Ярослав Огнев (0gnev) wrote,
Ярослав Огнев
0gnev

Categories:

Илья Эренбург. Июнь

«Красная звезда», 21 июня 1942 года, смерть немецким оккупантамИ.Эренбург || «Красная звезда» №144, 21 июня 1942 года

У Красной армии есть своя благородная и возвышенная цель войны, вдохновляющая ее на подвиги. Этим собственно и об’ясняется, что отечественная война рождает у нас тысячи героев и героинь, готовых идти на смерть ради свободы своей родины. (И.СТАЛИН).



# Все статьи за 21 июня 1942 года.



«Красная звезда», 21 июня 1942 года

Это было год тому назад. Короткая июньская ночь казалась Москве обычной. Люди, засыпая, мечтали о летних каникулах, о горах Кавказа, о синем море Балаклавы. Это была ночь на воскресенье, и в клубах молодежь танцовала. На подмосковных дачах влюбленные говорили о том, о чем говорят влюбленные всех стран и всех времен. Москва поздно проснулась. Люди завтракали, когда в густой медовый полдень лета вмешался взволнованный голос диктора. Мы узнали, какой ночью была та ночь. Война... Это слово прозвучало непривычно, как первый крик сирены. Прошел год. Это слово стало жизнью.

Люди с большим сердцем отдают самое дорогое, не задумываясь. Большие народы не мерят своих жертв. Россия все дала, чтобы только отстоять свою свободу. Кто расскажет, как тяжело было взорвать Днепрогэс — гордость советского народа? О Днепрогэсе писали газеты всего мира, но мы знаем тысячи и тысячи других жертв. В украинском селе колхозница Мария Глушенко сожгла свою хату, чтобы хата не досталась немцам. Это был простой дом, но для семьи, которая в нем жила, это был свой дом, это был мир. Рука Марии Глушенко не дрогнула...

Человек, сызмальства привыкший к избытку, не знает цену вещам. В старой дореволюционной России богатство было достоянием немногих. Можно ли понять, что такое домны Магнитки, не вспомнив о курной избе? Лапти были не только обувью, лапти была символом. Миллионы и миллионы вместо подписи покорно ставили крестик. Советский народ знал, что такое достаток: посаженные деревья только-только начали приносить плоды. Мы жертвовали не наследство, не шальную приблудную деньгу, но добро, оплаченное потом героического поколения. Крым дышал запахом пороха и муската: сухая земля впитала вино. В Витебске горели склады с сукном. Люди жертвовали всем.

Прошлым летом и осенью Россия кочевала. Кто видел караваны беженцев, их не забудет. Люди молча шли на восток. Украинские крестьяне гнали волов, шли старухи из Минска, из Гомеля, по непролазной грязи шагали горожанки в туфлях на высоких каблуках, женщины уносили грудных детей. Переезжали заводы. Снимались с места города — как корабли. Среди снега в степи устанавливали машины харьковских заводов. В далекой пустыне работал Камерный театр. Ученые дописывали книги в теплушках. Киевляне распылились среди сел Средней Азии. Башкирия приютила школы Украины. Сколько за этими словами скрыто горя, раз'единенных семей, суровой жизни на бивуаке, самоотверженного труда!

Враг покушался на самое дорогое. Немецкие бомбы искалечили Новгород. Немецкие снаряды калечат Ленинград. Гитлеровцы мечтали умертвить нерв нашего сопротивления — самосознание русского народа. Для этого они уничтожали наши реликвии от кабинета Толстого до музея в Бородине. Они хотели оскорбить Россию, превратив Одессу в захолустный город вшивой Румынии и посадив наместником «Остланда» балтийского проходимца Розенберга.

В Пушкине, в аллее, которую любил молодой лицеист, на деревьях висели русские люди, пожилой человек с бородой, девушка. Многие паломники знали эту аллею, в нашей памяти она связывалась с юностью Пушкина, с юностью России. Немцы ее превратили в аллею виселиц. А женщины в освобожденных деревнях рассказывали бойцам о том, как немцы убивали детей на глазах у матери...

Долго после конца мировой войны земля вокруг Вердена оставалась бесплодной: снаряды снесли верхний слой почвы, не росла и трава. Во многих советских семьях теперь зияние: нет мужа, сына или брата. Это горе простое и непоправимое. О нем никто не расскажет: наши женщины стойко работают, и глаза у них сухие.

Сталинградская битва, сталинградская наука, битва за Сталинград

Передо мной письмо матери. Ее сын Игорь Азаров, боец разведывательного батальона, погиб смертью героя. Мать пишет товарищам своего сына:

«Дорогие ребята! Товарищи моего сына и теперь мои товарищи!

Я получила извещение вашего батальона о том, что мой сын, мой родной единственный мальчик убит. Мне очень тяжело. Мне трудно пережить горе, которое свалилось на меня, больного человека, но я постараюсь держать себя так, чтобы своей работой принести пользу родине и отомстить проклятым, трижды проклятым гадам, напавшим на наш Союз, исковеркавшим столько человеческих жизней и убившим моего сына. Сына, которого вы знали, я одна, женщина, с трудностями растила и воспитывала и учила. Мой сын, как огонек будущего, светил мне в тяжелой моей жизни.

Я прошу вас написать мне, где похоронен мой сын, и отметить его могилу. Вы теперь, ребята, все мои сыновья. Не забывайте меня. Если кому что нужно, я все для вас сделаю. Я вас люблю так, как любила сына.

Напишите мне, как погиб мой сын, я вас очень прошу об этом. Если у него были при себе письма, перешлите мне, если это возможно. Я знаю, что в комсомольском билете он носил фотографию одной девушки. Если она сохранилась, передайте ее мне, и если есть, напишите ее адрес.

Желаю вам, ребята, бить проклятых нечистей и много удачи в боевых делах. М.Азарова».

В этих словах вся скорбь матери и все величье русского сердца. Как Азарова отдала родине сына, все советские люди отдали родине самое дорогое: близких и себя, силы, чувства, кровь.

В день флага во многих странах Америки и на британских островах реяли пестрые флаги. Были украшены флагами города Советского Союза, от Мурманска до Владивостока. Но я думаю сейчас об одном флаге: о флаге свободы над истерзанным Севастополем, где люди в кромешном аду на крохотном плацдарме отбиваются от десяти немецких дивизий, и от пятисот немецких самолетов. В истории войны Севастополь эпизод, одна страница эпопеи. Но нет сейчас имени, которое больше бы говорило о советском мужестве, о самопожертвовании нашего народа, нежели это — Севастополь.

Год жертв позади, год испытаний. Я был на заседании Верховного Совета. Я видел Сталина. Была на его лице решимость, уверенность в победе и боль за свой родной народ. Отовсюду приехали депутаты. Среди них много людей, которых я знал прежде, они переменились. За сколько десятилетий будет зачтен один такой год?.. Сурово люди жали друг другу руки. Война закалила Россию, и никогда Россия не была такой крепкой, как теперь.

Воюет поколение, которое мечтало не о войне. Оно верило в братство народов. Оно с волнением читало романы Барбюса и Ремарка, оно болело за лишения немецкого народа. Нелегко было молодым понять, кто перед ними. Мать Азарова справедливо пишет: «Гады». Год тому назад в коротенькую ночь серо-зеленые солдаты, как гады, ползли среди некошенной травы. Наши молодые бойцы сначала верили, что перед ними обманутые люди, которых можно образумить словом. А гады ползли, вырывали у девушек груди, вешали. И теперь ненависть к врагу, как уголь, жжет сердце России. Недавно в трамвае ехал боец-снайпер. Товарищ сказал про него: «Он застрелил семьдесят немцев». И тогда старая женщина, вся седенькая, морщинистая, подошла к снайперу и с необычайной лаской сказала: «Спасибо!..».

Нелегко человеку почувствовать, что такое воздух: для этого нужно очутиться в глубокой шахте, пережить удушие. Русский народ не знал прежде национального гнета: никто никогда не унижал русского за то, что он — русский. Гитлеровцы издеваются над русскими обычаями, над русской стариной, над русской речью. И мы чувствуем, как подымается в нас национальное достоинство. Россия теперь узнала, что такое взыскательный, всепоглощающий патриотизм. Гитлер разбудил страшную для него силу: гнев России.

Жизнь до войны была трудной и легкой. Трудной потому, что приходилось преодолевать косность и техническую отсталость дореволюционной России. Легкой потому, что все дороги были открыты перед юношей. Подростки спрашивали себя: чем я стану? Летчиком? Инженером? Писателем? Молодое поколение было баловнями родины. Юноши шли по дороге жизни, как по шоссе. Прошел год. И вот наши дети стали суровыми солдатами, они идут с бутылками на танки и таранят вражеские самолеты.

Год тому назад, накануне войны, Красная Армия была частью государства. Рядом с ней была заводы, вырабатывавшие нежные ткани, школы, где учились философы и садоводы, мирные луга и мудрые академики. Теперь вся Россия — это Красная Армия. Недаром теперь мы называем Сталина полководцем. Наш народ в походе. Солдатский хлеб — наш хлеб, солдатская радость — наша радость.

Год тому назад немцы считали, через сколько дней они будут в Москве. Удар был сильным. Сурово прозвучал в раннее июльское утро голос Сталина: он предостерегал наш народ от гибельного благодушия. Немцы двигались на Восток. В газетах наших друзей замелькали черные предсказания. Были и среди нас дрогнувшие духом. Но Сталин не дрогнул. Не дрогнул и народ. Красная Армия устояла. Седьмого ноября Гитлер хотел принимать парад в Москве на Красной площади. Гитлер принимал парад немецких мертвецов на всех полях, от Вислы до Оки, от Немана до Волги. А на Красной площади защитники Москвы салютовали Сталину и нашему знамени.

Мы многое потеряли за этот год: мир, уют, города, близких. Мы многое за этот год обрели: ясность взгляда, плодотворную ненависть, огонь патриотизма, завершенность, зрелость каждого человека. Год тому назад мы были мирным народом. На нас напали профессиональные захватчики, люди, рожденные и воспитанные для механических убийств, страна, где танки паслись, как в других странах паслись овцы, где женщины рожали не детей, но танкистов. И год тому назад мы пережили страшные недели: враг мчался вперед. Немцы могут вспомнить июнь 1941 года как свое последнее счастье. Оно не повторится. Напрасно Гитлер обещал немцам весной развязку. Когда-то немцы в три недели пожрали Францию. Теперь они семь месяцев осаждают Севастополь, и вот уже две недели, как его штурмуют — крохотный клочок земли, русский островок среди моря серо-зеленых шинелей.

Один немецкий офицер, сидя в Гжатске, записал: «Когда мне говорят, что между нами и Москвой меньше двухсот километров, мне хочется ответить: между нами и Москвой память о зиме».

Между ними и победой этот год: непроходимая пропасть. Они могут вспомнить июнь 1941 года, как первую смертельную рану. Они тогда бодро неслись вперед, подгоняемые голодом и честолюбием. Они не знали, что несутся навстречу смерти. Она начали. Кончим мы.

Прошел год. Гитлер думал уничтожить Красную Армию, чтобы потом обрушиться на Англию. Мы выстояли. Второй фронт отвоеван нами в ноябре на подступах к Москве. Мы дали возможность англичанам создать сильную армию. Мы дали возможность Америке мобилизовать свою промышленность, построить транспорты, перекинуть в Европу американские войска. Мы были одни весь этот год. Теперь мы ждем на переднем крае боевых друзей. Скоро Геббельсу придется писать в своих сводках: «На Западном фронте...» Немецкие самолеты, бомбившие Лондон, частью валяются на русских полях, частью — на нашем фронте. Многие немецкие дивизии, грозившие Англии, стали рощами деревянных крестов, другие стоят от Мурманска до Севастополя. Немецкие плоты из Ла манша перекочевали на берега Азовского и Черного морей. Мы не только помяли восточный фронт Германии, мы оголили ее будущий западный фронт.

Среди густой травы, в селах, в городских садах мы видим красные звезды священных могил: здесь погребены герои. В годовщину войны мы думаем о погибших: они с нами. Они продолжают жить и сражаться в каждой роте, в каждом полку. Погибшие в дни отступления вместе с живыми брали Елец. Ростов, Калугу, Можайск. Живы их подвиги, живы их имена, и, придя в дом, где жил убитый в бою товарищ, боец скажет жене: «Родная, он с нами». Он покажет на сердце: «Вот здесь». Павшие на поле брани — в сердце России. Мы их потеряли: велика наша скорбь. И мы их нашли, мы открыли величье их духа: мы знали их веселыми или грустными, бодрыми или усталыми, мы узнали их бессмертными.

Победа не падает с неба, победу надо достать из самых глубин земли, из самых глубин сердца. Когда Гитлер болтал о молниеносной войне, мы говорили о долгом и суровом испытании. Мы пережили год войны. Мы подходим к времени больших, тяжелых, решающих боев.

Наши испытания не кончены. Последний час перед развязкой будет жестоким. Нелегко откажутся немцы от своей преступной мечты быть «герренсфольк» — «народом господ». Они еще жадно смотрят на Кубань, где зреют нивы богатого урожая. Они еще косятся на дворцы Ленинграда. Они еще хотят итти вперед. Нам предстоит дважды трудное дело: отбить и прогнать. Они будут отчаянно обороняться: страх придает им силы, страх ответственности за все ими совершенное. Мы не закрываем глаза, мы знаем, что еще тернист путь к полной победе. Но мы знаем также, что это — наш путь.

Россия в гимнастерке, обветренная и обстрелянная — это все та же бессмертная Россия, Россия Пушкина и Россия Ленина, и это новая Россия — она заглянула в глаза победе. Год тому назад мы услышали слова «победа будет за нами». Тогда победа была далекой: страницей истории, прозрением будущего. Теперь мы знаем победу: у нее защитные петлицы, она пахнет пылью, порохом, помятой травой. Мы подружились с ней как с родной. Она не где-то вдали, она рядом — в твоем блиндаже, в твоем окопе, у твоей батареи, и мы теперь говорим: победа с нами. // Илья Эренбург.
_____________________________________________________________
А.Толстой: Убей зверя! ("Красная звезда", СССР)*
Политические и военные итоги года отечественной войны ("Красная звезда", СССР)*


*********************************************************************************************************************************
За полный разгром врага!*


Прошел год с тех пор, как гитлеровская Германия вероломно напала на нашу страну. Внезапность немецко-фашистского нападения и количественный перевес в танках и авиации вынудили Красную Армию к отступлению. Свыше пяти месяцев отходили наши войска в глубь страны. Тяжко было советским людям думать об этом, хотя они знали причины своих временных неудач. В воспаленном воображении фашистских генералов уже возникали картины побежденного, поверженного в прах великого города, сердца России — Москвы. Но советская страна и ее Красная Армия перечеркнули все планы немецкого командования.

«Красная звезда», 21 июня 1942 года

На картах и схемах сражений великой войны советского народа против германского фашизма будущие военные историки найдут явственные черты искусства военачальников Красной Армии. Тома экономических исследований откроют им силу народного хозяйства СССР, выдержавшего напряженное соревнование с экономикой Германии и захваченных ею стран. Секретные архивы немецко-генерального штаба помогут им понять все детали просчетов Гитлера в области планирования войны. Но одно это далеко не об'яснит им причин, по которым чаша весов войны склонилась в сторону Красной Армии.

Главная наша сила — это советские воины, доблестные сыны отечества, решившие оборонять его честь, свободу и независимость до последней капли крови. Главная наша сила — это Сталин — вождь-полководец, чей стратегический гений расстроил все козни врагов. Отступая, наши люди, не колеблясь, верили в мудрость своего вождя и знали, что в конечном счете неприятель будет разгромлен. Отступая, они сохраняли могучую волю к наступлению.

В истории других стран нет ничего равного этой силе народного духа. Только прошлое России являет изумленному миру пример такой героической стойкости и стратегического таланта. Это — 1812 год. В своей книге «Завещание Шлиффена», анализирующей причины поражения Германии в первой мировой войне, генерал Гренер писал: «Кто хочет познать стратегический характер Восточного театра военных действий, тот не должен пройти мимо исторических воспоминаний. У врат огромной равнины между Вислой и Уралом, вмещающей одно государство и один народ, стоит предостерегающая фигура Наполеона I, чья судьба должна внушать всякому нападающему на Россию жуткое чувство перед наступлением в эту страну. Русская армия даже в худшем случае будет постоянно находить убежище в глубине страны и черпать новые силы из огромных пространств и своих человеческих масс».

Гитлер не прислушался к голосу истории. Этот слепой безумец полагал, что от судьбы Наполеона его убережет современный мотор, который якобы и на войне сокращает расстояния, сводит на-нет фактор пространства и позволяет поэтому провозгласить эпоху «блиц-крига». В ответ на эти выкладки стратегия советской обороны, вобрав в себя опыт ведения войны гениальным Кутузовым, мудро усовершенствовала применительно к современному уровню техники то оперативно-стратегическое начало, которое принесло победу русскому оружию в 1812 году.

Наполеон искал сражений с русской армией. Кутузов не давал их ему вплоть до самой Москвы — военные силы были слишком не равны. Генералы Гитлера, наоборот, уклонялись от серьезных боев с нами. Они искали пустых пространств, чтобы без препятствий двигаться вперед. Бородинский бой обескровил армию Наполеона. Мы навязали немцам десятки больших и малых Бородино, мы истощили их и обескровили еще раньше, чем они подошли к Москве. Каждый раз, когда наши части бросали один рубеж и, отходя, занимали другой, это было повторением Бородино, и неприятельская сторона, как это было и с Наполеоном, не знала — можно ли ей назвать себя победителем. Гитлер одерживал «пирровы победы», ибо в них самих был до известной степени заключен источник его поражения. Эта сила сталинской стратегии позволила нам не пустить немцев в Москву и разгромить их на ее подступах.

На полях отечественной войны наш великий Сталин практически осуществил свои принципы выбора оперативно-стратегического решения, о которых он писал: «Способы ведения войны, формы войны не всегда одинаковы. Они меняются в зависимости от условий развития, прежде всего в зависимости от развития производства. При Чингисхане война велась иначе, чем при Наполеоне III, в XX веке ведется иначе, чем в XIX веке. Искусство ведения войны в современных условиях состоит в том, чтобы, овладев всеми формами войны и всеми достижениями науки в этой области, разумно их использовать, умело сочетать их или своевременно применить ту или иную из этих форм в зависимости от обстановки».

В ходе советско-германской войны произошли существенные изменения в положении обеих сторон. Германия стала значительно слабее, чем год назад. Война разрушила тот пьедестал непобедимости, на который возвела немецкую армию фашистская пропаганда. Немецкая армия образца лета 1942 года еще упорна в обороне, но уже лишена той наступательной энергии, какой она обладала раньше. Красная Армия стала сильнее и организованнее. Международные связи нашей родины выросли и окрепли. Поездка Народного Комиссара Иностранных Дел тов. В.И.Молотова в Лондон и Вашингтон увенчалась заключением Союзного Договора с Великобританией и соглашением с Соединенными Штатами Америки. Над гитлеровской Германией нависла тень второго фронта. Рокот станков на американских заводах и взрывы английских бомб, сбрасываемых на рурские города, напоминают Гитлеру о реальной силе будущего второго фронта. Таковы краткие итоги военных действий за год.

Каковы же дальнейшие перспективы борьбы на нашем фронте? Уже давно прошла зима с ее холодами, кончилась весна, наступило лето, а немцы производят только местные операции. Красная Армия держит на многих участках фронта инициативу в своих руках и продолжает сковывать широкий маневр противника. В этих боях немцы несут огромнейшие потери. Скрип немецкой печати, приказы гитлеровских генералов даже отдаленно не напоминают те воинственные клики, которыми гитлеровская Германия оглашала мир в первые дни войны. И так же, как задолго до капитуляции в 1918 г. многие в Германии сознавали, что окончательное поражение неизбежно, так и теперь даже сама гитлеровская клика понимает, что фактически ее дело проиграно.

Тем не менее враг еще силен. Но ясно одно: о наступлении германской армии, подобном тому, какое было в летние месяцы прошлого года, — не может быть и речи. Перед немцами теперь в области стратегии стоит вопрос не о завоевании СССР, а о том, чтобы как-нибудь продержаться. Это не значит, конечно, что в оперативно-тактическом смысле они будут придерживаться лишь оборонительных методов ведения войны. Но наступательные действия неприятеля уже не могут выйти за рамки ограниченных целей.

Вызывая в своей памяти картины отгремевших битв года войны, мы можем заявить, что воскресенье 22 июня 1941 г. является черным днем в недолгой и подлой истории гитлеровской Германии, днем начала конца гитлеровского черносотенного режима.

Год войны Красной Армии против немецко-фашистских войск является торжеством сталинской стратегии, которая приведет советский народ к окончательной победе над врагом.

Долг Красной Армии — до конца и с честью выдержать все испытания, которые ждут ее впереди. Стойкость наших войск, их наступательный порыв и воинское уменье, все совершенствующееся искусство наших командиров принесут решающие успехи советскому мечу. Враг будет окончательно разгромлен!
____________________________________________________
Боевой дух Красной Армии ("The New York Times", США)
Отчет о России и русских ("The New York Times", США)
Солдат, который не сдается ("The New York Times", США)
Сергей – боец Красной Армии ("The New York Times", США)
Роль морального духа на войне ("The New York Times", США)
Человек, который остановил Гитлера ("The New York Times", США)


******************************************************************************************************************************************
ГИБЕЛЬ ПОСЕВОВ В ГЕРМАНИИ
Германский народ перед угрозой новой голодной зимы


СТОКГОЛЬМ, 20 июня. (ТАСС). В германской печати все громче раздаются голоса, выражающие тревогу за судьбу сельского хозяйства Германии. Некоторые газеты прямо заявляют о том, что в связи с гибелью огромной части посевов озимых, германское население не должно обманывать себя надеждами на улучшение продовольственного положения в ближайшем будущем.

Газета «Франкфуртер цейтунг» пишет, что «нельзя надеяться, что урожай 1942 года изменит что-либо в продовольственном положении Германии». По данным журнала «Дейче фольксвирт», в Германии в этом году вымерзло озимых посевов свыше 2 миллионов га. «Недовыполнение осеннего сева, ущерб, нанесенный морозами, шестинедельное запоздание весеннего сева, — пишет журнал, — все это поставило сельское хозяйство в исключительно тяжелое положение. Большая часть посевов погибла. Сильнее всего пострадали от морозов посевы масличных культур. Германия не в состоянии мобилизовать необходимую рабочую силу для сельского хозяйства. Люди, занятые в сельском хозяйстве, работают с большой перегрузкой, которая не только подрывает здоровье сельскохозяйственных рабочих и крестьян, но и грозит целому ряду хозяйств катастрофой в самый решительный момент».

Газета «Ангрифф» сообщает, что большая часть фруктовых деревьев и ягодных культур погибла от морозов. Особенно сильно пострадали питомники плодовых деревьев. Берлинский корреспондент шведской газеты «Афтонбладет» отмечает, что германские виноградники почти полностью погибли от морозов. Крестьянам не удалось раздобыть новые виноградные лозы.

Германские власти уже обеспокоены тем, что для осеннего сева нехватит семян. В связи с этим, как сообщает «Кельнише цейтунг», власти об'явили, что весь озимый ячмень и озимая пшеница из урожая 1942 года конфискуются для осеннего сева. Использование урожая для других целей строго запрещено.
________________________________
И.Эренбург: Горе им! ("Красная звезда", СССР)
И.Эренбург: Путь к Германии ("Красная звезда", СССР)
А.Толстой: Русский и немец ("Красная звезда", СССР)**


*********************************************************************************************************************************
От Советского Информбюро*


За три с половиной месяца снайперы подразделения тов. Лушникова, действующего на одном из участков Ленинградского фронта, уничтожили более 800 гитлеровцев. Снайпер этого подразделения тов. Семенов истребил 165 гитлеровцев, тов. Яковлев — 94 и тов. Соловьев — 80 солдат и офицеров противника.



Бойцы части, где командиром тов. Волков, ружейно-пулеметным огнем сбили двухмоторный бомбардировщик противника. Два немецких летчика взяты в плен.



Пленный ефрейтор 602 немецкого транспортного батальона Вилли Шульц рассказал: «Наш батальон перевозил военные грузы из Германии в прифронтовые города. Последний рейс был очень неудачный. У пункта К. прорвались русские части. В колонне началась страшная паника. Некоторые шоферы бросали свои машины и бежали. Другие пытались удрать на грузовиках. Часть машин завязла в грязи и загородила путь остальным. Образовалась пробка. Мы понесли очень большие потери. В оккупированных районах я видел на дорогах много машин, взорванных и уничтоженных партизанами. Недавно командование издало приказ, в котором предлагается расстреливать на месте каждого встречного русского, идущего по тракту или обнаруженного поблизости от тракта».



У пленного немецкого ефрейтора Ганса Ове найдены письма от матери из Гамбурга. Приводим несколько выдержек из писем: «...Гейнц Гербен должен сегодня явиться, ему 17 лет... Вилли в этом месяце исполнится 17 лет. Он тоже скоро станет солдатом... Вчера с 11 часов вечера до трех часов ночи была воздушная тревога. В бомбоубежище погас свет... Любек на три четверти сравнен с землей... Росток три ночи подряд подвергался бомбардировке. Там теперь все выглядит так же пустынно, как и в Любеке. Никогда еще не было ничего подобного. Заводы Хейнкель по всей вероятности тоже разрушены. Много убитых. Что будет дальше с нами? Сделают ли они с Гамбургом то же самое?»



Гитлеровские власти отправили из Норвегии в Германию 800 немецких жандармов, «на состоянии духа которых отразился контакт с местным населением». Многие жандармы арестованы.



Трудящиеся Туркменской республики отправили на фронт 34 вагона с подарками для красноармейцев, командиров и политработников. В посылках бойцам направлены колбасные изделия, мед, сушеные фрукты, вино, папиросы, туалетное мыло, портсигары, кисеты, термосы, патефоны и другие подарки.



На Севастопольском участке фронта идут напряженные бои. Героические защитники Севастополя днем и ночью отбивают ожесточенные атаки превосходящих сил противника и наносят ему тяжелые потери. Береговая батарея, которой командует старший лейтенант Дмитриев, уничтожила до батальона вражеской пехоты. Рота противотанковых ружей одной из частей Черноморского флота за три дня подбила 23 немецких танка и уничтожила до 300 гитлеровцев. Краснофлотец тов. Тимохин ружейным огнем сбил немецкий самолет. Самоотверженно действует морская авиация. За два дня наши летчики уничтожили 29 немецких танков, 12 минометных батарей, 60 автомашин и более батальона пехоты противника.



На одном из участков Брянского фронта саперы Исаичев, Ситников, Кирьяков, Вемаков, сержанты Коняшкин и Хохлов обнаружили и обезвредили минное поле противника. В образовавшиеся проходы наши танки и пехота атаковали немцев. В результате боя противник потерял убитыми свыше 600 солдат и офицеров. Захвачено 6 немецких танков, 4 орудия, 6 пулеметов, 4 миномета, много автоматов и винтовок.



Тридцать пять гитлеровцев атаковали окоп, где находился командир отделения Мартынов с несколькими бойцами. Отважный командир уничтожил 20 гитлеровцев и отстреливался до тех пор, пока на помощь не пришли бойцы подразделения.



Снайперы подразделения тов. Кожанова в течение нескольких дней уничтожили 58 немецких солдат и офицеров.



Пленный ефрейтор 23 немецкого полка Отто Р. рассказал: «Мне пришлось участвовать в польском и французском походах. Но настоящую войну я увидел только в России. Непрерывные бои окончательно подорвали мои силы. Я стал с полным безразличием относиться ко всему, думая лишь об одном — когда же кончится этот ад? На мое моральное состояние повлияла и печальная судьба моих трех братьев. Брат Бертольд служил вместе со мной в одном полку. В апреле этого года он был убит. Второй брат Густав тяжело ранен и навсегда потерял трудоспособность. Третий брат тоже на русском фронте. Уже несколько месяцев я не имею от него никаких известий. Я больше не мог терпеть. Когда к нам ворвались русские танки, я с пятью товарищами сидел в блиндаже. Танкисты нас не заметили. Можно было еще попытаться скрыться и удрать. Но я решил — назад к своим не пойду, ибо воевать больше не в силах. Мы сговорились, и все 6 человек сдались в плен».



Группа командиров и красноармейцев составила акт о чудовищном преступлении гитлеровских людоедов. В акте говорится, что на отвоеванной у немцев высоте был найден труп краснофлотца, зверски замученного немецко-фашистскими извергами. Труп носит следы страшных пыток. Левое предплечье выломано из локтевого сустава, отрезаны пальцы рук, выколоты глаза, грудь и бедра имеют следы ожогов. Акт подписали командиры и красноармейцы Калинин, Гезунтерман, Казьмин, Желифонов, Ходаз и Виноградов. // Совинформбюро.


*********************************************************************************************************************************
ДВАДЦАТЬ ВТОРОЕ ИЮНЯ


Кончайся, кончайся, обугленный год!
Стань прошлым! Историк напишет,
Как, встретивши злейшую из непогод,
Страна еще яростней дышет;

Как с тихого Дона и с Волги-реки
Побудка пошла в батальонах.
Как двинулись рослые сибиряки
К Москве в полушубках дубленых;

И в грозной горячке, в страде боевой
Страна, что ни час, молодела.
Ее не скарежило. Ей не впервой
Такое ударное дело.

Немало работы еще впереди.
Не сломит бойца непогода.
Жди, Таллин и Киев, и Новгород, жди:
Вернемся до Нового Года.

А ты, Севастополь, а ты Ленинград, —
Два славных приморских причала!
Любой из своих высочайших наград
Вся родина вас увенчала.

Как два корабля в непогодной ночи
Сигналят при встрече салютом, —
Зенитных прожекторов ваши лучи
Во мраке скрещаются лютом.

И Балтика шлет Черноморью: Даешь!
И Черное штормами хлещет.
И вся наша армия, вся молодежь
Беседе морей рукоплещет.

А там — из туманных британских портов,
За дальним таким расстояньем,
— Спасибо! — откликнулись тысячи ртов,
Спасибо за песню! Подтянем!

Павел АНТОКОЛЬСКИЙ.

___________________________________________
Красноармеец ("The New Yorker", США)
Золотой фонд Красной Армии* ("Правда", СССР)
Советский богатырь* ("Красная звезда", СССР)
Подарки бойцам Красной Армии ("Правда", СССР)
Полководцы Красной Армии* ("Известия", СССР)
Боевой дух Красной Армии ("The New York Times", США)
Сергей – боец Красной Армии ("The New York Times", США)
Мастерство полководцев Красной Армии ("Известия", СССР)
Красная Армия - школа для народа ("The New York Times", США)
"Храбрый русский народ спасает и наши очаги" ("Правда", СССР)
Красная Армия защищает мировую цивилизацию ("Правда", СССР)
М.Горький: Если враг не сдается, — его уничтожают ("Правда", СССР)
Русские азиаты сталкиваются с цивилизацией ("Journal de Genève", Швейцария)
Красная Армия: как «чистки» сказываются на военной машине ("The Times", Великобритания)

Газета «Красная Звезда» №144 (5208), 21 июня 1942 года
Tags: Илья Эренбург, Совинформбюро, газета «Красная звезда», июнь 1942, лето 1942
Subscribe

Posts from This Journal “Совинформбюро” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments