?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Илья Эренбург. Сильнее смерти
0gnev
«Красная звезда», 18 июля 1942 года, смерть немецким оккупантамИ.Эренбург || "Красная звезда" №167, 18 июля 1942 года

Каждый шаг стоит фашистам огромных потерь людьми и техникой. Воины Красной Армии, стойкостью и упорством в обороне умножайте потери врага!



# Все статьи за 18 июля 1942 года.



«Красная звезда», 18 июля 1942 года

Орган эс-эсовцев «Шварце Кор» в передовой 9 июля рассуждает:

«Опыт научил нас считаться с упорством противника, поэтому неправильно торопиться регистрировать недели войны, километры завоеванной территории, число пленных... Прежде всего нужно примириться с особенностями большевистского человека, к которому следует подходить с новой меркой. В отдельном человеке отражается упорство всей системы, не знающей компромисса. Нам, европейцам, кажется феноменальным, что большевистские солдаты месяц за месяцем идут в наступление на верную смерть и, не задумываясь, жертвуют жизнью в обороне. Капитуляций окруженных частей, крепостей, опорных пунктов — этих нормальных явлений всех прочих войн — в СССР не бывает. Пленных удается брать только в тех случаях, когда, враг полностью рассеян. Откуда берется это непонятное ожесточение? Здесь действуют силы, которым нет места в мире наших обычных представлений... Нужно предполагать, что у большевистского человека есть вера, помогающая ему совершать невероятные вещи...»

Палачи Гиммлера ошеломлены: русское сопротивление им кажется нарушением всех правил игры. Они считают, что Россия должна была сдаться, как Франция, и они пожимают плечами: откуда такое упорство?.. Эс-эсовцы привыкли иметь дело с малодушными или с предателями. Они негодуют: почему Севастополь не капитулировал? Почему москвичи не вышли навстречу фон Боку с ключами города? Почему Ленинград не понял «нормальных» явлений и не пустил на Невский немецких ефрейторов? Почему защитники Воронежа вместо того, чтобы сдаваться в плен, истребляют немцев? «Откуда это ожесточение

На помощь эс-эсовцам приходит Геббельс. Он об'ясняет в газете «Дас рейх»: «Большевистская армия иногда сражается с почти животным упорством. Она обнаруживает презрение к смерти, которое является более чем примечательным».

Колченогий выписывает слова «презрение к смерти», не понимая всей глубины их значения. Он не в силах об’яснить эс-эсовцам, в чем та «вера» наших бойцов, о которой говорит «Шварце Кор». Таинственной книгой за семью печатями остается душа нашего народа для немецких грабителей. Они не понимают, что ведет наших людей в бой. Скажем прямо: любовь — любовь к семье, любовь к родине, любовь к жизни. Нет силы выше, чем настоящая любовь. Данте сказал, что она движет небесными светилами. Мы скромно добавим, что она испепеляет железные чудовища, которые рвутся к нашим городам.

Я получил сегодня письмо от бойца-казаха. Я приведу его: в нем ответ на вопрос, поставленный газетой Гиммлера. Красноармеец Асхар Лекеров пишет: «Ваша статья «Июнь» мне много напомнила. Я сидел в тесной сырой землянке, но мне казалось, что я сижу в большом театре мира. Передо мной проходила на экране жизнь казахского народа. Страна бывших пастухов. Голод. Кочевники в голодной степи. Ныне цветущий край...

Я вспомнил июнь 1941 г. Я тогда находился в своем колхозе. До революции это место называлось Батбах, то-есть болото. Из горы текла маленькая речка, ее тоже звали Батбах. Никто здесь не жил, говорили, что нельзя жить. А сейчас на берегу этой речки новое колхозное село, около ста тридцати дворов, громадная школа-семилетка, клуб. И при каждом доме, огород — бахши. А между прочим до революции казахский народ даже не имел понятия, что такое картошка или помидоры. Четыреста гектаров посевная площадь, десять тысяч овец, шестьсот коров, семьсот лошадей. Вот это картина Батбаха в июне 1941 г.

Я люблю родной край, родную землю, люблю мой Батбах. Хочу купаться в речке Батбах, и я вам прямо скажу, товарищ Эренбург, я хочу жить после победы над врагом. Но когда жаркая схватка с врагом, я про все забываю. Меня волнует одна мысль — разбить, уничтожить палачей. Во мне кипит кровь. Простой маленький казах превращается в непобедимого громадного борца. После мне самому смешно...

Что такое жизнь? Это очень большой вопрос. Потому что каждый хочет жить, но смерть раз в жизни неизбежна, а тогда надо умереть, как герой, как Чапай — тогда хотя бы наши вспомнят, что такой-то погиб в геройском бою с фашистами».

пленные немцы, пленные немцы в советской армии, немцы в советском плену, немецкий солдатЭто простодушное, но глубоко человечное письмо справедливо говорит о силе нашего бойца. Что движет казаха Асхара Лекерова? Любовь к его краю, к пастбищам, к горной речке, к тому большому миру, который открылся для всех народов нашей родины после Октября. Бойца Асхара Лекерова ведет в бой также лютая ненависть: он знает, кто разлучил его с родными местами, с близкими, он зовет немцев палачами: это палачи нашей родины.

Родина говорит каждому бойцу: «Стой, дерись, держись и ты победишь. Стойкие побеждают. Трусы гибнут. Родина будет жить и ты будешь жить!» Асхар Лекеров любит жизнь, как любит жизнь каждый советский человек. Он не хочет умирать: в войне он ищет не смерти, но победы. И вот эта любовь к жизни позволяет нашим бойцам итти навстречу смертельной опасности. Может быть, последней мыслью бойцов, которые, обвязавшись гранатами, бросались под танки, чтобы преградить путь врагу, было: до чего чудесна жизнь...

Асхар Лекеров пишет, что простой казах становится в священном пылу боя непобедимым и огромным. Это правда. Казах или русский или украинец, все они становятся одним непобедимым и огромным народом. Это позволяет нам отбивать атаки немецких танков. Это позволяет нам и теперь, в трудные дни нового испытания, сказать: наш народ непобедим! // Илья Эренбург.
_____________________________________________________
Й.Геббельс: О так называемой русской душе ("Das Reich", Германия)
И.Эренбург: Душа народа* ("Красная звезда", СССР)
Боевой дух Красной Армии ("The New York Times", США)
Отчет о России и русских ("The New York Times", США)
Солдат, который не сдается ("The New York Times", США)
Сергей – боец Красной Армии ("The New York Times", США)
Роль морального духа на войне ("The New York Times", США)
Человек, который остановил Гитлера ("The New York Times", США)
Самопожертвование русских – в чем причина? ("The Times", Великобритания)


******************************************************************************************************************************************
В районе Воронежа. Бронебойщики N части перебрасываются на машинах на передовые позиции. Танк с десантом нашей пехоты


Снимки нашего спец. фотокорр. С.Лоскутова



******************************************************************************************************************************************
60 ДНЕЙ В ФАШИСТСКИХ ЛАГЕРЯХ
Рассказ красноармейца Михаила Пронькина, бежавшего из немецкого плена


ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 17 июля. (По телеграфу от наш. корр.). Красноармеец Михаил Пронькин в свое время был захвачен немцами в плен. После 60 дней мытарств по фашистским лагерям для военнопленных ему удалось бежать оттуда. Вот что рассказывает Пронькин:

«Первый лагерь для военнопленных, куда я попал, находился недалеко от Вязьмы. Это проклятое место, откуда редко кто выходит живым. Кирпичное здание без окон, без печей, без полов огорожено колючей проволокой в несколько рядов. Оно было набито битком — негде было ни лечь, ни сесть, приходилось стоять днем и ночью.

Фашистские изверги начали с того, что сняли с нас всех обмундирование, отняли продукты, деньги, часы, все, что было в карманах. Потом пошли допросы с побоями и пытками. Одних расстреливали, других отправляли дальше.

Мучили нас голод, холод и жажда. По 5—6 дней не давали никакой пищи. Изредка бросали горстку отрубей или немного баланды. Пошли желудочные заболевания, начали свирепствовать брюшной и сыпной тиф, от которых люди мерли, как мухи. Особенно страдали раненые красноармейцы. Немецкие врачи не только не оказывают им никакой помощи, но еще и мучают их, издеваются над ними.

Потом погнали нас на работу. Это — настоящая каторга. Начинали мы работать в 5 часов утра, а кончали в 10—11 часов вечера. Грузили лес, муку — все, что немцы награбили и отправляли к себе в Германию. За отказ от работы в лучшем случае избивали дубинкой, в худшем — расстреливали. Изверги гнали на погрузку и раненых. Тех, кто совсем обессилел, добивали.

Из этого лагеря нас, группу военнопленных, погнали в другой — под Смоленском. Мало кто дошел туда. Погода стояла суровая, ветреная. Шли по колена в грязи, а конвоиры ехали на лошадях и плетками подгоняли нас. Люди были изнурены от голода, холода, бессонных ночей, тяжкого пути. Всех, кто отставал от колонны, немцы избивали резиновыми палками, прикладами, штыками. Несчастных, которые падали с ног, не имея сил подняться, тут же пристреливали. Наша группа таяла день ото дня. Мы влачились по дороге, оставляя после себя страшный след из растерзанных трупов. Особенно жуткие сцены происходили у деревень. Крестьяне выносили нам вареный картофель, хлеб, но конвоиры кидались на толпу и стреляли по ней из своих автоматов.

С первого дня я только и думал о побеге. Я был готов на все, даже на смерть от пули немецкого часового, лишь бы не мучиться больше. По пути мне не удалось сбежать, зато посчастливилось сделать это уже в самом лагере. Ночью я добрался до ближайшей деревни. Здесь приняли меня, как родного: напоили, накормили, указали, как итти, чтобы не наткнуться на немецкий патруль.

Три недели я шел к своим по земле, захваченной врагом, и ни одной ночи не провел под открытым небом. Несмотря на угрозу страшной казни, население всюду помогало мне, бойцу Красной Армии. Я видел опустевшие, безлюдные города, сожженные дотла деревни, бесчисленные трупы замученных советских людей...

Клянусь не складывать оружия до тех пор, пока жестоко не отомщу немецким палачам за все их зверства».
_______________________________________
Признания пленных немцев ("Правда", СССР)
В лагере военнопленных ("Правда", СССР)
Пленные декабря 1941 ("Красная звезда", СССР)
Немецкие офицеры в плену* ("Красная звезда", СССР)
Фашистский плен хуже смерти ("Красная звезда", СССР)


******************************************************************************************************************************************
Убей его!


Если дорог тебе твой дом,
Где ты русским выкормлен был,
Под бревенчатым потолком,
Где ты в люльке качаясь плыл,
Если дороги в доме том
Тебе стены, печь и углы,
Дедом, прадедом и отцом
В нем исхоженные полы,
Если мил тебе бедный сад
С майским цветом, с жужжанием пчел,
И под липой, сто лет назад,
В землю вкопанный дедом стол,
Если ты не хочешь, чтоб пол
В твоем доме немец топтал,
Чтоб он сел за дедовский стол
И деревья в саду сломал...

«Красная звезда», 18 июля 1942 года

Если мать тебе дорога.
Тебя выкормившая грудь,
Где давно уж нет молока.
Только можно щекой прильнуть,
Если вынести нету сил.
Чтобы немец, ее застав,
По щекам морщинистым бил,
Косы на руку намотав,
Чтобы те же руки ее,
Что несли тебя в колыбель,
Немцу мыли его белье
И стелили ему постель...

Если ты отца не забыл.
Что качал тебя на руках.
Что хорошим солдатом был
И пропал в карпатских снегах,
Что погиб за Волгу, за Дон,
За отчизны твоей судьбу,
Если ты не хочешь, чтоб он
Перевертывался в гробу,
Чтоб солдатский портрет в крестах
Немец взял и на пол сорвал,
И у матери на глазах
На лицо ему наступал...



Если жаль тебе, чтоб старик,
Старый школьный учитель твой,
Перед школой в петле поник
Гордой старческой головой,
Чтоб за все, что он воспитал
И в друзьях твоих и в тебе,
Немец руки ему сломал
И повесил бы на столбе...

Если ты не хочешь отдать
Ту, с которой вдвоем ходил,
Ту, что долго поцеловать
Ты не смел, так ее любил.
Чтобы немцы ее живьем
Взяли силой, зажав в углу,
И распяли ее втроем
Обнаженную на полу.
Чтоб досталось трем этим псам,
В стонах, в ненависти, в крови,
Все, что свято берег ты сам.
Всею силой мужской любви...

Если ты не хочешь отдать
Немцу, с черным его ружьем,
Дом, где жил ты, жену и мать,
Все, что Родиной мы зовем,
Знай — никто ее не спасет,
Если ты ее не спасешь.
Знай — никто его не убьет,
Если ты его не убьешь.
И пока его не убил.
То молчи о своей любви —
Край, где рос ты, и дом, где жил,
Своей Родиной не зови.
Если немца убил твой брат,
Если немца убил сосед —
Это брат и сосед твой мстят,
А тебе оправданья нет.
За чужой спиной не сидят,
Из чужой винтовки не мстят,
Если немца убил твой брат —
Это он, а не ты, солдат.
Так убей же немца, чтоб он,
А не ты на земле лежал,
Не в твоем дому чтобы стон —
А в его — по мертвом стоял.
Так хотел он, его вина —
Пусть горит его дом, а не твой,
И пускай не твоя жена,
А его — пусть будет вдовой.
Пусть исплачется не твоя,
А его родившая мать.
Не твоя, а его семья
Понапрасну пусть будет ждать.

Так убей же хоть одного!
Так убей же его скорей!
Сколько раз увидишь его,
Столько раз его и убей!

Константин Симонов.


**************************************************************************************************************************************************
От Советского Информбюро*


Отделение немецких солдат из 245 полка 88 немецкой пехотной дивизии во главе с командиром унтер-офицером Куртом Г. добровольно сдалось в плен. Командир отделения заявил: «В первых числах июля русские разгромили 246 полк. Седьмого июля командование ввело в бой 245 полк. Только пять дней мы воевали с русскими. За это время наш полк потерял до половины личного состава. Здесь на фронте мы поняли, что Гитлер погнал нас в Россию на верную смерть. Как только представился удобный случай, я приказал моему отделению сдаться в плен. Солдаты обнаружили полное единодушие и охотно сложили оружие».

* * *

В селе Матузовка (Украина) гитлеровские палачи учинили неслыханное преступление. Немецкие военные власти приказали крестьянам в двухдневный срок сдать 2 тысячи пудов хлеба и 100 пудов мяса. Крестьяне заявили, что они сами голодают, так как немецкие солдаты их обобрали дочиста. На третий день немецкий комендант приказал всем беременным женщинам села явиться в комендатуру. На вызов явились 27 беременных женщин. Гитлеровские изверги загнали их всех в погреб и забросали гранатами.

* * *

Радио Виши (Франция) вчера передало сообщение о положении в Москве, в котором утверждает, что «московское население получает по 80 граммов хлеба на человека». Не подлежит сомнению, что, распространяя подобного рода ложь, гитлеровские подручные из Виши стараются угодить Берлину. Однако и на сей раз они попали впросак. Известно, что один житель Москвы получает хлеба больше, чем один житель Берлина, один житель Рима и один житель Виши, вместе взятые. Известно также, что французский народ голодает, потому что предатели отдали Францию на разграбление немецким оккупантам.

* * *

Разведчики Аноршин и Денисьев встретились в тылу противника с группой немецких солдат. В перестрелке разведчики убили пять гитлеровцев, а двух взяли в плен и привели их в свою часть.

* * *

Немцы окружили бойца тов. Щеглова и пытались взять его в плен. Красноармеец-казах тов. Исхалиев бросился на выручку своего товарища. Действуя совместно, они истребили 10 гитлеровцев и присоединились к своему взводу.

* * *

Сдавшийся добровольно в плен солдат 533 полка 383 немецкой пехотной дивизии Рихард М. рассказал: «За десять дней боев под Воронежом 533 полк потерял свыше половины своего личного состава. Роты и батальоны обескровлены. Мы потеряли много техники и вооружения. Для примера — в моей роте осталось только три автомата и один пулемет». // Совинформбюро.


**************************************************************************************************************************************************
ОТВАЖНАЯ САНИТАРКА


ЮЖНЫЙ ФРОНТ, 17 июля. (Спецкорр ТАСС). В первые же дни войны Паша Леонтьева, 17-летняя работница Тираспольского консервного завода, вместе с шестью своими братьями ушла на фронт. У Днепра под Запорожьем она была ранена. Спустя три месяца Паша вернулась на фронт. Многим раненым бойцам спасла она жизнь. Недавно в ночном сражении она за 12 часов вынесла с поля боя 25 раненых со всем их вооружением. Будучи контужена, Леонтьева под огнем противника продолжала свою работу до тех пор, пока все раненые не были эвакуированы в тыл.


ПУЛЕМЕТЧИКИ СБИЛИ ТРИ НЕМЕЦКИХ САМОЛЕТА

ЗАПАДНЫЙ ФРОНТ, 17 июля. (По телефону от наш. корр.). Вечером над боевыми порядками N Гвардейской стрелковой части появились девять бомбардировщиков врага. В это время в воздухе не было наших истребителей, и немецкие летчики рассчитывали безнаказанно сбросить бомбовый груз. Пока «Юнкерсы» были на большой высоте, ничто не мешало им. Но вот они вошли в пике, и стрелки-гвардейцы открыли по ним дружный огонь из всех видов оружия.

В одном окопе находился гвардии лейтенант Груданов. На окопы его подразделения пикировал «Юнкерс-88». Груданов хладнокровно выжидал. Когда фашистский самолет спустился до 100—150 метров, лейтенант открыл огонь из ручного пулемета. Бронебойно-зажигательные пули пронизали мотор и кабину летчиков. «Юнкерс» вспыхнул и, не выходя из пике, врезался в землю недалеко от окопов. Опасаясь, видимо, такой же участи, остальные немецкие летчики не стали больше пикировать. Сбросив где попало бомбы, они ушли назад.

Самолет, уничтоженный гвардии лейтенантом Грудановым, был третьей по счету немецкой машиной, сбитой за последние дни на этом участке фронта огнем пехотного оружия. На-днях такой же «Юнкерс-88» сбил пулеметчик Николаев. Днем раньше немецкий самолет был сбит парторгом одной танковой роты тов. Маковейчиком, который сразил немца из трофейного ручного пулемета.

Дело было так. Три «Юнкерса» прилетели бомбить наше танковое подразделение. Маковейчик в это время пробовал трофейный пулемет. Увидев самолеты, он выждал, когда они войдут в пике, и начал стрелять. Второй очередью крайний левый самолет был подожжен. Фашист не стал сбрасывать бомбы и попытался набрать высоту, чтобы спланировать на свою территорию. Маковейчик послал ему вдогонку еще несколько очередей, и «Юнкерс» упал, об'ятый пламенем.


ФРОНТОВОЙ СЛЕТ СНАЙПЕРОВ

ВОЛХОВСКИЙ ФРОНТ, 17 июля. (По телеграфу от наш. корр.). Три дня продолжался фронтовой слет снайперов-истребителей. На этот слет собрались наряду со снайперами лучшие мастера военного дела всех родов войск. Тут были представлены знатные кавалеристы, артиллеристы, зенитчики, танкисты и летчики. Среди участников слета были такие, как снайпер лейтенант Изегов со своими тремя учениками Орловым, Гавриловым и Бронниковой. Вчетвером они за три месяца довели свой боевой счет до 605 уничтоженных немецких солдат и офицеров. Здесь были также летчики-истребители Герои Советского Союза Силантьев и Галкин, которые сбили в воздушных боях по 10 самолетов, храбрый танкист гвардии капитан Семенной, за год войны награжденный четырьмя орденами, и другие.

Участники слета прослушали доклад начальника политуправления фронта о развертывании массового движения снайперов и бойцов-истребителей других военных специальностей. После доклада начался широкий обмен боевым опытом.

Первыми выступили знатные снайперы лейтенант Изегов, сержант Федоровский, сержант Кочегаров и другие. Все они несколько месяцев назад были рядовыми бойцами. Теперь, в совершенстве овладев искусством меткой стрельбы и уничтожив большое количество фашистов, они готовят новых снайперов прямо на передовых позициях. Герой Советского Союза старший лейтенант Силантьев подробно рассказал об опыте прикрытия истребителями боевых порядков наземных войск, о тактике сопровождения, бомбардировочной и штурмовой авиации.

В заключение участники слета показали на большом стрельбище искусство меткого выстрела. Все они стреляли из своих винтовок и автоматов. Результаты стрельбы отличные. Здесь же проводились показательные методические занятия по подготовке снайперской пары в условиях боевой обстановки. Было наглядно показано, как в этих же условиях нужно приводить оружие к точному бою. На следующий день участникам слета были вручены новые снайперские винтовки и автоматы.


Поимка диверсанта

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 17 июля. (По телефону от наш. корр.). Сержантам Лялечкину и Гоголеву приказали проверить телефонную линию. Около часу ночи они достигли конечной телефонной станции. На обратном пути навстречу связистам бежала женщина. Запыхавшись, она сообщила, что к ней в дом забрался неизвестный.

Лялечкин и Гоголев заинтересовались человеком, разгуливающим в столь позднее время вблизи фронта. Когда все трое вошли в дом, там никого не оказалось. Стали обыскивать, и только на чердаке младшие командиры обнаружили притаившегося за печной трубой человека.

Повинуясь окрику, неизвестный вышел из-за укрытия, поднял вверх руки. Однако на вопросы он упорно не отвечал, разыгрывая немого. Гоголев не спускал с незнакомца дула винтовки. Лялечкин приступил к обыску. К удивлению сержантов, оказалось, что задержанный одет сразу в два костюма: в гражданский, а под ним в красноармейское обмундирование. Из карманов у него извлекли солидную сумму советских денег.

Незнакомца арестовали. Как впоследствии выяснилось, он оказался крупным диверсантом, переброшенным на нашу территорию немецко-фашистскими захватчиками для подрывной деятельности.

За проявленную бдительность командование части об'явило сержантам Лялечкину и Гоголеву благодарность.

____________________________________
М.Гастингс: Варвары ("Daily Mail", Великобритания)
Спасти рядового Ивана ("The Guardian", Великобритания)
Н.Дэвис: Война, которую выиграли не мы, а русские ("The Sunday Times", Великобритания)
Э.Бивор: Они изнасиловали всех немок в возрасте от 8 до 80 лет ("The Guardian", Великобритания)
Н.Дэвис: Россия - недостающее звено в британской мифологии Победы ("The Times", Великобритания)
Что читает Иван? ("Time", США)

Газета "Красная Звезда" №167 (5231), 18 июля 1942 года

Posts from This Journal by “убей немца” Tag

  • Константин Симонов. Убей его!

    К.Симонов || " Красная звезда" №167, 18 июля 1942 года Каждый шаг стоит фашистам огромных потерь людьми и техникой. Воины Красной Армии,…

  • М.Водопьянов. Бить и добивать врага!

    М.Водопьянов || " Известия" №102, 1 мая 1942 года Да здравствует 1 Мая — день смотра боевых сил рабочего класса! Пролетарии всех стран,…

  • Людмила Павличенко. За что я их убиваю

    Л.Павличенко || " Комсомольская правда" №221, 19 сентября 1942 года ВЫСТОИШЬ — ПОБЕДИШЬ! Будь тверд и терпелив, стойко преодолевай все…

  • Жизнь — за победу

    " Правда" №296, 23 октября 1942 года Приближается 25-я годовщина Великой Октябрьской социалистической революции. Советское государство возникло…

  • Бить немцев везде!

    " Правда" №239, 27 августа 1942 года На Западном и Калининском фронтах наступающие войска Красной Армии прорвали немецкую оборону и освободили…

  • Илья Эренбург. Жить одним

    И.Эренбург || " Правда" №233, 21 августа 1942 года Боец Красной Армии! Будь стойким до конца! Бейся за каждый клочок родной земли! Не дай на…

  • Немцы о русских

    " Красная звезда", СССР. " Известия", СССР. " Правда", СССР. " Time", США. " The Times", Великобритания. " The New York Times", США.…

  • Пуля найдет || «Известия» 21.05.1943

    В.Антонов || " Известия" №118, 21 мая 1943 года СЕГОДНЯ В ГАЗЕТЕ: Приём тов. И.В.Сталиным г-на Джозефа Э. Дэвиса. (1 стр.). Приём тов.…

  • На берегу Эльбы

    В.Саянов, И.Гаглов || " Красная звезда" №101, 29 апреля 1945 года Да здравствует великий советский народ, его Красная Армия и Военно-Морской…


  • 1
К.Симонов. Убей его! || «Красная звезда», 18 июля 1942 года

«Красная звезда», 18 июля 1942 года

Источник: «Красная звезда» №167, 18 июля 1942 года

* * *

19 июля 1942 года. Мы ждали материалы от Симонова. Вот, наконец, доставили пакет. На конверте надпись: «Д.И.Ортенбергу. Лично. Срочно. От Симонова. Аллюр...», а за этим словом Симонов нарисовал, как это было принято в кавалерии для обозначения сверхсрочности, три креста! Раскрыл пакет, а там оказался не очерк — стихи «Убей его!». Не буду объяснять, как нужен был этот прямой публицистический призыв в тяжелые дни нашего отступления. Об этом лучше всего сказали сами фронтовики. Писатель Михаил Алексеев вспоминает:

«Мне, политруку минометной роты, в самые тяжелые дни Сталинградской битвы не нужно было без конца заклинать своих бойцов: «Ни шагу назад!» Мне достаточно было прочесть стихотворение Симонова «Убей его!» — стихотворение, появившееся как раз в ту пору. Свидетельствую: оно потрясло наши солдатские души».

А поэт Михаил Львов рассказывал: «В 1944 году, на Сандомирском плацдарме, за Вислой, говорил мне мой друг-танкист о стихотворении Симонова «Убей его!»: «Я бы присвоил этому стихотворению звание Героя Советского Союза. Оно убило гитлеровцев больше, чем самый прославленный снайпер...»

Эти стихи вошли во все Собрания сочинений Константина Симонова, но без газетного заголовка. Теперь они называются по первой строке: «Если дорог тебе твой дом...» Я спросил Симонова: почему? Он ответил шуткой:

— Тогда, в войну, кто бы ни прочитал заголовок, сразу понимал, что надо убивать гитлеровцев. А ныне такое название поставило бы читателя в недоумение: кого, мол, надо убивать? Пришлось бы ему прочитать стихотворение, а не у каждого бывает на это охота. // Ортенберг Д.И. Год 1942. Рассказ-хроника. — М.: Политиздат, 1988. стр. 260-261


* * *


Стихи, начинающиеся со строчки «Если дорог тебе твой дом» и напечатанные летом 1942 года под заголовком «Убей его!», были написаны мною под прямым впечатлением июльского приказа Сталина, смысл которого сводился к тому, что отступать дальше некуда, что нужно остановить врага любой, самой беспощадной ценой или погибнуть. Я прочел этот приказ, находясь на Брянском фронте.

…Мы сидели с поэтом Иосифом Уткиным на срубе деревенского колодца и целый час, оглушенные, молчали после того, как прочли приказ. По-настоящему я пришел в себя только через несколько дней в Москве. Все эти дни мне казалось, что течение времени прекратилось. До этого война наматывалась, как клубок. Сначала, как клубок несчастий, потом, в декабре сорок первого, этот клубок как будто начал разматываться. Но потом он снова стал наматываться, как клубок новых несчастий. И вдруг, когда я прочел этот приказ, словно все остановилось. Теперь движение жизни представлялось в будущем каким-то прыжком — или перепрыгнуть, или умереть…

Именно это чувство, что выбора нет, что или ты убьешь врага или он убьет тебя, подтолкнуло меня к столу и буквально заставило написать эти стихи, начинавшиеся строчкой «Если дорог тебе твой дом». // К.Симонов. От Халхингола до Берлина. М.: ДОСААФ, 1973. стр. 90.

Edited at 2019-06-25 10:25 pm (UTC)

  • 1