном и относительно широком фронте.

Естественным было наше стремление рассказать об этом сражении. Тем более что берлинская печать подняла трезвон, будто оно уже выиграно Гитлером.

Мы связались с нашим корреспондентом по Западному фронту Зигмундом Хиреном и поручили написать статью о Смоленской битве. Да как можно быстрее!

Опытный газетчик встретился с генералом А.И.Еременко и попросил его выступить в газете с такой статьей. Андрей Иванович согласился. Незамедлительно поручил операторам и разведчикам выбрать из оперативных и разведывательных сводок все, что касается боев за Смоленск, подготовить данные о потерях с той и другой стороны, трофейные документы, протоколы допроса пленных. При участии Хирена вся эта кропотливая работа была проделана очень быстро. Еременко писал статью урывками в течение двух дней. 14 августа она поступила в редакцию, а 15-го появилась в газете.

«Тридцать суток длятся бои на смоленском и невельском направлениях, — писал генерал. — Они свидетельствуют о решающих переменах в положении воюющих сторон... Немцы целый месяц вели наступление, бросаясь с одного участка на другой, и нередко вынуждены были, понеся большие потери, переходить к обороне под ударами частей Красной Армии... Уже это одно показывает, что расчеты фашистов на молниеносную войну потерпели крах, что у немцев иссякает наступательный порыв. Заранее заготовленные догмы войны против Советского Союза пришли в явную негодность».

Автор приводит характерную выдержку из приказа немецкого командования: «2-я танковая группа без остановки продвигается в район Смоленска и путем уничтожения русских войск, действующих по эту сторону Днепра, откроет путь в Москву... Решающее значение будет иметь наступление с полным введением в действие моторов. Невзирая на угрозы с флангов, без передышки и отдыха, в дневных и ночных боях продвигаться, насколько позволит запас горючего».

Но не тут-то было. Все эти «заранее заготовленные догмы» действительно полетели вверх тормашками. Андрей Иванович назвал цифры немецких потерь в танках, самолетах, людях. Рассказал о вынужденных изменениях в тактике противника, о заметных переменах в настроении фашистских солдат и офицеров. Вот, например, одно из донесений командира вражеского батальона: «За последние четыре дня положение стало напряженным. Необходимо пополнение. Сообщаю о потерях в эти дни... Боеспособность — трагическая... Эта напряженная обстановка привела к тому, что батальон можно заставить идти в наступление только принудительно, силой оружия...»

Андрей Иванович отмечает стойкость и мужество советских воинов, сражающихся под Смоленском: «Раненые не уходят с поля боя и, цепко держа в своих руках оружие, до последней капли крови бьются с фашистами...»

«Среди наших командиров, — продолжает Андрей Иванович, — мне довелось встретить сыновей героев гражданской войны. Они не уступают отцам в героизме. На одной батарее, громившей немцев прямой наводкой, я встретил капитана — сына легендарного Чапаева. На этом же участке фронта я видел сына Пархоменко — старшего лейтенанта, который храбростью напомнил отца. Изумительный пример подлинного героизма и преданности Родине показал в боях под Витебском командир батареи Яков Джугашвили. В ожесточенном бою он до последнего снаряда не оставлял своего боевого поста...»

Перечитывая эту статью теперь, вижу, что совершенно преждевременно было в ту пору утверждать, будто «у немцев иссякает наступательный порыв». Если бы это произошло в августе, не оказались бы они в ноябре в московских пригородах. И о «решающих переменах в положении воюющих сторон» говорить было рано. Ведь в том же номере газеты публиковалось сообщение о захвате врагом Кировограда и Первомайска. А утром я узнал в Генштабе и другие печальные новости: сданы Гомель и Кривой Рог, враг приближался к Херсону и Новгороду...

Но преждевременные оптимистические прогнозы появлялись не только на страницах нашей газеты, а и в официальных документах первого полугодия войны. Конечно, с вышки времени легче судить, что было правильно, а что — нет. Но тогда... Понятно, что это и нас, редакторов, подстегивало к излишне оптимистическим оценкам положения на фронте.

Но, чтобы справедливо оценить выступление генерала Еременко, надо сказать, что он не преуменьшал опасности, звал к напряжению всех сил в борьбе с врагом. «Немцы упорствуют, напрягают все свои силы, снова подбрасывают резервы... Упорные бои не прекращаются... По-прежнему идет яростная борьба за каждую пядь советской земли...»

Такова была концовка статьи «Месяц упорных боев под Смоленском». Главное же, самое важное в этой статье — мысль о провале расчетов Гитлера на молниеносную войну. Следует напомнить о резонансе, вызванном этой статьей, не только у нас в стране, но и в союзных с нами и нейтральных странах. Там ее перепечатали многие влиятельные газеты, передавали по радио. У миллионов наших зарубежных друзей она укрепила веру в силу Советского государства и Красной Армии, в нашу способность отстоять Родину.

Еременко мне говорил, что ему звонил Сталин и одобрительно отозвался о его выступлении в «Красной звезде».

* * *

В газете за 15 августа была и другая публикация, которая не могла не обратить на себя внимания читателей, — большой трехколонный снимок. На полянке, у самолетов, замаскированных еловыми ветками, полукругом расположилась большая группа молодых парней в пилотках. Кто сидя, кто полулежа, а кто и стоя «окружили» грузного, широкоплечего человека в берете, хорошо знакомого всему миру. Он сидит в центре этой группы, по-восточному поджав под себя ноги, с записной книжкой в руках. Под снимком подпись: «Председатель Всеславянского митинга в г. Москве А.Н.Толстой беседует с бойцами и командирами N-й авиачасти».

«Красная звезда», 15 августа 1941 года

У этого снимка и краткого репортажа о встрече писателя с летчиками — своя предыстория.

Накануне Алексей Толстой был в редакции. Как обычно, за чашкою чая шел разговор о наиболее значительных событиях дня. Алексей Николаевич рассказал мне о только что закончившемся Всеславянском митинге, где он председательствовал. Я же объяснил ему обстановку на фронтах и, в частности, рассказал об успехах и неудачах нашей авиации. Коснулись воздушных таранов. Толстой преклонялся перед мужеством и самопожертвованием наших летчиков, отваживающихся таранить противника, восхищался не только «соколиной их удалью», а и профессиональным искусством.

— Ведь этому делу их не учили, — говорил он. — Героизм героизмом, но какие нужны точность, расчет, выдержка! Как это получается?

— Знаете что, — сказал я, — как раз перед вашим приходом мне сообщили о летчике из подмосковного истребительного полка Викторе Киселеве. Он вчера таранил немецкий бомбардировщик. Если хотите, мы вас отвезем в полк. Здесь — недалеко. Там и узнаете, как все это происходит. И, может быть, напишете. А при встрече с летчиками заодно расскажете им о Всеславянском митинге.

Алексей Николаевич с энтузиазмом принял мое предложение. Тут же при нем я позвонил комиссару полка. Тот ответил, что с радостью встретят писателя. Мы усадили Толстого в редакционную машину и в сопровождении репортера Дмитрия Медведовского и фоторепортеров Сергея Лоскутова и Якова Халипа отправили в полк.

И вот все собрались на зеленом поле аэродрома. Летчики с глубоким интересом слушали Алексея Толстого. А потом Алексей Николаевич сам слушал их рассказы о боевых делах. До этого ему не раз доводилось наблюдать стремительные атаки стражей московского неба и даже писать о них. Но тогда это были для него безымянные герои. А вот сейчас он увидел их рядом с собой, услышал живые голоса.

Беседа Толстого с Виктором Киселевым продолжалась более часа. Этот смуглый от солнца и ветра парень сидел за столом, сколоченным из грубых досок, застенчиво поглядывал на писателя своими серыми веселыми глазами и рассказывал ему «все, как было». Притом вроде бы оправдывался: сбить-то, мол, фашиста сбил, но малость погорячился, не рассчитал — свой самолет тоже «угробил» и сам еле успел выпрыгнуть с парашютом. Киселев был убежден, что, тараня противника, можно сохранить свою машину.

— Получилось не как хотел, — сожалел он. — Практики не было. А тут еще пробило мне масляный бак и радиатор; мотор вот-вот должен был заклиниться. Ну, конечно, и азарт. Не хотелось упустить наглеца, а патроны-то у меня уже кончились. Подхожу к нему снизу, чтобы царапнуть винтом по хвостовому оперению. Рассчитать это можно правильно. Так, чтобы только чуть-чуть задеть кончиками винта. Да ведь струя масла залила у меня козырек, плохо вижу. К тому же воздушной струей от его винта бросило мою машину кверху. Тут я и погорячился. Таранил сверху, врезался ему в левый бок...

Алексей Николаевич записал слово в слово все, что рассказывал ему летчик. Постарался успокоить его, все еще терзаемого «промашкой». Прощаясь, спросил: можно ли все то, что рассказал ему Киселев с такою откровенностью, напечатать в газете?

— А чего же нельзя? Другим польза будет, — деловито рассудил его собеседник.

На память о встрече летчик подарил Толстому найденный в сбитом немецком бомбардировщике портсигар-зажигалку с секретом и на листке бумаги написал: «Вам, Алексей Николаевич, в мой знаменательный день. Л-т Киселев». Толстой долго крутил-вертел этот подарок в руках — никак не мог разгадать его секрет. Попытался открыть портсигар кто-то еще, но и у него ничего не получилось.

— Дайте-ка сюда, — попросил Киселев и показал, как надо обращаться с его подарком.

— А ларчик-то, оказывается, просто открывается, — рассмеялся Алексей Николаевич. И стал открывать и закрывать портсигар.

Вечером Толстой опять был у меня. Делясь впечатлениями о поездке, все повторял:

— Какие люди!.. Какие люди!..

— А как насчет статьи о таране? — перевел я разговор на деловую почву.

— Статью напишу. Киселев много интересного рассказал, но его случай не классический. Есть у меня еще рассказ другого летчика, Катрича. Он тоже срезал бомбардировщик противника и свой самолет сохранил. Я и о нем напишу. Постараюсь как можно скорее — дня через два-три.

А на второй день положил мне на стол страничек восемь текста с готовым заголовком — «Таран»...

«Красная звезда», 16 августа 1941 года



* * *

# 3.Хирен. Я.Милецкий. По приказу Главкома // «Красная звезда» №191, 15 августа 1941 года
# А.Еременко. Месяц упорных боев под Смоленском // «Красная звезда» №191, 15 августа 1941 года
# А.Толстой. Славяне об'единяются для борьбы и победы // «Красная звезда» №191, 15 августа 1941 года
# А.Толстой. Таран // «Красная звезда» №192, 16 августа 1941 года

____________________________________________
**Источник: Ортенберг Д.И. Июнь — декабрь сорок первого: Рассказ-хроника. — М.: «Советский писатель», 1984. стр. 98-103
Tags: Давид Ортенберг, август 1941, газета «Красная звезда», лето 1941
Subscribe

Posts from This Journal “Давид Ортенберг” Tag

  • 31 июля 1941 года

    «Красная звезда»: 1943 год. «Красная звезда»: 1942 год. «Красная звезда»: 1941 год. # Все статьи за 31 июля 1941 года.…

  • 27 июля 1941 года

    «Красная звезда»: 1943 год. «Красная звезда»: 1942 год. «Красная звезда»: 1941 год. # Все статьи за 27 июля 1941 года.…

  • 25 июля 1941 года

    «Красная звезда»: 1943 год. «Красная звезда»: 1942 год. «Красная звезда»: 1941 год. # Все статьи за 25 июля 1941 года.…

  • 9 июня 1943 года

    «Красная звезда»: 1943 год. «Красная звезда»: 1942 год. «Красная звезда»: 1941 год. # Все статьи за 9 июня 1943 года.…

  • 14 апреля 1942 года

    «Красная звезда»: 1943 год. «Красная звезда»: 1942 год. «Красная звезда»: 1941 год. # Все статьи за 14 апреля 1942 года.…

  • 22 августа 1941 года

    «Красная звезда»: 1943 год. «Красная звезда»: 1942 год. «Красная звезда»: 1941 год. # Все статьи за 22 августа 1941 года.…

  • 30 августа 1941 года

    «Красная звезда»: 1943 год. «Красная звезда»: 1942 год. «Красная звезда»: 1941 год. # Все статьи за 30 августа 1941 года.…

  • 29 декабря 1941 года

    «Красная звезда»: 1943 год. «Красная звезда»: 1942 год. «Красная звезда»: 1941 год. # Все статьи за 29 декабря 1941 года.…

  • 30 мая 1943 года

    "Красная звезда": 1943 год. "Красная звезда": 1942 год. "Красная звезда": 1941 год. # Все статьи за 30 мая 1943 года.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment