Ярослав Огнев (0gnev) wrote,
Ярослав Огнев
0gnev

Category:

Б.Ямпольский. Последний житель

газета «Известия», 15 апреля 1943 годаБ.Ямпольский || «Известия» №88, 15 апреля 1943 года

Совнарком СССР рассмотрел итоги социалистического соревнования в сельском хозяйстве за 1942 год. Московской, Калининской областям и Казахской ССР присуждены переходящие Красные Знамёна Государственного Комитета Обороны и первые премии. Привет победителям соревнования! Высокая награда, которой удостоены передовые области и республики, зовёт все колхозы и МТС к новым успехам.



# Все статьи за 15 апреля 1943 года.



«Известия», 15 апреля 1943 года

Три дня шёл бой за этот маленький городок на Орловщине, и три дня мальчик Сёмка просидел на берегу реки в яме, глубокой, как колодец. Он остался один. Деда застрелил немецкий солдат. Бабка умерла. А мать ночью угнали солдаты. Сёмка убежал и спрятался в яме на огороде. Он слышал, как мать кричала: «Сёмка! Сёмка!» А вражьи солдаты хохотали и, дразня её, тоже кричали: «Сёмка! Сёмка!»

В яме было так темно, что даже и днём оттуда видны были на бледном небе звёзды. И Сёмка уже не различал ни дня, ни ночи. Всегда были звёзды. И ему казалось, что на земле настала вечная ночь. Он прислушивался, — может, запоют петухи. Но всех петухов с’ели немцы.

Где-то над самой головой остановилось орудие и стало стрелять, и стреляло без конца. А с неба звёзды, не мигая, смотрели на землю, и им было всё равно: стреляют или нет.

Потом прилетели самолёты, и раздался свист падающих бомб. Казалось, начинается землетрясение и сейчас всё рухнет. Но великая земля принимала в себя все звуки, весь грохот и поглощала их. И снова становилось тихо.

Сёмка засыпал и просыпался, и уже не знал, сколько пробыл в яме — день или неделю. Наверху стреляли, а в тишине между выстрелами кричали немцы. Небо было красное от пожаров, и звёзд уже не было, — они растаяли в этом сильном огне.

Вдруг немцы наверху особенно сильно закричали и забегали.

Кто-то заглянул в яму и залаял. Сёмка так и не разобрал — немец это был или собака. Он ещё теснее прижался к земле и молчал. И вдруг у самых глаз раскрылся огненный веер, трассирующая очередь расцвела и потухла, а пули уснули в земле. Сёмка зажмурился. Мгновенный свет выстрела зажёг в его глазах тысячи разноцветных искр, фиолетовых, зелёных и красных, всю радугу, которая долго искрилась и переливалась, потухая и разгораясь в тёмной, оглушенной ночи его памяти.

Потом над головой Сёмки прошла толпа. Он слышал её топот и говор, и даже прощальную песню, и как немцы понукали: «Шнеллер! Шнеллер!» и стреляли. И сквозь всё и над всем — чьи-то прощальные крики. И ещё долго-долго кто-то вдали кричал, всё кричал жалобным прощальным криком улетающих осенью птиц. И чудилось Сёмке что-то знакомое в этом крике, но он долго не мог вспомнить, чей же это голос. И потом во сне вдруг понял, что это был голос матери. Он выскочил из ямы, но никого уже не было.

Сначала Сёмка не разобрал, где он находится, и подумал, что во сне заблудился. Он хорошо помнил, что спрятался в яме у своего дома на Московской улице, в центре города. Теперь же он стоял в поле. Кое-где торчали, точно пальцы, высокие чёрные трубы. А город исчез.

Стреляли далеко за холмами. Где-то на земле возникал и снова затихал бой. А здесь было тихо.

Сёмка пошёл по знакомой тропинке к дому. Тропинка осталась, а дома не было. Он нашёл только глубокую яму, словно дом провалился в землю. По дну ямы бродила тощая курица и разгребала золу.

Сёмка закричал и потом прислушался. Но всё было тихо. Из бочки выскочил огромный черный пёс с обожжённой шерстью.

Собака посмотрела на Сёмку странным, невидящим взором и не узнала. Она взвизгнула и забилась под сожжённое крыльцо, и там долго выла. С водосточной трубы сползла кошка. В зелёных её глазах, казалось, отразились пожары и безумие, которые она видела.

На центральной площади было несколько каменных домов, но и они показались Сёмке какими-то чужими. И аптека с большими окнами, и дом с колоннами, и белая церковь были в больших черных немецких вывесках, и от этого вся площадь казалась Сёмке чужой, точно завезли его в далёкую страну, в незнакомый город.

Чёрные трубы обступали его каменным лесом. Он шёл по городу и кричал: «Ау!», но никто ему не отвечал.

Он поднялся в гору, где над рекой стояло белое здание школы.

Как из далёкого путешествия, возвращался он в мир своего детства. Сразу бросилась в глаза открытая школьная сцена. На полу валялись разбитые балалайки без струн, гармоника, из которой немец вынул душу, и чёрный рояль, как гроб. Всё в школе было изрублено топорами в щепы — и рамы с картинами, и шкафы, полные приборов; скелеты были раскиданы, чучела растоптаны. Стены библиотеки почернели от дыма. Ветер выносил в открытое окно золу, в которую превратились и приключения Дон-Кихота Ламанчского, и жизнь Робинзона Крузо.

Тихий школьный коридор, по обе стороны классы, как тихая река детства. Ещё сохранились таблички: «Класс А», «Класс Б». А над ними черные немецкие вывески. И везде на заплеванных, кровью замаранных стенах немецкие бесстыдные надписи.

Вот и родной класс — «III-А». Высокий белый класс с большими и широкими окнами на реку и на поля. Во время грозы все окна освещались молнией, и тогда учитель географии открывающимся в окнах видом иллюстрировал детям свою лекцию о мире и его явлениях.

В классе было темно, на полу валялась солома, пахло конюшней, будто жили здесь лошади и все время били копытами о стены. Большая географическая карта лежала в углу, изодранная, растоптанная грязными сапожищами, со следами немецких шипов на обоих полушариях.

С горы виден весь городок, где раньше было столько шума и веселья. Казалось, где-то ещё вдали догорала музыка, ещё носились отзвуки, голоса, которые умирали и никак не могли умереть, таяли в воздухе и никак не могли растаять. Это был вечный трепет жизни.

И внезапно вспыхнул в памяти мальчика освещенный город. Вечерние улицы под дождем в зеленых и красных огнях, как реки с пароходами, и огоньки высоко на горе, казавшиеся звездами. И огромное солнце на площади. Музыканты с большими медными трубами и пузатыми барабанами. И все, все, что было, — и футбольное поле над рекой, и мяч, улетевший в небо, и гонки по реке лодок с двенадцатью молодцами на каждой, и китайские фонарики в городском саду…

Удивительно, что такой маленький клочок земли под небом вмещал столько жизни и огня, людей и голосов.

Сёмка пошёл из города. Перед ним лежало бесконечное поле с одинокими деревьями, над которым проплывали облака.

Он побоялся один уйти в мир и подумал, что лучше дождаться Красной Армии, может, придет и его отец и найдет его по знакомому адресу.

В это время бойцы, охватившие город с флангов и далеко угнавшие немцев, вошли на мертвые улицы. Они остановились и прислушались — где здесь живые люди? Ветер гудел в одиноких трубах домов, и бойцам послышались голоса, будто люди ушли, но голоса их остались жить в городе. Это были чьи-то затерянные, блуждающие голоса, оторвавшиеся и полетевшие в мир, которые вечно бродят и кого-то ищут в бесконечном пространстве. Бойцы прислушиваются к ветру, слушают эти голоса и копят в своём сердце месть, которая разрядится в атаке и выйдет через штык.

Бойцы шли по улицам города, кричали и вызывали людей. Но ни один человек не появился на мёртвой земле. Тогда капитан, командовавший бойцами, снял шапку, как на кладбище перед могилой, и за ним молча обнажили головы все красноармейцы. Они отдавали честь погибшему, но не сдавшемуся русскому городу.

В это время один сапёр заметил дым из трубы и закричал в отдушину:

— Эй, кто там?

Сёмка вышел из землянки.

— Ты кто такой? — спросил боец.

— Я житель! — ответил мальчик.

Бойцы накормили мальчика, и при грохоте идущих через город танков он заснул под тёплым животом походной кухни, и ему снилось, что танки ушли на поиски его матери.

Разбудил его страшный грохот, который прокатился по всей реке и повторился далеко-далеко много раз.

— Дурило, — подумал Сёмка про шестиствольный миномёт. Но грохот не прекращался и вдруг раздался совсем близко. На реке треснул лёд, появились чёрные разводья. Взошло яркое солнце и осветило всю землю.

— Лёд пошёл! — закричал Сёмка и выбежал на реку.

— Лё-ёд по-о-шёл! — кричал с того берега красноармеец, потрясая винтовкой и кого-то предупреждая. И в голосе этом были и угроза, и радость весны.

Река двинулась сразу вся и понесла черневшие трупы врагов в зелёных шинелях, сломанное оружие, окровавленное немецкое тряпьё, застрявшие машины, какие-то чёрные ящики, задки орудий. Рвались мины от ударов льдин, и по всему руслу вставали чёрные столбы. Посреди на льдине реки стоял боевой конь и ржал, кого-то призывая.

Лёд трещал, льдины громоздились одна на другую. И всё поглощала чёрная, бурлящая, проснувшаяся от зимнего сна река.

А дорога к городу и от города была черна от двигавшихся по ней колонн пехоты, орудий и танков, автомобилей и повозок. И это тоже походило на ледоход.

Ветер с полей, весенний ветер, возрождающий жизнь, ломал лёд на реке и выпускал рыб из плена, будил ото сна землю к цветенью, раскрывал сердца людей. И Сёмке уже не казалось, что он один на земле. С ним был весенний ветер, ветер жизни.

* * *

В рапорте, написанном капитаном, командиром захватившего городок подразделения, было указано, что из десятитысячного населения после немцев в городе обнаружен один житель — мальчик Сёмка. // Борис Ямпольский.


************************************************************************************************************************
От Советского Информбюро


Утреннее сообщение 14 апреля

В течение ночи на 14 апреля на фронтах существенных изменений не произошло.

* * *

Южнее Балаклеи бойцы Н-ской части в ожесточённом бою уничтожили до 200 немецких солдат и офицеров, 5 противотанковых орудий и подбили 2 немецких танка. Ночью отряд советских разведчиков ворвался в село, занятое гитлеровцами, и истребил 40 солдат противника.

* * *

На Западном фронте артиллеристы Н-ской части обстреляли скопление немецкой пехоты. Разведка установила, что артиллерийским огнём уничтожено до роты гитлеровцев. Семь снайперов Н-ской части за два дня истребили 20 немецких солдат и офицеров.

* * *

Западнее Ростова на Дону происходила артиллерийская перестрелка с противником. Огнём нашей артиллерии уничтожены артиллерийская и 2 миномётных батареи, 15 автомашин и несколько вражеских блиндажей. На одном участке противник пытался вести разведку боем, но был встречен залповым огнём нашей пехоты. Понеся большие потери, немцы отошли на исходные рубежи.

* * *

На Волховском фронте наши артиллеристы подавили огонь 6 артиллерийских и 2 миномётных батарей противника. Кроме того, огнём нашей артиллерии разрушены 8 дзотов и блиндажей, уничтожены 9 пулемётов и взорваны 2 склада с боеприпасами. Ружейно-пулемётным огнём истреблено свыше 200 немецких солдат и офицеров.

* * *

Рано утром 25 белорусских партизан устроили засаду на шоссейной дороге. Выследив, когда прошёл передовой отряд немцев, партизаны заложили на дороге мину и стали выжидать. Вскоре под’ехала грузовая автомашина, а следом за ней двигалась колонна немецкой пехоты численностью в 300 человек. Как только автомашина наскочила на мину, партизаны открыли пулемётный, автоматный и ружейный огонь по вражеской пехоте. В короткой перестрелке советские патриоты нанесли серьёзные потери противнику и вышли из боя. Через несколько дней партизанская разведка доставила достоверные данные о потерях гитлеровцев. Выяснилось, что после боя на шоссе немцы похоронили 102 солдат и офицеров, убитых партизанами.

* * *

Ниже публикуется акт о кровавых злодеяниях немецко-фашистских мерзавцев: «В деревне Мирополье, Смоленской области, немецкие бандиты согнали 75 мирных жителей — взрослых и детей, и после страшных пыток убили их. В деревне Суховарино немцы также погубили много людей. Бандиты загнали 7 крестьян в сарай, продержали их несколько суток без пищи и воды, а затем зверски замучили их». Акт подписали: капитан Путянский. колхозники деревни Суховарино — Анна Титова, Полина Карпенко и Николай Влавров.


Вечернее сообщение 14 апреля

В течение 14 апреля на фронтах существенных изменений не произошло.

* * *

13 апреля частями нашей авиации на различных участках фронта уничтожено или повреждено не менее 30 немецких автомашин с войсками и грузами, взорван склад боеприпасов и разбит железнодорожный состав противника.

* * *

На Западном фронте наши части совершенствовали свои позиции и вели разведку. Огнём артиллерии и пехотного оружия уничтожено до 200 немецких солдат и офицеров. На одном участке отряд советских бойцов проник в тыл противника и атаковал подходивший к фронту немецкий обоз. Разведчики перебили несколько десятков гитлеровцев и взорвали 15 повозок с боеприпасами. Советские лётчики в воздушном бою сбили 2 немецких истребителя.

* * *

Южнее Изюма противник атаковал позиции подразделения, где командиром лейтенант Кожемякин. Подпустив врага на близкое расстояние, бойцы открыли залповый огонь. Гитлеровцы через трупы своих солдат продолжали рваться вперёд. Забросав немцев гранатами, наши бойцы штыковым ударом отбросили их на исходные позиции. На другом участке наши артиллеристы уничтожили 3 орудия, 8 пулемётных точек, рассеяли и частью истребили до роты пехоты противника.

* * *

B районе Севска наши войска на отдельных участках вели огневой бой с противником. Артиллеристы Н-ской части уничтожили немецкую миномётную батарею, 3 станковых пулемёта, 9 повозок с боеприпасами, разрушили 8 блиндажей и 2 наблюдательных пункта. Огнём зенитной артиллерии сбито 2 немецких бомбардировщика.

* * *

На Кубани наши подразделения на рассвете переправились через водный рубеж и овладели блиндажами и окопами противника. Гитлеровцы бежали, оставив 4 станковых пулемёта, большое количество винтовок, гранат, патронов и до 80 трупов своих солдат и офицеров. Вскоре немцы, подтянув резервы, предприняли одну за другой несколько контратак. Советские бойцы отбили все контратаки гитлеровцев и удержали захваченные позиции.

* * *

На одном участке Волховского фронта немцы пытались атаковать наши позиции. Ружейно-пулемётным и миномётным огнём противник был отброшен в исходное положение, оставив перед нашими позициями до 70 трупов своих солдат и офицеров.

* * *

Несколько партизанских отрядов, действующих во временно захваченных немцами районах Калининской области, в марте месяце провели ряд боевых операций. Партизаны взорвали 29 железнодорожных и 39 шоссейных мостов, разрушили более пяти километров железнодорожного пути и пустили под откос 8 немецких эшелонов. В результате крушений разбито 5 паровозов, 16 вагонов с войсками и 37 вагонов с вооружением и боеприпасами. Эти же отряды партизан в боях с карательными экспедициями гитлеровцев истребили до 2.000 немецких солдат и офицеров.

* * *

Пленный унтер-офицер 14 полка 78 немецкой пехотной дивизии Фриц Германн рассказал: «Немецкая пропаганда теперь действует осторожнее, чем раньше. Она боится называть сроки окончания войны, так как уже не раз обожгла себе на этом руки. Сейчас немецкие газеты всячески запугивают всевозможными ужасами, которые якобы ожидают немцев в случае поражения Германии. На многих солдат эта пропаганда производит обратное действие. Они недоумевают: почему после бесконечных сводок об успехах и победах вдруг стали так много говорить о том, что немецкой армии угрожает разгром? Почему вдруг понадобилась тотальная мобилизация, свалившаяся, как снег на голову, на германский тыл? Если кадровые отборные дивизии не могли победить русских и были разгромлены и разбиты, то что же можно ожидать от слабо обученных пожилых людей и подростков, призванных в последнее время. Я думаю, что новые немецкие части наверняка обречены на гибель».

* * *

В районе Моравской Остравы (Чехословакия) чешские патриоты вывели из строя шахту. Важнейшие механизмы приведены в негодность. В Пильзене группа молодых чехов, переодевшись в форму эсэсовцев, проникла на военный завод, вскрыла склад и захватила 27 пулемётов. Перед уходом патриоты подожгли склад. В Праге за последнее время участились нападения на немецких солдат и офицеров. // Совинформбюро.

________________________________________________________
Зона пустыни* ("Красная звезда", СССР)
Б.Галин: Хутор в огне* ("Красная звезда", СССР)
И.Эренбург: Его кровью!* ("Красная звезда", СССР)**
Кровавые следы гитлеровцев* ("Красная звезда", СССР)
В.Ильенков: Исчезновение города* ("Красная звезда", СССР)
Я.Милецкий: На пожарище в селе Хотьково* ("Красная звезда", СССР)

Газета «Известия» №88 (8081), 15 апреля 1943 года
Tags: 1943, Совинформбюро, апрель 1943, весна 1943, газета «Известия», немецкая оккупация
Subscribe

Posts from This Journal “немецкая оккупация” Tag

  • Как немцы грабят белорусский народ

    М.Сиволобов || « Правда» №342, 8 декабря 1942 года Наши войска, преодолевая сопротивление противника, ведут наступательные операции на прежних…

  • Гитлеровские звери

    В.Тищенко || « Правда» №253, 10 сентября 1942 года В ожесточенных боях с гитлеровскими ордами Красная Армия нанесла огромный урон противнику.…

  • Истерзанный город

    В.Антонов || « Известия» №71, 26 марта 1943 года Вчера артиллерийский завод, где директором т. Елян, досрочно выполнил квартальную программу…

  • М.Исаковский. На Смоленщине

    М.Исаковский || « Известия» №224, 22 сентября 1945 года СЕГОДНЯ В ГАЗЕТЕ: Письмо товарищу Сталину от работников Волгостроя НКВД СССР и ответ…

  • Немецкий помещик на украинской земле

    Я.Макаренко || « Правда» №254, 11 сентября 1942 года Наши фабрики и заводы дают фронту все больше и больше самолетов, танков, артиллерии,…

  • Истерзанный город

    Б.Горин || « Известия» №206, 1 сентября 1943 года Красная Армия наносит мощные удары по гитлеровским оккупантам. Войска Западного фронта…

  • В древнем Путивле

    И.Уткин || « Правда» №234, 22 августа 1942 года Воины Красной Армии! Стойко и упорно сопротивляйтесь врагу, цепко держитесь за каждый клочок…

  • Здесь были немцы

    Вл.Лидин || « Известия» №74, 30 марта 1943 года Наступили решающие дни подготовки к севу. Успешно завершим ремонт тракторов и…

  • Зверства гитлеровских разбойников в Киеве

    Я.Макаренко || « Правда» №185, 4 июля 1942 года Фашистские разбойники оскверняют наши очаги, проливают кровь наших матерей, жен и детей,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment