?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Торговцы родиной
0gnev
газета «Правда», 25 января 1937 года"Правда" №24, 25 января 1937 года

Вчера Верховный Суд допросил подсудимых Радека, Сокольникова и Серебрякова» Предстала картина гнуснейшей измены, сговора с представителями фашистских государств, террора и диверсий, совершенных подлыми врагами народа. По всей стране идет грозная волна народного гнева. Трудящиеся СССР, крепче сплачиваясь вокруг большевистской партии и советского правительства, шлют проклятья презренной банде Иуды-Троцкого. Стереть с лица земли гнусных наемных псов фашизма — таково требование великого народа.



# Все статьи за 25 января 1937 года.



«Правда», 25 января 1937 года

На скамье подсудимых в Октябрьском зале Дома союзов сидит группа подлых изменников родины. Бесстрастным, деревянным голосом профессора по кафедре вредительства дает показания Пятаков. Его сменяет циничный, нагло-развязный Радек. Из уст предателей сочится, как гной, жуткий рассказ об их торговле родиной.

Трудно найти в истории человечества подобные примеры циничного, подлого предательства своей страны. Талейраны, менявшие, как перчатки, одних буржуазных хозяев на других, — малые дети по сравнению с троцкистами. Версальцы, пользовавшиеся косвенной помощью немцев, чтобы раздавить Парижскую Коммуну, выглядят щенками по сравнению с этой стаей злобных, одичавших троцкистских волков. Колчак, Деникин, Юденич, — и те имели какую-то свою «белую идею» родины, мечту о «единой и неделимой» помещичье-капиталистической России, управляемой штыком и нагайкой генеральской диктатуры. Даже у фашистов — и у тех есть свой, фашистский национализм. Но ниже их всех скатились в чудовищном предательстве своей страны троцкистские выродки.

Девятнадцать лет назад рабочий класс СССР взял власть в свои руки, чтобы построить социалистическое общество. Он победил под руководством большевистской партии. Против большевиков Троцкий боролся почти в течение всей своей жизни. Зиновьев и Каменев предавали партию и рабочий класс в дни предоктябрьских боев. Радек и Пятаков в тяжелые дни Брестского мира толкали страну на провокационную авантюру и заявляли, что они готовы пойти на «возможность утраты советской власти». Когда наша страна, под твердым руководством партии Ленина—Сталина, пошла по пути строительства социализма, троцкистско-зиновьевская банда орала на весь мир: «Назад! Нельзя построить социализм в нашей стране. Не смеете!» Партия разгромила тогда троцкистско-зиновьевский блок. Сейчас трудящиеся СССР завершили в основном построение социализма в нашей стране.

По мере непрерывного роста благосостояния нашей социалистической родины возрастала злоба троцкистских реставраторов капитализма. Они не могли рассчитывать на какую бы то ни было поддержку народов Советского Союза. Глубокое презрение к народным массам питали предатели, не имевшие ни малейшей опоры в массах. Изолированные, озлобленные, они пошли по пути террора, шпионажа и диверсий.

В подметках поношенных немецких ботинок вредитель Шестов привозит из Берлина письменные директивы Троцкого: стрелять в руководителей большевистской партии и советского правительства. Троцкистско-зиновьевский блок спешит выполнить эту директиву. Зиновьев об’являет делом своей, зиновьевской, «чести» убить тов. Кирова. Троцкистский антисоветский центр организует покушение на жизнь тов. Молотова.

Один террористический акт удался троцкистским убийцам: предательской пулей пробита драгоценная голова Сергея Мироновича Кирова. Троцкий торопит убийц: стреляйте скорее и больше! Троцкистский центр подготовляет «концентрированный террористический акт» — убийство целой группы руководителей партии и правительства. Но это лишь «первый вариант», как выражается Троцкий, его пути к власти. Второй, по мнению троцкистов, более вероятный вариант — вызвать войну, добиться военного поражения СССР в результате войны с Германией и Японией. А чтобы вызвать войну, надо открыть ворота в СССР фашистским интервентам, надо гарантировать им жирную добычу, надо активно содействовать им шпионажем и диверсиями. Троцкистская «теория» о невозможности построения социализма в одной стране развивается до своего логического конца — необходимости свержения социализма при помощи фашистской интервенции.

За «теорией» следуют дела. Троцкий ведет переговоры и затем заключает соглашение с заместителем Гитлера — Гессом, фашистским теоретиком колониальных захватов, руководителем особой разведывательной службы германской фашистской партии, правой рукой «фюрера» по организации крупных политических авантюр. Обе, достойные друг друга, договаривающиеся стороны вели бесстыдный торг о купле-продаже территории, свободы и независимости Советского Союза. Германскому фашизму, по договору Троцкого—Гесса, отдавалась Украина — страна, богатая хлебом, углем и металлом. Она должна была стать, как цинично признали Радек и Пятаков, германской колонией, а украинский народ — колониальным рабом фашистских генерал-губернаторов. Цветущая, экономически возродившаяся после хозяйничанья германских оккупантов в 1918 году, Украина отдавалась троцкистами на грабеж и фашистское насилие, обрекалась на голод, национальное угнетение, на режим расстрелов, виселиц и концентрационных лагерей. Запродажа Троцким Украины германским фашистам была одобрена антисоветским троцкистским центром в СССР. Радек подкреплял политические сделки Троцкого с германским фашизмом в своих личных беседах в Москве с военным атташе — фашистским генералом от диверсии.

Сделка с германским фашизмом представлялась, однако, недостаточной для троцкистских торговцев родиной. Она дополняется сделкой с военно-фашистской Японией. Троцкий обещает отдать ей Приморье и Приамурье. Предатель Сокольников в беседе с иностранным послом подтверждал от имени троцкистского центра «серьезность» обещаний, данных Троцким японцам. Недаром так много раз за последние два года японская военщина пыталась прощупать штыком, крепка ли советская граница на Дальнем Востоке, не время ли оторвать кусок за куском те области, которые уступал Японии атаман бандитской шайки Троцкий. Наши герои-пограничники грудью защищали дальневосточные земли социалистической родины, на которые покушалась японская военщина. Раненые бойцы писали из лазарета товарищу Сталину: «Стиснув зубы с беспредельной ненавистью к врагам человечества, поджигателям войны, мы дрались за каждый вершок советской земли». Теперь герои-красноармейцы узнают, как Троцкий торговал их кровью, торговал защищаемой ими советской землей.

Не только отдельными территориями, — всей страной торговали троцкистские изменники. По договору с германским фашизмом — об этом достаточно цинично рассказывал Радек, — они обязались отдать германскому и японскому капиталу фабрики и заводы, шахты и рудники. Они отдавали германским капиталистам железную руду, марганец, нефть, золото и лес. Они продавали независимость страны, идя на превращение СССР в колонию фашистской Германии. Они торговали народами Советского Союза, как торгуют крепостными рабами.

Чувства жгучего негодования и ненависти охватывают трудящихся нашей страны, узнавших о том, как подло торговали троцкисты нашей землей, нашей свободой, нашей независимостью.

Мы горячо любим наше великое социалистическое отечество. Из края в край нашей страны звенит песня о том, что «родину мы любим, бережем, как ласковую мать». Над нашей матерью-родиной хотели надругаться троцкистские выродки.

Любовь к родине — это могучая сила, сплачивающая многонациональные республики Советского Союза. Нам дорога наша родина, каждый клочок ее земли. Нашим священным лозунгом, нашей социалистической заповедью являются слова товарища Сталина: «...своей земли, ни одного вершка своей земли не отдадим никому».

Торговать нашей родиной мы никому не позволим. Суровая рука советского правосудия беспощадно покарает подлых троцкистских изменников социалистического отечества трудящихся всего мира.


*********************************************************************************************************************
Слушай, моя родина!


Слушай, моя родина, пришедшая к счастью,
Слушай, народов великая мать.
Тебя эта сволочь хотела на части
Разрезать
и по частям продать.
Слушай, колхозник, слушай, рабочий, —
Подлее этой измены нет.

Входил дипломат, господин Многоточие,
В дипломатический кабинет.
Он знал, что дело окончит быстро.
Что долгие речи здесь не нужны.
Что Радек, Сокольников — специалисты
По распродаже нашей страны.
И они деловито, спокойно, не споря.
Понимая друг друга вполне.
Одной стране отдавали Приморье,
Украину — другой стране.
Что им. жалко? Ешь на здоровье!
Железо, пшеница, уголь, — бери.
«Побольше эффекта! Побольше крови!» —
Троцкий кричал из своей норы.
Он был недоволен, сердился, ругался:
«Охват ничтожен, размах не таков!»
На самолете Гестапо мчался
В Осло, к нему на доклад. Пятаков.
Больше убийств!
Изо лжи и грязи.
В этом деле искусный весьма.
Выползал на «работу» Князев,
Которому прозвище: Князев-Чума.
Разведка японцев похвастать могла им:
Полз крушений огонь и дым.
Взгляните:
на лбу мерзавца пылает
Кровь красноармейцев,
убитых им.
Он смертью рыскал по перегонам,
Он жертвы подсчитывал по ночам,
Он швырял под откос вагоны.
Но «мало, мало!» — Троцкий кричал.
И Князев старался, исчадие тьмы.
Рука его подлая не холодела.
Когда он готовил бациллы чумы,
Чтоб в час военный пустить их в дело.
Чтобы микробом проникнуть, пройти,
Он смерть готовил в пробирках, в облатках,
Он звал холеру, чуму и тиф
Себе на помощь в решительной схватке.
Родина!
Видишь, — как мерзок враг.
Неистовый враг заводов и пашен,
Как он пробирался с ножом в руках
К сердцам вождей, а значит — и к нашим.
Но славным отрядом твоих часовых
Он пойман, разбит и покрыт позором.
И если б не стража, — каждый из них
Был бы на части народом разорван.

Родина!
Мы полной грудью живем.
Мы не боимся и не угрожаем.
Мы даже людьми их не назовем.
Слово «люди» мы уважаем.
Суд окончит свои заседанья.
Огни погасит судебный зал.
В конце их гнусного существованья
Волей народа раздастся залп.

Виктор ГУСЕВ.


*********************************************************************************************************************
Митинг рабочих шлифовального цеха I Государственного шарикоподшипникового завода им. Л.М.Кагановича (Москва), посвященный суду над антисоветским троцкистским центром. Выступает начальник отделения шлифовального цеха тов. Соловьев.


Фото М.Бернштейна.
«Правда», 25 января 1937 года


*********************************************************************************************************************
К СВЕДЕНИЮ ЧИТАТЕЛЕЙ


С сегодняшнего дня издательство «Правды» резко увеличило розничную продажу «Правды» в Москве и Ленинграде.

Продажа газеты производится во всех киосках.

_________________________________________
Подлейшие из подлых || «Правда» №23, 24 января 1937 года
П.Павленко: Торговцы смертью || «Правда» №23, 24 января 1937 года
Д.Осипов: Продавцы народной крови || «Правда» №23, 24 января 1937 года
А.Толстой: За родину! За Сталина! || «Правда» №355, 25 декабря 1939 года
«Советский Союз — самая интересная страна на земном шаре» || «Правда» №192, 14 июля 1938 года

Газета "Правда" №24 (6990), 25 января 1937 года