Ярослав Огнев (0gnev) wrote,
Ярослав Огнев
0gnev

Categories:

Фашизм и женщина: немецкие фашисты — это похотливые животные*

Красная звезда, смерть немецким оккупантам

«Красная звезда», СССР.
«Известия», СССР.
«Правда», СССР.
«Time», США.
«The Times», Великобритания.
«The New York Times», США.



Досье-шпаргалка: Образ женщины и фашистских павианов по материалам советской и иностранной печати периода Великой Отечественной войны 1941-1945 г.г.

ОКТЯБРЬ 1943:

25.10.43: В 1932 году, после того, как Сталин произнес знаменитую фразу «жить стало лучше, жить стало веселее», Жемчужина возглавила парфюмерный трест. Об этом она говорила так: «Мой муж работает над душами людей, а я – над их лицами». Благодаря ей лица русских женщин украсили румяна и помада, а воздух в стране наполнился запахом дешевых духов. В 1936 году она по работе побывала в США, пообедала с госпожой Рузвельт, закупила оборудование для производства косметики. ("Time", США)

04.09.43: На моих глазах 14-летняя девочка Таня Макеева была до крови избита палкой за то, что недостаточно чисто выстирала белье офицера. От удара палкой по уху она оглохла. Двухлетний ребенок Пелагеи Бычковой взял со стола немецкого солдата конфетку. Он был схвачен за руку и, как щенок, выброшен на улицу. Мать нашла его в снегу с вывихнутой ручонкой. В деревне Пробуждение три солдата среди бела дня обесчестили колхозницу...

Колхозница нашей деревни Надежда Николаева вечером пошла за водой к колодцу, который находился в 30 метрах от ее дома. А когда она возвращалась обратно, немецкий патруль расстрелял ее около самой хаты, ибо она нарушила правила хождения по улице в ночное время. После Николаевой осталось четверо малолетних ребят. Все они умерли с голоду. Совсем недавно в деревне Стояново публично повесили больную колхозницу Марию Панкову за то, что она припрятала от немцев свою картошку.

В деревне Шумово в хату колхозницы Трифоновой вошел пьяный солдат и стал приставать к ней с гнусными предложениями на глазах у мужа и 70-летней старухи-матери. Трифонова оттолкнула бандита и сказала:

— Отойди, немецкая харя!

Солдат тут же застрелил ее и тяжело ранил мужа. ("Красная звезда", СССР)



13.02.43: Вот что творили фашистские звери в Апшеронской. Первыми сюда пришли эсэсовцы из небезызвестной, не раз битой советскими войсками гитлеровской дивизии «Викинг». Пришли немцы под вечер и в ту же ночь устроили дикую оргию. Более двухсот станичных девушек были насильно согнаны в помещения, превращенные немцами в казармы, и распределены между солдатами. Начался пьяный разгул. Эсэсовцы насиловали девушек, сопротивлявшихся избивали палками, плетьми. На следующий день «викингов» сменили другие немецкие части, и снова спустилась кошмарная ночь грабежей и насилия, которую долго не забудут жители Апшеронской. ("Красная звезда", СССР)*

27.01.43: Гитлеровский выродок хотел такой войны, как во Франции, но не такой, как в России. Он хотел подобно сутенерам жить за чужой счет, пить чужое шампанское и жрать чужой шоколад, слать награбленные сукна, шелка и чулки алчной, как волчица, супруге, неизменно повторявшей в своих «трогательных» письмах два слова «шли и давай»... С помутневшим, исступленным взором бросаются немецко-фашистские кобели на женщин чужой национальности, дыша им в лицо смрадом гнилых зубов, пачкая их каплями своей отравленной слюны. ("Красная звезда", СССР)

10.12.42: Иной человек, не видевший своими глазами, как мучают и убивают мирных жителей только за то, что они занимают место на земле, которую Гитлер об'явил «жизненным пространством для немцев», спросит: «Неужели человек все же может так издеваться над человеком?» Да, может. Оказывается, немец может.

Немец без усилия над собой может раздавить младенцу голову и на луже крови изнасиловать мать и, сопя, приколоть её штыком. За такое деяние он получает одобрение от начальства: «Браво, Фриц, ты поступаешь, как настоящий германский воин».

Или вот типичное поведение немецкого солдата: один фриц будит ночью русскую девушку (Нину Снеговую), приказывает зажечь керосиновую лампу и светить ему; девушка идёт впереди немца в сени и по приказу поднимает лампу над головой; немец, перешагнув через порог во двор, расстегивает пояс и присаживается за нуждой; поняв, для чего ей приказано светить, девушка вскрикивает от отвращения и бросает горящую лампу на голову фрица; тут же, в сенях, он всаживает в неё кинжал, распарывает ей живот, каблуком выдавливает глаза; отдышавшись, уходит спать дальше... ("Известия", СССР)

ОКТЯБРЬ 1942:

14.10.42: Изысканный фриц на самом деле грубое и глупое животное... Чистокровный ариец труслив. Конечно, перед Ритой или Мук он — «идет напролом». Но, услышав несколько выстрелов, он сразу «трезвеет» и вопит «хочу в Германию». Он и молится со страха. Наконец, вот оно высшее проявление мощного германского духа — тридцатидвухлетний детина напустил в штаны. Причем он впадает в мистицизм, он спрашивает себя, что значит это предзнаменование? Наверно, увидав русского разведчика, он в ужасе подумал: вот что означали мокрые штаны! Хорош сверхчеловек!

Гейнц Герлоф отметил, что русские женщины и дети строили для него блиндаж. Перед русскими детьми он был храбрым. Перед русскими девушками он был величественным. Негодяй в мокрых штанах, блудливый фриценок, он пришел к нам, чтобы править нами. Он сгонял наших жен, дочерей, детей, чтобы они строили для него блиндаж. Он был «министром продовольствия» — изысканный фриц, забыв про стихи, «организовывал» и жрал, так, что его прохватывало («часто страдаю поносом»). Грязная тварь! ("Красная звезда", СССР)

11.10.42: Он расстреливает подростков и он боится самолета. Это — жалкий трус. Он не может вечером уснуть от мысли, что прилетят бомбардировщики. Это настоящий породистый немец. Ему не напрасно дали крест с мечами за военные заслуги — ведь он отважно истязал русских девушек. Он даже храбро убил четырехлетнего ребенка. Поганый трус, который мучается от мысли: «А вдруг поймают?» От страха у него делаются чесотка и понос. Педантичный немчик, он записывает, сколько яиц он с'ел сколько девушек расстрелял и как у него перемежаются запор с поносом. Грязная тварь, он хочет гадить в уборной для высшей расы. Это блудодей и садист, который восторженно признается: «Высек много девушек». У него нет ни одного человеческого чувства. Он не любит своих родных. Он даже не нашел ни одного теплого слова для своей проклятой Германии. Он пишет с восторгом только о колбасе, палач и колбасник. Он жадно считает деньги, которые он получает за свою работу палача, считает марки и пфенниги, рубли и копейки. На одну минуту что-то озаряет этого бешеного скота: он видит, с каким героизмом переносят пытки русские юноши и русские девушки, и он в страхе спрашивает: «Что это?» Зверь, ослепленный светом человеческого превосходства! ("Красная звезда", СССР)

08.10.42: А рядом под минами женщины копают картошку. Они тоже устали, замучились, но они упрямо повторяют: «Бить гада!.. Нужно будет, и мы пойдем...» Недалеко от Ржева я зашел ночью в избу, чтобы отогреться. Со мной в машине ехал американский журналист. Старая колхозница, услыхав чужую речь, всполошилась: «Батюшки, уж не хриц ли?» (она говорила «хриц» вместо «фриц»). Я об'яснил, что это американец. Она рассказала тогда о своей судьбе: «Сына убили возле Воронежа. А дочку немцы загубили. Вот внучек остался. Из Ржева...» На койке спал мальчик, тревожно спал, что-то приговаривая во сне. Колхозница обратилась к американцу: «Не погляжу, что старая, сама пойду на хрица, боязно мне, а пойду. Вас-то мы заждались...» Журналист, видавший виды, побывавший на фронтах Испании и Китая, Норвегии и Греции, отвернулся: он не выдержал взгляда русской женщины. ("Красная звезда", СССР)

СЕНТЯБРЬ 1942:

22.09.42: В деревне Железницы была школа. Туда пришли немцы. Они схватили Надю Столярову, ученицу первого класса. Наде было девять лет. Ее немцы не допрашивали. Ее немцы только били, и они убили ее прикладом.

В селе Семеновщина немцы бросили в колодец четырех младенцев. Матери кричали, но немцы говорили: «Нам колодьец не надо, нам вода есть».

В селе Щелканово немцы привязали девяностолетнюю старуху Смирнову к седлу и погнали лошадь.

В деревне Скляево немцы поймали семнадцатилетнюю девушку. Они ее изнасиловали, потом изуродовали, отрезали груди, распороли живот...

«Нечего щадить города или деревни, где раздастся хоть один выстрел. Нужно сравнять их с землей, захватить возможно больше граждан и расстрелять их, нужно так поступать без отдыха. Если мы хотим добиться прочного мира, нужно будет действовать радикально, заменить войну против армии полным уничтожением враждебных народов. После окончательного разгрома на поле боя нужно начать борьбу против женщин и детей. Когда все физические силы народа иссякнут, побежденная раса исчезнет навсегда».

Эти строки написаны сорок три года тому назад, в 1899 году. Их автор фельдмаршал Вальдерзее. У фон Клейста, у фон Бока, у Гудериана были достойные их предшественники. ("Красная звезда", СССР)

15.09.42: Уныние не перебило немцам аппетита. Они попрежнему хотят жрать, и жрать они хотят чужое добро: «Мы ежедневно режем свиней и телят». «Мы очищаем одну деревню за другой, и при этом всегда находится, что сцапать». «Нашел здесь красивую девчонку и два стеганых одеяла. Девчонка на один час, а одеяла пригодятся»...

Темная животная злоба живет в немцах. «Подошел лейтенант Клейст, взглянул на раненых русских и сказал: «Этих свиней надо сейчас же расстрелять». «Женщина плакала, что у нее отобрали всю свеклу, но Хитцдер ее избил». «Вчера мы повесили двух мерзавок, и стало как-то легче на душе». «Я не оставил бы и русских детей — вырастут и станут партизанами, надо всех вешать». «Если оставить хотя бы одну семью, они разведутся и будут нам мстить». ("Красная звезда", СССР)

02.09.42: Крестьянка Анна Геллер пишет мужу из Нейкирхен (Саксония): «Когда нужно было убирать хлеб, русская повесилась. Это не народ, а какая-то пакость. Я ей давала есть и дала даже передник. Сначала она кричала, что не хочет жить в сарае с Карлом. Я думаю, для такой дряни честь, если немец ею не брезгает. Потом она стащила сухари тети Мины. Когда я ее наказала, она повесилась в сарае. У меня и так нервы не в порядке, а здесь еще такое зрелище. Можешь меня пожалеть...» ("Красная звезда", СССР)

АВГУСТ 1942:

26.08.42: Немец, говоря по-флотски, быстро скисает. Недавно мы устроили засаду, захватили почтальона и еще одного фрица. У «бравого арийца» язык отнялся, он совершенно сварился, как куренок. Потом видит, что с ним обращаются по-людски, и бахнул: «Нельзя ли у вас достать девчонку подешевле?» Мы от такого нахальства шарахнулись. А он ни черта, смотрит оловянными своими бельмами и ждет ответа. Мы ему ответили по-настоящему. Он опять струсил, заикаться стал, ноги у него отнялись. Вот такие они все — нахальства много, а в душе он трус... ("Красная звезда", СССР)

25.08.42: В селе Хвощеватка немцы устроили пьяную оргию. Всю ночь они выволакивали из домов молодых женщин и девушек и при свете пожарища насиловали их целыми бандами... Несколько немцев, ворвавшись в село Васильевка, потребовали у колхозницы Татьяны Кулешовой молока. Кулешова не смогла этого сделать просто потому, что у нее не было коровы. Тогда немцы, посмеиваясь, подожгли хату Кулешовой, взяли женщину на руки и, раскачав, бросили в огонь. Колхозница сгорела заживо под гогот и улюлюкание гитлеровских мерзавцев...

В другом населенном пункте Евдокия Казакова, мать троих детей, отказалась отдать вещам последний коровай хлеба. Вырвав хлеб из рук Казаковой, фашистские изверги до полусмерти избили беззащитную женщину, а потом у нее на глазах размозжили прикладами головы всем троим ребятам. ("Красная звезда", СССР)

22.08.42: В письмах в другим солдатам каратели еще откровеннее. Ефрейтор Феликс Кандельс посылает своему другу строки, которые нельзя читать без содрогания: «Пошарив по сундукам и организовав хороший ужин, мы стали веселиться. Девочка попалась злая, но мы ее тоже ор­ганизовали. Не беда, что всем отделением… Не беспокойся. Я помню совет лейтенанта, и девочка мертва, как могила...». ("Красная звезда", СССР)

21.08.42: Фашистские звери сожгли родную деревню красноармейца Николая Захарова. Его мать, Прасковья Степановна, вынуждена сейчас ютиться в колхозном сарае. Несколько месяцев находится в строю Захаров, а до сих пор не проявил себя. Об этом узнала мать и написала ему письмо, проникнутое обидой и болью. «Коля, — пишет ему Прасковья Степановна, — говорят, ты ни одного не убил немца. Надо убить хоть одного! Как увидишь — так бей. Пощады не давай, прошу тебя, как мать твоя. Ты знаешь то, что я осталась одна, но что делать, как-нибудь переживем, только бей больше немцев. Как разобьем, так быстрее заживем». ("Красная звезда", СССР)*

16.08.42: Все помнят письмо русской девушки из Кельна. Немцам нужна и женская рабочая сила. Захватывая город, село, станицу, они захватывают новых рабынь. Женщин раздают по рукам. В каждом немецком городке «биржа труда» раздает немцам и немкам русских рабынь. Здесь тоже имеются свои тарифы. Гедвига Земке пишет мужу из Гильдесхейма: «У нас не хотят русских девушек, потому что они очень дерзкие, и фрау Шиллер променяла двух русских на одну литовку. Я заказала украинку. Я сразу по глазам вижу, какие они — послушные или дерзкие». ("Красная звезда", СССР)

05.08.42: Прочтите эти письма, товарищи. Они найдены в карманах убитых немцев. Эти документы потрясают своим цинизмом. В них вы увидите страшную судьбу советских людей, насильно увезенных в подлую и темную Германию. От вас, от вашей стойкости, от вашего мужества и решимости разгромить врага зависит — будут ли бесноватые немки хлестать по щекам русских, украинских и белорусских женщин да кормить их одним хлебом из свеклы, как скотину...

«Кто бы подумал, Вилли, что такое животное, наша украинка, умеет прекрасно шить. Это очень приятно. Да и француз наш, как ты сам понимаешь, без дела не сидит. Вчера он подбил подметки к моим и папиным ботинкам, а сегодня починил лестницу. Папа говорит, что их нужно почаще наказывать, иначе будут лениться...» (Из письма унтер-офицеру Вилли Менцель от невесты Рут Кречмер из Бейтана, Бреслау-Лисса).

«...К 1 марта нам дадут трех украинских девок для работы на огороде и двух девок для работы по дому. Будь спокоен, они уже поработают. К тому же нам дадут еще 2 пленных: надеюсь, что тогда в нашем хозяйстве дело пойдет на лад. Все, у кого уже работают русские, говорят, что в общем это недорогое удовольствие». (Из письма ефрейтору Гансу Пассман от Анны-Лизы Гайе из Райсдорфа). ("Красная звезда", СССР)

ИЮЛЬ 1942:

12.07.42: Пленного немца спросили: «Как вы могли изнасиловать тринадцатилетнюю девочку?» Немец равнодушно поморгал и ответил: «Для меня женщина это уборная». У него были светлые курчавые волосы и голубые глаза. Поглядев на него, каждый отворачивался и в тоске думал: забыть бы, что на свете существует такая погань!...

Чванливые гады, они презирают всех, даже своих «союзников». Один немец мне сказал: «Я никогда не поверю, чтобы немка могла сойтись с итальянцем, это все равно, что жить с обезьяной». Солдат Вильгельм Шрейдер пишет своему брату из финского города Лахти: «За банку консервов здесь можно достать девушку в любое время дня и ночи. Я этим энергично занимаюсь после монашеской жизни в снегах. Но трудно назвать данных особ «женщинами». Она все время молчат, как рыбы, и я предпочитаю последнюю немецкую потаскуху дочке здешнего врача. Иногда мне кажется, что я с ними вожусь в порядке самомучительства...». ("Красная звезда", СССР)

05.07.42: В Суземке все знали скромную, жизнерадостную Нюру Туринову. 17 мая 1942 года фашистские бандиты схватили Нюру. Командир немецкого батальона с циничной наглостью сказал своим бандитам: Вот эта красотка — вознаграждение за ваши подвиги. Точно голодная стая волков, набросились гитлеровские негодяи на девушку, обесчестили, осквернили ее тело и на глазах матери расстреляли...

Когда запылала деревня Гаврилова Гута, подожженная со всех концов фашистскими мерзавцами, перепуганные жители в страхе начали метаться, отыскивая место, где можно было бы спастись от огня и немецких пуль. Сестры Горяковы — Аня 17 лет и Таня 7 лет с плачем бежали через улицу на огород. Фашистские гады нагнали их, схватили и бросили в огонь. В жутких муках сестры погибли. ("Красная звезда", СССР)

ИЮНЬ 1942:

23.06.42: Мне рассказывал один командир: «...Наше отделение шло в такой мороз, что грудь ломило, ствол винтовки жег через варежку. Мои ребята приустали в глубоком снегу, приуныли. Беда, думаю, — как выполним задание? Какими словами их взбодришь? А главное — впереди, — выбить фрицев и занять хуторок. Губы на морозе не шевелятся, и слов таких я не знаю. Тут стало светать, вышли на дорогу и видим — лежит совсем голенький грудной ребеночек. Немного прошли — еще дитя валяется сбоку дороги, а там их уж несколько — кто в одеяльце положен на снег, кто кое-как брошен. Тут мы поняли, что было: немцы гнали наших, женщин к себе в тыл, дети постарше еще брели кое-как, а грудные младенцы застывали на руках у матерей. А которая присела бы, чтобы переукутать младенца да покормить его тощей грудью, хоть этим согреть, — конвоир рвет у нее от груди ребенка, кидает прочь, а ее — прикладом в спину, — «иди, не отставай, русская свинья»...

Мои ребята увидели детские трупики, и губы разжали, и с глаз сошел иней, и понурости как не было... «Веди, так иху так, веди нас скорей...» Да так дружно ударили на хуторок, что фрицы, конечно, и штаны не успели надеть, да и надевать больше им никогда не придется... И мое отделение, заметьте, Алексей Николаевич, стало с тех пор заметным по злости...» ("Красная звезда", СССР)

11.06.42: Ценитель Платона любит рассуждать о морали: «Высовываясь в окно вагона, видишь людей в лохмотьях. Женщины и дети хотят хлеба. Обычно в ответ им показывают дуло пистолета. В прифронтовой полосе разговор еще проще: пуля между ребрами. Между прочим, русские заслужили этого, все без исключения — мужчины, женщины и дети... Я уже познакомился с моралью фронта, она сурова, но хороша». Вот для чего Вольфгангу Френтцелю нужно было изучать Шопенгауера: он называет убийство детей «суровой моралью»...

Фрица-философа убили. Ну, кто такого пожалеет? Наверно даже дура Генхен облегченно вздохнет, узнав, что ее «повелитель» не может больше повелевать. Но, перелистывая коричневую книжку, изумляешься убожеству этих ученых людоедов. Для пыток им нужны философские цитаты. Возле виселиц они занимаются психоанализом. И хочется дважды убить фрица-философа: одну пулю за то, что он терзал русских детей, вторую — за то, что, прикончив ребенка, он читал Платона. ("Красная звезда", СССР)

06.06.42: Поставив себе целью истребить украинский народ, немцы зверски убивают женщин и детей. Среди расстрелянных, повешенных, умерших под пытками — десятки тысяч женщин. В одном только селе Берека за последние дни фашисты расстреляли и изувечили насмерть прикладами 6 женщин и девушек. Фашисты выработали целую систему истребления женщин. Их убивают непосильным трудом: запрягают в плуги, беременных заставляют носить тяжести. Тех, кто отказывается или изнемогает от бессилия, запарывают розгами, расстреливают.

Молодых женщин и девушек гитлеровцы насильно сгоняют в солдатские и офицерские публичные дома. За отказ итти в публичный дом следуют репрессии, вплоть до мучительной смерти от голода в тюремных застенках. На этой почве среди женщин становятся массовыми случаи самоубийства. ("Красная звезда", СССР)

МАЙ 1942:

26.05.42: Ненавидя, наш народ не потерял своей исконной доброты. Нужно ли говорить о том, как испытания расширили сердце каждого? Нельзя без волнения глядеть на многодетных матерей, которые в наше трудное время берут сирот и делятся с ними последним.

Я вспомнил девушку Любу Сосункевич, военного фельдшера. Она под огнем перевязывала раненых. Землянку окружили немцы. Тогда с револьвером в руке, одна против десятка немецких солдат, она отстояла раненых, спасла их от надругательств, от пыток.

Скромна работа другой русской девушки — Вари Смирновой: под минометным и ружейным огнем она, как драгоценную ношу, несет пачку с письмами на передовые позиции. Она мне сказала: «А как же иначе?.. Ведь все ждут писем, баз письма скука с'ест…» ("Правда", СССР)

10.05.42: Десять тысяч немцев перебывало в деревне Колицыно. К каждому из них в суровые зимние месяцы подходили русские женщины с замерзавшими детьми и просили: «Пусти ребенка в избу». И ни один из десяти тысяч не пустил. Очерствели? Нет. Такими пришли в Польшу. Такими топтали Францию. Такими резвились в Греции. Бездушные выродки, человеческое мясо с ржавым железом вместо сердца... Их души после войны смягчат жены? Ложь. Жены не лучше. Жены из того же теста. Жены пишут своим мужьям: «Если детское платье в крови, ничего — я отмою»... ("Красная звезда", СССР)

АПРЕЛЬ 1942:

19.04.42: С какой гордостью мы читаем признания немецкого офицера! Он может быть думал, что наши девушки будут улыбаться немцам? Они отворачиваются. И немец ищет об'яснения — почему русские не смеются? Он отвечает себе: трудно смеяться среди виселиц. Но вот девушку ведут к виселице, и она не плачет, у нее сухие суровые глаза. Обер-лейтенант думал, что она будет плакать. Он рассчитывал, что палачи насладятся ее страхом, ее слабостью, ее слезами. Но заповедное сокровище — русские слезы: они не для презренных гитлеровцев. ("Красная звезда", СССР)

17.04.42: Когда в селении Тигода у одной русской женщины нашли солдатскую буханку хлеба, всех пять женщин из этой избы офицер выгнал на мороз. Им некуда было пойти. Одна из женщин обратилась с просьбой к часовому разрешить вернуться в дом. Часовой отказал, а при повторении просьбы пристрелил ее.

Вообще о русских женщинах могу сказать, что они держатся с достоинством и не идут навстречу немецким солдатам. Так, в одном городе семь телефонисток корректировали стрельбу советской артиллерии по телефону. Они были схвачены и повешены на площади. Трупы их висели несколько дней. ("Красная звезда", СССР)

10.04.42: Немецкие фашисты, нагло глумящиеся над честью советской женщины, — это похотливые животные. Они загадили свою юность в публичных домах Германии и сделали нравы притонов катехизисом своего поведения в оккупированных странах. Вслед за танковыми и авиационными волнами, несущими смерть и горе порабощенным народам, двигались мутные волны насильников в мундирах германской армии. Если все население оккупированных стран для них рабы, то на женщин они смотрят еще и как на орудие для удовлетворения своей гнусной похоти. Всему населению несут они голод и вымирание, нищету и унижения, а женщинам сверх всего — позор и венерические болезни. Медицинский осмотр пленных, документы, захваченные в немецких штабах, показывают, что пятая часть солдат и офицеров немецкой армии — венерики.

Наша родина вырастила поколение здоровых, чистых, честных людей. Советские юноши и девушки не знают гнусности и ханжества дореволюционного порядка с его узаконенным развратом, домами терпимости, проституцией. Немцы, захватив наши города, прежде всего открыли публичные дома для офицеров и солдат, сгоняя туда силой молодых женщин и девушек. В Курске фашистские власти отвели под публичный дом здание театра имени Пушкина. В этом изуверском акте, как в капле воды, отражается гнусная сущность гитлеровского «порядка». Все отвратительное, что может отравить жизнь женщины, физически и нравственно искалечить ее, воскрешается фашистами на захваченной ими земле. ("Красная звезда", СССР)

МАРТ 1942:

31.03.42: В городе был театр, цирк, были кинотеатры, был парк культуры и отдыха. Все это уничтожено немцами. Вместо всего этого они открыли несколько публичных домов для своей солдатни и офицеров. Сотни молодых девушек были насильно согнаны в эти вертепы на потеху фашистскому зверью. ("Красная звезда", СССР)

25.03.42: Специальными афишами немцы об'явили: Старая Русса — исконный немецкий город. Желая, видимо, придать городу «немецкий» облик, гитлеровцы загнали скот в древний красивый старорусский собор, повесили на перекрестках главных улиц трупы замученных ими людей, пооткрывали дома терпимости, куда силой затаскивают женщин и девочек-подростков. Да, после всего этого вид у города стал действительно немецким!

Впрочем, даже гитлеровские воротилы стали, видимо, несколько втупик от подобного онемечивания. Оказалось, что в городе за время немецкой оккупации заболели венерическими болезнями 20 процентов всех женщин, загнанных немцами под угрозой расстрела в дома терпимости. Приказ, об'явивший это, не отрицает, что болезнь занесена немецкими офицерами и солдатами. Приказ обращается к больным с настоятельным советом не насиловать женщин. Забота о населении? Нет. «Один больной солдат может сделать больными десятки других»... А несчастные женщины? Наплевать, вот еще нежности!

Висит об'явление: «При рождении девятого живого ребенка или седьмого сына родители имеют право выбирать в крестные Адольфа Гитлера или имперского маршала Германа Геринга». А рядом на улице повешены две беременные женщины — Нилова и Бойцова. Тут же висит третья женщина — Прокофьева, после которой осталось четверо маленьких ребят. За что повешены эти женщины? Так, для острастки. ("Красная звезда", СССР)

24.03.42: Мы нашли этот страшный фотодокумент в мундире убитого фашиста после боя у одного села Харьковской области. Фашист был убит в спину. Он бежал. Среди порнографических открыток, карточек жены и любовниц на час лежал и этот снимок...

Запомни, боец, эти лица убитых, замученных, этих женщин и юношей. Запомни эти горящие, разграбленные дома. Спрячь этот снимок и взгляни на него перед атакой. Может среди этих трупов твой отец, твоя мать, брат твой, сестра, невеста, сын, дочь, оставшиеся на Украине, в плену у гитлеровских бандитов. Так пусть еще сильнее горит месть в твоем храбром сердце. Кровь за кровь, смерть за смерть. Вперед, боец, на разбойника-чужеземца! ("Красная звезда", СССР)

06.03.42: Фриц сентиментален и пакостен. Он прослезится, показывая фотографию своей невесты. Но не умиляйтесь — у него в бумажнике и другие фотографии, лучше на них не глядеть. Фриц презирает свою жену. Он вытягивается в струнку перед хозяином, перед гаулейтером, перед лейтенантом. Зато домой он входит, как будто он — Гитлер. С женой он разговаривает, как укротитель...

Нам не было дела до их семейной жизни. Пока Геббельс с прыткостью блохи умыкал различных гретхен, мы могли только брезгливо морщиться. Но теперь павианы безобразничают на нашей земле. Они оскверняют наших женщин. Я видал фотографии, найденные в кармане немецкого офицера: русские девушки, раздетые догола, плачут, окруженные фрицами... Открыты публичные дома в Смоленске, в Харькове, в Новгороде, в Витебске, повсюду, где хозяйничают немцы. ("Красная звезда", СССР)

03.03.42: Как многие его соотечественники, унтер-офицер 35-го стрелкового полка Гейнц Клин вел дневник. Будучи человеком с образованием, Гейнц Клин записывал не только, сколько кур он сглотнул и сколько трофейных чулок нахапал, нет, Гейнц Клин был склонен к философствованию. Он отмечал в дневнике свои мысли и переживания.

«29 сентября 1941. ...Фельдфебель стрелял каждой в голову. Одна женщина умоляла, чтобы ей сохранили жизнь, но и ее убили. Я удивляюсь самому себе — я могу совершенно спокойно смотреть на эти вещи... Не изменяя выражения лица, я глядел, как фельдфебель расстреливал русских женщин. Я даже испытывал при этом некоторое удовольствие...»

«28 ноября 1941. Позавчера в деревне мы впервые увидели повешенную женщину. Она висела на телеграфном столбе...» ("Красная звезда", СССР)

ЯНВАРЬ 1942:

28.01.42: Предчувствуя свою погибель, немчура готовит новые пытки. Ученики колченогого, все эти «герр-докторы» сидят и придумывают, каким еще пыткам предать наших жен и наших детей. К нам они не были особенно «чувствительны». Они распарывали животы у беременных женщин. Они поили умиравших раненых лошадиной мочей. Они насиловали девочек, а потом относили их на лед и снова насиловали...

В другом письме, извлеченном из мешка, какая-то женщина брызжет грязной геббельсовской слюной. Она пишет унтер-офицеру Шнейдеру: «Вы имеете дело со страшным противником, которого нужно причислить к полудикарям». Она уверена в том, что «русские поедают своих собственных людей и кроме того они жрут червей». Другая женщина уверяет, что русские это «цыганский народ». Эти немецкие дуры начитались геббельсовской брехни и еще верят ей. Но война уже начинает прочищать немецкие мозги. Когда немца бьют по голове, он начинает лучше думать. ("Красная звезда", СССР)

14.01.42: Женщины, когда видят наших, плачут. Это — слезы радости, оттепель после страшной зимы. Два или три месяца они молчали. Сухими жесткими глазами глядели на немецких палачей. Боялись перекинуться коротким словом, жалобой, вздохом. И вот отошло, прорвалось. И кажется, в этот студеный день, что и впрямь на дворе весна, весна русского народа посередине русской зимы.

Страшны рассказы крестьян о черных неделях немецкого ига. Страшны не только зверства — страшен облик немца. «Показывает мне, что окурок в печку кидает, и задается: «Культур. Культур». А он, простите, при мне при женщине в избе оправлялся. Холодно, вот и не выходит»... «Грязные они. Ноги вымыл, утерся, а потом морду — тем же полотенцем»... «Один ест, а другой сидит за столом и вшей бьет. Глядеть противно»... «Он свое грязное белье в ведро положит. Я ему говорю — ведро чистое, а он смеется. Опоганили они нас»...

«Опоганили нас» — хорошие слова. В них все возмущение нашего народа перед грязью не только телесной, но и душевной этих гансов и фрицев. Они слыли культурными. Теперь все увидели, что такое их «культура» — похабные открытки и пьянки. Они слыли чистоплотными — теперь все увидели вшивых паршивцев, с чесоткой, которые устраивали в чистой избе нужник. ("Красная звезда", СССР)

08.01.42: Дико звучит это приравнивание воинского долга на поле сражения к петушиному выполнению специальных функций по производству племенных фашистских детей!... Немецкая женщина, и без того униженная, порабощенная, лишена последних остатков человеческого достоинства... Гитлер освобождает своих людей от морали. Он всюду отдает женщин на потеху пьяным, прогнившим от сифилиса охранникам. Массовые изнасилования женщин сопровождают каждый шаг бандитов в захваченных ими районах нашей страны. Их преступления чудовищны. Они терзают советских женщин, в которых наша страна воспитала высокое и гордое сознание своего человеческого достоинства, своего равенства с мужчиной во всех областях жизни. ("Красная звезда", СССР)

03.01.42: Повесьте казенную бумагу на елку — под тусклой звездой вашего фюрера. Ветчины не будет. Чулочек не будет. Победы не будет. Далеко от вас, под Калугой метель заносит труп вашего Вилли. У почтальона много повесток. Он стучится из дома в дом. Этот дед Мороз никого не обидит. Он не забудет ни Гильду, ни Эмму, ни Фриду.

Вы думали встретить новый год иначе. Вы думали зажечь среди мертвой Европы веселые елки. Вы думали танцевать на великом кладбище. Вы думали, пьяные шнапсом и кровью, кричать: «Победа!» Победы не будет. Победа сейчас летает над древней Феодосией, и она венчает лаврами заснеженных героев Калуги.

Я не хочу смеяться над слезами Марты или Анни. Но я вижу эти строчки, эти аккуратные готические палочки: «Пришли нам подарочки из России»... Я вижу жадную слюнявую морду немецкой гиены. Сударыня, вы дождались подарка. Вы получили по заслугам. Плачьте, если слезы могут обелить вашу черную совесть...

В ночь на Новый год вы хотели слушать щелканье пробок от шампанского. Вы услышали грохот орудий в Крыму и за Калугой. Вы думали выпить за вашу волчью победу. Вам пришлось поить ваших чувствительных гиен валерианкой. ("Известия", СССР)

01.01.42: Дрожит от холода завшивевший и покрытый нарывами немец, поднимающий руки, чтобы сдаться в плен. У него стучат зубы от холода и страха. Заикаясь, он молит о пощаде.

Но спроси, сколько наших пленных замучил покорный сегодня варвар? Спроси, сколько наших раненых добил он, заливаясь диким смехом? Спроси, сколько женщин изнасиловал он, сколько детей заколол своим штыком? Сколько домов поджег? Сколько петель затянул на шеях крестьян и рабочих в занятых немецкой армией районах? Посмотри ему в трусливые глаза — что сделал бы он с тобой, если бы он оказался победителем!... Немецкие руки носят на себе следы крови от пыток, совершенных над женщинами, детьми и стариками. Не щадили они ничего и никого. Уничтожали наши дома, сады, заводы, музеи, библиотеки, мужчин, женщин, детей. ("Красная звезда", СССР)

_________________________________________________
Армия Адольфа Гитлера порхает как балерина ("Time", США)
Хромой урод Геббельс своим блудливым языком... ("Правда", СССР)
Немцы не настолько глупы, чтобы верить ("The New York Times", США)
Как бешеный щенок Гитлер грязным носом ищет ("Красная звезда", СССР)
Публичный дом вместо семьи — такова скотская мораль гитлеровцев! ("Красная звезда", СССР)
Да, не похожи теперешние речи нацистских жаб на хвастливое кваканье 2 года назад ("Известия", СССР)
Tags: 1941, 1942, «time», газета «Красная звезда», газета «Правда», женщины, зверства фашистов, спецархив
Subscribe

Posts from This Journal “зверства фашистов” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 37 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →