?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Продавцы народной крови
0gnev
газета «Правда», 24 января 1937 годаД.Осипов ||"Правда" №23, 24 января 1937 года

ВЧЕРА НАЧАЛСЯ СУД НАД АНТИСОВЕТСКИМ ТРОЦКИСТСКИМ ЦЕНТРОМ. После оглашения обвинительного заключения подсудимые признали себя виновными в пред’явленных им обвинениях. Допрошенный первым, подсудимый Пятаков дал показания о вредительской и шпионской деятельности антисоветского троцкистского центра, действовавшего по прямым указаниям Троцкого. Подсудимый Пятаков показал, что Троцкий и участники антисоветского центра добивались захвата власти при помощи иностранных государств с целью восстановления в СССР капиталистических отношений.



# Все статьи за 24 января 1937 года.



ИЗ ЗАЛА СУДА

«Правда», 24 января 1937 года

Председатель Военной Коллегии Верховного Суда СССР не раз напоминал подсудимым, что нельзя в открытом заседании называть имена официальных представителей иностранных правительств. Для этого будет закрытое заседание. И это, повидимому, довольно громкие имена.

Уже первый день процесса, уже допрос одного только Пятакова, показал с совершенной ясностью, что виднейшие политические деятели Германии и Японии отнюдь не гнушались встреч и разговоров с Троцким. Напротив, между ними был налажен постоянный и явно дружеский контакт. Дом Троцкого в Осло и его берлинское отделение были лавочкой по распродаже Советского Союза. Матерые фашисты и разведчики заходили в это торговое заведение Троцкого, Пятакова и К° и вели коммерческие переговоры о частях советской земли и о крови советского народа.

Троцкий, Пятаков, Радек и К° охотно уступали германскому фашизму Украину, японскому империализму — Приморье и Приамурье. Их торговые операции означали только одно: полную готовность сделать все, что от них потребует германский фашизм. Они были его покорными слугами, его холопами, его ревностными агентами. Им не жаль было распродавать по частям советскую землю, потому что эта земля была им совершенно чужда. Более того: она была им ненавистна, потому что она извергла Троцкого и троцкизм.

Лавочка в Осло торговала кровью советского народа, его социалистическим достоянием, — и в точности выполняя заказ японского и германского клиентов, Пятаков, Радек, Сокольников и прочие убивали русских рабочих, взрывали шахты и цеха химических заводов. И эти факты — кровь советского народа, разрушение заводов Троцкий пред’являл своим заказчикам как свидетельство своей верности. Он не уставал требовать большего: больше крови рабочих, больше трупов, больше развалин! Троцкий пытался построить свою фашистскую карьеру на несчастии, на бедствиях миллионов, для этого он настаивал на ускорении войны, разжигал войну, — и его подпирали, с одной стороны, его верные помощники в Советском Союзе — Пятаков. Радек, Сокольников, а, с другой стороны, его хозяева и покровители — германские и японские генералы, начальники охранок, обер-шпионы.

Вот эта отвратительная картина развернулась в первом заседании суда. Она нарисована точными показаниями Пятакова, Радека и других. От этой картины никому не удастся отделаться голословным отрицанием. И на этой картине сплелись в один клубок представители Германии и Японии вместе с Троцким и троцкистами. Никогда еще международный политический разврат не носил такой грязной формы!

Раскрыта и как помойная яма разит внешняя политика германского фашизма. Он не гнушается ничем. Он одинаково пригревает русских белогвардейцев, украинских махровых националистов, гетманцев, петлюровцев — и вместе с ними троцкистов. Заправил германского фашизма нисколько не смущает неарийское происхождение Троцкого. Он — свой человек в Берлине. Агенты Гестапо услужливо предоставляют в распоряжение Пятакова фальшивый паспорт, визы, аэроплан, когда надо наладить свидание Пятакова с Троцким. И Пятаков, который официально является советским гражданином и видным советским работником, совершает перелет из Берлина в Осло и обратно с такой легкостью, как если бы он был личным другом Гесса. Но ведь так оно и есть: Троцкий близок к Гессу.

У Троцкого и Пятакова и у руководителей германского фашизма — общий язык. И словно для того, чтобы подтвердить разоблачения на процессе в Москве о распродаже советской земли и об «уступке» Украины, газеты «Фелькишер беобахтер» и «Ангрифф» печатают вчера статьи об отторжении Украины от Советского Союза и об об'явлении ее «независимости».

На скамьях подсудимых сидят грязные агенты германской и японской разведок. Напрасно стали бы они рядиться в плащи политических деятелей, противопоставляя себя буржуазным контрреволюционерам или стараясь в каком-нибудь отношении провести грань между ними и собой. Они всей душой стояли и стоят за капитализм. Они ненавидели и ненавидят социализм, советскую страну, рабочий класс, колхозное крестьянство. Рабочие и крестьяне — это для них даже не люди, а только «об'екты», по выражению Радека. Они цинично примеряли, сколько «об'ектов» погибнет при взрыве, при отравлении, при террористическом акте.

Они засыпались и провалились — эти агенты фашистских разведок, шпионы и диверсанты. Велико их разочарование и раздражение. Его не может скрыть Радек: бешеная злоба в каждом его слове! Пятаков пытается прикрыть эти чувства под маской надломленности и покорности. Он называет свои действия «преступными», но как вяло, безжизненно, фальшиво звучат эти слова в устах человека, для которого советская страна, ее народы, ее строительство, ее радость, ее жизнь — это все чужое, враждебное. Все подсудимые относились к советской стране, как мы относимся к фашистской Германии. Хуже! Нам близок народ Германии, ненавистны ее господствующие классы. А этим фашистским убийцам ненавистен весь Советский Союз, от верхов до низов его, от руководителей до рядовых колхозников.

На процессе троцкистско-зиновьевского центра казалось, что мера человеческой гнусности превзойдена, что ничего гаже и подлее не может быть. Но в растленности своей Пятаков и Радек оставляют за собой даже сгнивших заживо преступников предыдущего процесса. // Д.Осипов.


*********************************************************************************************************************
ПРОЦЕСС АНТИСОВЕТСКОГО ТРОЦКИСТСКОГО ЦЕНТРА
Что мы слышали на процессе

* * *

КАРТИНА ОТВРАТИТЕЛЬНОГО ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ПАДЕНИЯ


Каким поразительным контрастом встают передо мной два зала. В одном — перед белой статуей Ленина тысячи радостно взволнованных лиц делегатов Чрезвычайного VIII Всесоюзного и XVII Всероссийского С’езда Советов. Это — миллионы трудящихся нашей социалистической родины через своих делегатов закрепляли великие победы социализма, выражали свою пламенную любовь и благодарность товарищу Сталину и его лучшим ученикам и соратникам. Сколько в этом зале было новых людей, поднявшихся на сияющие высоты ленинско-сталинского социалистического гуманизма! Сколько настоящего, высокого человеческого героизма, красоты и силы, лучших мыслей и чувств человека!

И другой зал, в котором Военная Коллегия Верховного Суда СССР рассматривает дело гнусных предателей, злейших врагов нашей родины. Их ничтожная кучка, но сколько в ней самого низкого предательства, самой отвратительной подлости.

Первым дает свои показания бывший заместитель народного комиссара тяжелой промышленности Пятаков. И перед слушателями развертывается целая, тонко задуманная система гнусного злодейства и картина такого отвратительного человеческого падения, которое превосходит всякое воображение.

Так называемый «запасный» центр троцкистов, который составляли Пятаков, Радек, Сокольников, Серебряков, скоро переходит на положение действующего. Они готовили нож в спину нашей родине и ее самым лучшим, самым дорогим людям. Они успели совершить ряд вредительских и диверсионных актов, которые сопровождались гибелью рабочих и красноармейцев. По собственному признанию Пятакова, Радека и других они действовали по прямым директивам злейшего врага Советского Союза Троцкого. Они стремились, по их выражению, «всеми мерами убрать с дороги Сталина и его соратников» и свергнуть советское правительство при помощи иностранной военной силы. Они готовили нашей родине участь Испании и вошли для этой цели в официальные переговоры с представителями германских фашистов и японской военщины. Они уже торговали советской землей и ее богатствами, отдавали Украину, Дальневосточное Приморье. Они договаривались, как лучше, вернее посадить на шею наших рабочих и колхозников иностранных капиталистов.

Как отдельная частность обратила мое внимание наглая развязность, с которой Радек подчеркивал свои таланты старого конспиратора, которые он использовал против нашей страны.

Преступления этой кучки людей носят настолько чудовищный характер, что они сами поставили себя вне всякого человеческого закона, вне человечества. И по отношению к ним возможна лишь одна мера — уничтожить. // Акад. Б.А.КЕЛЛЕР (делегат XVII Всероссийского С’езда Советов).


ОНИ ХОТЕЛИ РАСПРОДАТЬ НАШУ РОДИНУ

Я просидел весь день в зале суда.

Очень волновался, когда вся эта банда, все эти гады выползли наружу. Сморщенные, противные. Так это они мечтали о том, как бы распродать нашу прекрасную родину немецким и японским фашистам, а самим рассесться, как чучелам на троне! Это они вместе с гнусным фашистом Троцким готовили смерть руководителям нашей партии и нашего правительства. И эти убийцы, подленькие, ничтожные душонки, калечили, травили рабочих, готовились потопить в крови весь наш рабочий класс, весь трудовой народ.

Изменник и подлец Пятаков рассказывал, как жгли заводы, вредительствовали в коксохимической и цветной промышленности. И чем больше разматывались гнусные планы троцкистов, тем тяжелее было усидеть на месте, хотелось вскочить и прикончить этих мироедов, гадюк.

В свое время я немало расстрелял своей рукой белогвардейцев-офицеров в Ярославле. Так и теперь рука бы не дрогнула — перестрелять всю эту троцкистскую нечисть. Я слушал то, что говорили помещики и предатели родины, смотрел на их звериные морды, а душа т больше наполнялась гордостью за то, что несмотря на безмерные преступления изменников, родина наша бодро глядит вперед, народ богатеет, промышленность крепнет на зависть и страх фашистам. Когда я вернулся из суда на завод, увидел, как торопливо бегут на митинги рабочие и будто гнев миллионов людей полыхает над землей, стало легче на сердце. Нет, никогда не бывать фашистам на нашей земле, никогда не сбыться планам и надеждам их агента Троцкого. Безмерна сила советского рабочего. Как сталь, крепка наша партия.

Я работаю на заводе с 1908 года. В 1930 году правительство наградило его орденом Трудового Красного Знамени. И за наш завод, за нашу родину стальным молотом мы размозжим голову всем гадам и ядовитым паукам, которые осмелятся посягнуть на нашу свободу, на нашу партию, на наших вождей. // А.К.Гладышев (орденоносец, рабочий московского завода «Серп и молот»).


Преступления, от которых холодеет кровь в жилах

Я был делегатом XVII Всероссийского С езда Советов. Я пережил вместе со всеми делегатами этого исторического С'езда, вместе со всей страной дни огромного под'ема, невыразимую радость и счастье за успехи нашей страны, гордость за нашу великую родину, пришедшую под руководством коммунистической партии и товарища Сталина к полной победе социализма.

В моих ушах еще звучат отголоски бодрых речей делегатов, представителей ранее угнетенных национальностей, завоевавших свою свободу, независимость, культуру, материальное благосостояние под животворящими лучами советского солнца. В моих ушах еще стоит гул рукоплесканий и оваций, которыми было встречено появление в зале товарища Сталина, появление в президиуме его славных соратников, руководителей партии и правительства.

Я еще весь нахожусь под незабываемым впечатлением утверждения Советской Конституции, подведшей славный итог нашим великим победам и завоеваниям.

И вот я вхожу в этот зал Дома союзов и словно попадаю в какое-то мрачное подземелье. Этих людей я раньше лично почти не знал. Многих из них я знал по портретам, читал их статьи и речи. И теперь самый вид этих людей, которым, казалось бы, и места не должно было быть на нашей земле, производит на меня тяжелое, гнетущее впечатление.

Я, старый кадровый рабочий, переживший вместе со всей страной, со всем рабочим классом все перипетии революции, от самых неимоверных трудностей до наших светлых дней, слушаю слова обвинительного заключения, и меня охватывает чувство величайшего раздражения, гнева и ненависти к этим людям, которых и людьми назвать нельзя.

— Ведь это же бандиты, — говорю я сам себе, — это изверги рода человеческого. Других слов я не нахожу для них.

И когда суд переходит к допросу подсудимых, меня охватывает чувство раздражения от наглости этих господ, от их развязности, от их хладнокровия закоренелых убийц и уголовных преступников.

Надо было послушать, с каким хладнокровием, каким гладким, отчеканенным литературным языком рассказывал Пятаков о самых гнусных преступлениях, от которых кровь холодеет в жилах! С каким наглым спокойствием подают свои реплики Сокольников и Радек! Так могут говорить только люди, потерявшие всякий человеческий облик.

Собственно говоря, уже первый день процесса подтвердил все данные обвинительного заключения. Мы имеем дело с шайкой закоренелых преступников, законченных злодеев. Их дело не прошло и не пройдет никогда. Мы вырвем с корнем эту троцкистскую мразь и очистим от нее нашу прекрасную землю. // Николай Крупчатников (рабочий-токарь московского завода им. Менжинского, делегат XVII Всероссийского С'езда Советов.

_________________________________________
Подлейшие из подлых || «Правда» №23, 24 января 1937 года
П.Павленко: Торговцы смертью || «Правда» №23, 24 января 1937 года
А.Толстой: За родину! За Сталина! || «Правда» №355, 25 декабря 1939 года
«Советский Союз — самая интересная страна на земном шаре» || «Правда» №192, 14 июля 1938 года

Газета "Правда" №23 (6989), 24 января 1937 года