Ярослав Огнев (0gnev) wrote,
Ярослав Огнев
0gnev

Category:

В.Гроссман. Творчество победы

«Красная звезда», 13 августа 1944 года, смерть немецким оккупантамВ.Гроссман || «Красная звезда» №192, 13 августа 1944 года

СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: От Советского Информбюро. — Оперативная сводка за 12 августа (1 стр.). Указ Президиума Верховного Совета СССР (1 стр.). Вас. Гроссман. — Творчество победы (2 стр.). Опровержение ТАСС (2 стр.). VIII пленум Всеславянского комитета (2 стр.). Капитан В.Курбатов. — В засаде (2 стр.). Михаил Строков. — Передвижной парткабинет (3 стр.). Гвардии полковник А.Сакович. — Связь во время преследования противника (3 стр.). Подполковник 3.Зубенко. — Минометный огневой вал (3 стр.). Полковник П.Коломейцев. — Наступление союзников. — Военный обзор (4 стр.). «Дейли Уоркер» о «подпольном восстании» в Варшаве (4 стр.). Веселые рассказы. — Борис Ласкин. Привидение (4 стр.).



# Все статьи за 13 августа 1944 года.



Василий Гроссман, статьи о войне

Линия фронта в Белоруссии перед началом нашего наступления напоминала собой контур летящей птицы с размахом огромных крыльев на юг и на север. Теперь завеса тайны снята с дня и часа наступления. Весь мир следил за мощным взмахом железного правого крыла в двадцатых числах июля этого года и внезапным тяжким ударом левого крыла в середине июля. За это время наступающие войска преодолели сотни километров, фигура птицы исчезла, фронт выпрямился, словно могучий напор изнутри сгладил излом.

Группировка противника, еще до наступления обозначенная на карте у наших разведчиков, почти полностью — во всех деталях своих, стыках частей и разветвлениях обороны — соответствовала действительному расположению немецких дивизий, полков и батарей. В этом был первый залог успеха. Между тем, немцы вдоль всего фронта с удивительной последовательностью ошибались, определяя направления наших ударов: главного и вспомогательных. Там, где они сосредоточивались для отражения танковых таранов, с нашей стороны оказывалось совсем немного танков. Там же, как, например, на лесистом и болотистом участке генерала Батова, где немцы не ждали серьезных действий, им были нанесены решающие удары. Так приключилось на всех участках фронта, и цепь этих частных просчетов достойно увенчивалась основным просчетом гитлеровской ставки. Главный удар в масштабе всего фронта ожидался немцами на юге, но события раньше разыгрались на центральном участке.

В чем причины этих немецких ошибок? Повидимому, в том, что предвидение немцев основывалось на глубоко шаблонных предпосылках об удобстве местности, на одних арифметических подсчетах дальних и близких расстояний. Они ожидали наступления на участках фронта, наиболее выдвинутых на запад, наиболее проходимых, наиболее близких к узлам дорог. Мысль нашего командования избрала иной путь, не угаданный и не предвиденный элементарным мышлением противника. Болота и леса оказались проходимыми, многокилометровые дороги легли среди болотных трав, и там, где, казалось, мог пройти лишь легконогий разведчик, проползали тяжелые танки, орудия крупных калибров. Кратчайшим расстоянием до границ «европейской крепости» оказалась не та прямая линия, которую видели на карте немцы, а великолепная кривая, рожденная аналитической геометрией войны и насмерть захлестнувшая в троекратном — витебском, бобруйском и минском — «котле» армии германского центра. В этом первом, предварительном туре борьбы немец, выражаясь житейским языком, остался в дураках.

В артиллерийской подготовке прорыва на всем протяжении фронта нашим войскам сопутствовал успех, но пути к успеху были различны. Казалось бы, удача на одном участке звала к точному копированию методов, приведших к прорыву. Раз совокупность приемов влечет за собой успех, то логично повторить эти приемы и во второй, и в третий, и в четвертый раз, когда сходная задача стоит перед войсками. Немцы, например, считают это законным. Они, не задумываясь, переносили, и притом механически, совокупность приемов, приведших к успеху, во все последующие операции. Такая шаблонизация приемов успеха как раз таит в себе много дурного: застой творческой мысли, пренебрежение к особенностям обстановки, которая, конечно, не может быть одинаковой. Наконец, противник может разработать методы, парирующие те приемы, которые он изучил во время их многократного повторения.

Живое, творческое богатство тактических приемов, полный отказ от шаблона, — вот что прежде всего мог наблюдать каждый в действиях наших генералов при прорыве немецкой обороны. Возьмем для примера действия трех генералов, бесспорно имевших выдающиеся результаты в этом наступлении. Каждый из них принимал решения, руководствуясь всей совокупностью личного опыта и строго учитывая особенности обстановки, каждый проявил свой стиль, своим почерком вписал страницу в золотую книгу победы. Попробуйте-ка, став на место противника, парировать удары, столь монолитные в единстве цели и столь несхожие в творческом воплощении.

Вот тяжеловесная артиллерийская подготовка с постепенным переносом огня. Огонь одинаковой плотности ведется по всему участку наступления и последовательно переносится с первой линии вражеских траншей на вторую, со второй на третью. Артиллерийской подготовке предшествовала такая же монументальная разведка боем, с введением солидных огневых средств и стрелковых подразделений. После 150-минутного ливня стали и взрывчатки в атаку бросаются крупные подразделения пехоты. Таков был стиль первого удара.

Но рядом, на соседнем участке прорыв осуществляется совершенно иначе. Мощные артиллерийские группы обрушивают снаряды не по всей линии, а на отдельные участки немецкой обороны. Огневое превосходство над противником достигает на этих участках фантастических величин. Снаряды накрывают здесь не первую линию окопов, как в описанном выше случае, а обрушиваются вначале на глубину обороны, так как в глубине предполагаются скопления живой силы, оттянутой по ходам сообщения с первой линии. Затем после короткого артиллерийского шквала наступает внезапная тишина. Противник по шаблону, разработанному заранее, спешит занять первую линию траншей, ожидая атаки. И тотчас же огонь артиллерии обрушивается на эту первую линию, накрывает живую силу противника. Затем вновь наступает тишина, и вдруг в траншеях врага, нарушая все представления о расстоянии и времени, слышится «ура». Это не та пехота, которую ждали немцы. Это штурмовые группы, специально натренированные и отобранные. Они скрытно сосредоточились перед самыми вражескими траншеями и теперь захватывают их, пока немцы не успели от удара артиллерии.

Третий прорыв вражеской обороны отличен по стилю от первого, и от второго. Противник знает: начался огонь, — значит будет разведка боем, а назавтра наступление. Значит, нет смысла раскрывать свои артиллерийские средства. Противник, думающий по шаблону и ждущий шаблона от нас, не предполагает атаки. И вдруг он видит, что разведка боем внезапно переросла в наступление, видит, что десятки, сотни, тысячи наших пехотинцев затопляют его окопы.

Вот три прорыва. Мы не ставим себе задачу разобрать, какой метод совершеннее. Здесь важно подчеркнуть другое: единство цели и различие средств, отсутствие шаблона в достижении успеха, живое творчество на первом, весьма ответственном этапе наступления.

Но вот оборона противника взломана… В прорыв входят танки, самоходные орудия, пехота. Войска вырываются на оперативный простор, где бои чреваты всякими неожиданностями.

Тут необычайно повышается роль командира дивизии. Связь с высшим штабом не может быть всегда безупречной. Ответственные решения, не терпящие ни минуты отлагательства, должен принимать лично командир дивизии. От этого зависит успех боя. Этим определяется в большой мере высокий темп развития операции в целом. На одном участке фронта операция планировалась штабом соединения на 7 дней. Фактически же операция, включавшая в себя прорыв обороны противника, окружение и уничтожение группы частей противника, заняла всего трое суток.

Наблюдая работу командира одной гвардейской дивизии в период быстрого развития маневра, можно было сказать, что напряжение его боевой деятельности напоминает творческое напряжение ученого, решающего запутанную проблему, где строгая и сложная математическая теория переплетается с противоречивым, но обязательным эмпирическим материалом. Перед командиром дивизии стоит задача руководства скоротечным боем, в котором участвуют, помимо его полков, приданная артиллерия, самоходные пушки, танки, гвардейские минометы. Тут же решаются вопросы обеспечения боеприпасами, горючим. Приходится иметь дело с контратакующими танками противника и одновременно преследовать пытающиеся вырваться пехотные подразделения и обозы. Приходится принимать решения о немедленном строительстве переправы на одном участке реки и о разрушении немецкой переправы на параллельной дороге. И все эти десятки решений должны быть строго согласованы с замыслом высшего штаба, с указаниями, идущими сверху.

Надо прибавить, что работа эта идет не в кабинете, а в условиях, требующих огромных физических затрат, непосредственно на поле боя. Она идет десятки часов без минуты отдыха и сна. Подлинная и вечная душа творчества именно в том, что в ней примиряются высокие, стройные замыслы и идеи с жестокой и противоречивой действительностью. Так и на войне творчеству командира подчиняется действительность поля сражения, бушующего огнем, сталью, смертью.

Нельзя не подчеркнуть еще одну важную черту боевого творчества наших командиров всех степеней. Поистине великолепен тот синтез искусства наступления и обороны, в котором об'единился богатейший опыт прошлых боев. Не с односторонней специализацией, не с механическим наслаиванием опыта встречаемся мы, а с высшей формой управления войсками, порожденной гармоническим сочетанием наступательных и оборонительных действий. Невиданные по стремительности темпы преследования, высокое мастерство ввода войск в прорыв, окружения и разгрома противника тесно связаны с этим. Ведь ни один самый лучший мастер наступления не справился бы со своей задачей в исключительно сложном напряженном комбинированном бою, если б он одновременно не был отличным мастером обороны. Маневренный бой немыслим вне этих двух сторон.

Наши генералы, офицеры, красноармейцы выдержали этот трудный экзамен победоносного периода войны, достигнув творческого синтеза наступления и обороны. Можно много привести примеров, начиная от стремительных действий не отстающей от танков пехоты генерала Чуйкова, показавшего себя в Сталинграде большим мастером оборонительного сражения, можно рассказать об отличной работе многих командиров дивизии, полков, батальонов, добивающихся победы в сложном сочетании всех видов боя.

Хочется остановиться на эпизоде небольшом, но поучительном и весьма драматичном. Первый дивизион артиллерийского полка одной гвардейской дивизии, сражавшейся в 1942 году в Сталинграде, дравшейся под Орлом, на Соже и на Днепре, принимал участие в прорыве обороны немцев в конце июня этого года. Артиллеристам, в большинстве своем сталинградцам, после продолжительного стояния в обороне, напоминавшего стабильность сталинградских боев, пришлось, когда немецкие линии были взломаны, сразу же войти в прорыв вместе с пехотой. Обогащенные опытом наступления на Украине летом и осенью прошлого года, артиллеристы хорошо справлялись с напряженной новой работой, сопровождая огнем и колесами наступавшую пехоту. Быстрая смена обстановки не отражалась на работе пушек. Батареи легко справлялись с задачами мгновенной ориентировки на местности, быстрого выбора и оборудования огневых позиций, стрельбы прямой наводкой, подвоза боеприпасов, выбора удобных дорог, борьбы с минами противника.

Командир полка Кограманян поставил первому дивизиону трудную задачу: стремительно вырваться вперед, пробиться к последней оставшейся у окруженных немцев шоссейной дороге и оседлать ее. Этот марш, в котором дивизион оторвался даже от пехоты и двигался самостоятельно по местам, где всюду были вкраплены очаги сопротивления немцев, был, несмотря на всю сложность, проделан необычайно быстро и успешно. К вечеру гаубицы и пушки на механической тяге, перекрывшие своей подвижностью самые подвижные средства, вышли к шоссе.

Местность была ровная, сзади лежало шоссе, справа — невысокий кустарник, переходивший в лес. Уставшие люди уснули после нескольких дней боевого похода. Лишь часовые смотрели по сторонам. Но недолго спали люди. «К бою!» — закричал заместитель командира дивизиона. Вскочил лежавший на плащ-палатке начальник штаба дивизиона Бескаравайный. Со всех четырех сторон, ясно видимые при лунном свете, двигались колонны немцев. Дивизион оказался в окружении. Немцы обложили его плотным кольцом и открыли огонь. В этом бою горстка советских артиллеристов дралась против тысячи немцев.

Людям вспомнились самые тяжелые часы сталинградской обороны. Ожил девиз «стоять на-смерть». Ожесточение немцев, рвавшихся к шоссе, было невероятно. Семнадцать часов дрался дивизион. У некоторых орудий осталось по одному человеку. Раненый в грудь командир орудия Селезнев, оставшись один, подполз к заряженному орудию, дернул за шнур и произвел выстрел. Наводчик Коньков один вел огонь из гаубицы, держа наготове автомат. Были минуты, когда немцы подходили вплотную к орудиям, и всё же они не пробились, вынуждены были отступить.

Через сутки заместитель командира полка подполковник Степанов лично подсчитал количество вражеских трупов возле огневых позиций дивизиона, занявшего в бою круговую оборону. Их оказалось около 700. Дивизион, пополнившись, вновь перешел от обороны к стремительному наступлению, не знающему отдыха ни днем, ни ночью.

Вот в таком неразрывном сочетании наступательных ударов и жесточайшей обороны рождается творчество побед текущего лета. И это всюду так — и в работе командующих армиями, командиров дивизий, и в батальонах, дивизионах, ротах, батареях. Этой зрелостью военного мастерства и определяются дерзкие, непревзойденные темпы нашего сегодняшнего наступления.

* * *

Мне пришлось присутствовать при первом опросе трех пленных немецких генералов в лесных сарайчиках и хатках, когда мундиры их были украшены не только крестами с дубовыми листьями, но и сухими дубовыми листьями белорусских лесов, где кочевали они в течение пяти дней. Фон-Лютцов, наиболее образованный из них, уже ясно отдавал себе отчет, какую роковую роль для немецкой армии центра сыграла узкая, догматичная, чуждая всякого синтетического начала специальность фельдмаршала Буша, который у гитлеровцев слыл за «мастера» жесткой обороны. Ее механические принципы были применены вне всякого учета общей стратегической обстановки, применены со схоластической тупостью и узостью, с чисто немецким упрямством, без учета соотношения реальных сил и превосходства наших танков, авиации, артиллерии.

Вот короткая цитата из тезисов немецкого командования к одному из совещаний командиров дивизий армии центра незадолго до нашего наступления:

«По мнению фюрера, в настоящее время мы не можем больше отступать. Вследствие этого позиции должны быть удерживаемы любой ценой. Поражение на южном участке Восточного фронта фюрер считает следствием недостаточной маневренности при выполнении оборонительной задачи...». И далее: «Из всего этого можно сделать только один вывод: удержать позиции!».

Теперь мы уже знаем, как немцам удалось удержать позиции.

Так немецкая армия на разных этапах войны выдвигала узких схоластов, начиная от специалистов по «молниеносному наступлению» и кончая специалистами «эластичной обороны». Они проваливались и уходили со сцены театра войны, когда Красная Армия опускала занавес, чтобы поднять его перед новым актом борьбы. В нашей армии создался, вырос, закалился высший тип офицера и генерала, творчески синтезирующих всё богатство, всё разнообразие боевого опыта. Немцы не сумели подняться на эту высокую ступень.

Весь путь наших войск, действовавших в Белоруссии, а затем и в Польше, начиная от первых шагов после прорыва вражеской обороны и до нынешних боев на Висле, отмечен живым творчеством победы. Наша материальная сила, огромная тяжесть удара артиллерии, танков, авиации, сила, сокрушающая немецкое сопротивление, — это великолепно выраженное творчество всего советского народа. Без тяжкого удара советского огня и советской стали, подавляющих огонь и сталь немецкой армии, немыслима была бы победа. У нас стало больше танков, больше самолетов, больше пушек. Их боевые достоинства перекрыли силу немецкого оружия. Это — результат исторического подвига советских рабочих, талантливой работы коллективного разума и коллективной воли. Сила такого творчества в том, что им охвачены все народы Советского Союза, все возрасты, все профессии, все люди, от академиков до чернорабочих. И в армии живым и трудным творчеством победы охвачены все — от рядовых красноармейцев, до седых генералов, мастеров вождения войск.

Это творчество, ищущее высших, более совершенных форм боя, никогда не удовлетворяющееся сегодняшним, пытливо и остро смотрящее в будущее, творчество, вдохновленное сталинской стратегией и об'единенное сталинской волей, — и есть залог победы. // Василий Гроссман.


********************************************************************************************************************
СОТЫЙ ВЫЛЕТ ОФИЦЕРА КОВАЛЕНКО


ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 12 августа. (От наш. корр.). Ha-днях старший лейтенант Георгий Коваленко совершил свой сотый боевой вылет на «Ильюшине». Офицер Коваленко в боях с врагом проявил себя дерзким и неутомимым штурмовиком.

В свой сотый вылет герой-штурмовик водил группу на бомбардировку войск противника. Он отлично выполнил задание.

На аэродроме офицера Коваленко встретили и поздравили с сотым вылетом командир части и боевые товарищи. На КП был вывешен лозунг: «Слава сталинскому соколу Георгию Коваленко, совершившему сто штурмовых ударов по врагу!»

В части состоялся митинг, посвященный отважному летчику.

☆ ☆ ☆

ПОДВИГ СВЯЗИСТОВ

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 12 августа. (По телеграфу от наш. корр.). Противник с боями отходил. Артиллерийская батарея лейтенанта Ахундова, поддерживавшая пехотное подразделение, часто меняла позицию. Умело и самоотверженно работали связисты, обеспечивая непрерывную связь наблюдательного пункта с огневой позицией.

Корректируя огонь с НП, лейтенант Ахундов метко поражал огневые точки противника. Но вот связь с батареей оборвалась. Красноармеец Павленко вызвался восстановить ее. Перебежками и ползком под сильным вражеским огнем отважный связист срастил два порыва и пополз исправлять третий, но в этот момент вражеская мина сразила его.

Время шло. Связист Кроленко попросил разрешения у офицера Ахундова направиться на помощь Павленко. Гитлеровцы в это время усилили артиллерийский и минометный обстрел. Не считаясь с опасностью, Кроленко пробирался вперед. Он обнаружил и срастил четырнадцать порванных концов кабеля, когда же он обнаружил пятнадцатый порыв — нехватило сростка. Тогда находчивый связист отвинтил у своей винтовки шомпол и с его помощью срастил провода. Связь была установлена. Боец Кроленко пополз обратно на НП, вынося тело павшего смертью храбрых боевого друга Павленко.

Как только возобновилась связь, точный и меткий огонь наших артиллеристов вновь обрушился на дзоты и орудия врага.

☆ ☆ ☆

ЮБИЛЕЙ АВТОТРАНСПОРТНОГО БАТАЛЬОНА

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 12 августа. (От наш. корр.). N автотранспортный батальон отметил третью годовщину со дня своего формирования. Много сотен тысяч километров прошли наши автомашины по трудным дорогам Заполярья.

Продолжительность зимы и снежные заносы намного усложняют условия работы водителей и требуют от них тщательного ухода за материальной частью и своевременного производства профилактических осмотров и ремонтов. Особое значение приобретает при этом забота офицерских кадров о поднятии квалификации водителей и ремонтников.

Десятки водителей части за период Отечественной войны прошли на своих автомашинах 50 тысяч километров без аварий и поломок при экономном расходовании бензина. К ним относятся водители Зудилин, Мантров, Капинов, Ковалев и другие.

Автоколонны подвергались налетам авиации противника, но благодаря умелой и самоотверженной работе начальников колонн и водителей автомашины возвращались в парк исправными и готовыми к выполнению дальнейших заданий. Водитель Новиков, доставляя груз в соединение, попал под обстрел двух «Мессершмиттов». Пули пробили бензобак, карбюратор, кабину, покрышки. Загорелся бензин и капот. Машина остановилась. Самолеты продолжали обстрел других автомашин колонны, а Новиков был уже у своей автомашины, спасая ее от огня, и не прекращал работу до ликвидации пожара. В результате мужества и бесстрашия водителя Новикова машина была спасена. Водитель Андрющенко также подвергся налету авиации и был ранен в голову. Вначале Андрющенко потерял сознание, но, придя в себя, он продолжал работу до полного выполнения задания.

Не отстают от водителей и ремонтники части. Много находчивости и изобретательности проявляют они в своей работе. Рационализаторы Климов, Павлов, Тараненко, Смирнов и др. производят в полевых условиях сложный ремонт автомашин.

19 бойцов и офицеров из состава батальона награждены орденами и медалями Советского Союза. Большая группа водителей награждена знаками «Отличный шофер».

___________________________________________________
И.Эренбург: Горе им! ("Красная звезда", СССР)
А.Платонов: Падение немца ("Красная звезда", СССР)
Помни Майданек, воин Красной Армии! ("Красная звезда", СССР)
В.Ильенков: Пленные немцы на улицах Москвы ("Красная звезда", СССР)

Газета «Красная Звезда» №192 (5872), 13 августа 1944 года
Tags: 1944, Василий Гроссман, август 1944, газета «Красная звезда», лето 1944
Subscribe

Posts from This Journal “1944” Tag

  • Илья Эренбург. От Сены до Ловати

    И.Эренбург || « Красная звезда» №95, 21 апреля 1944 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: От Советского Информбюро. — Оперативная сводка за 20 апреля (1…

  • В Тарнополе

    А.Шаров, А.Устинов || « Правда» №93, 17 апреля 1944 года Войска Отдельной Приморской Армии овладели городом и портом на Черном море Ялта, а…

  • Илья Эренбург. Мы идем!

    И.Эренбург || « Красная звезда» №86, 11 апреля 1944 года Войска 3-го Украинского фронта овладели важным хозяйственно-политическим центром…

  • Под конвоем автоматчиков

    З.Абрамов || « Красная звезда» №85, 9 апреля 1944 года Войска 1-го Украинского фронта, нанеся поражение противнику в предгорьях Карпат, вышли…

  • Слава победоносной Красной Армии!

    « Красная звезда» №85, 9 апреля 1944 года Войска 1-го Украинского фронта, нанеся поражение противнику в предгорьях Карпат, вышли на нашу…

  • В Одессе

    И.Чумак || « Красная звезда» №79, 2 апреля 1944 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: От Советского Информбюро. Оперативная сводка за 1 апреля (1 стр.).…

  • Илья Эренбург. К ним!

    И.Эренбург || « Красная звезда» №73, 26 марта 1944 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: Приказ Верховного Главнокомандующего (1 стр.). От Советского…

  • Борис Горбатов. Херсон

    Б.Горбатов || « Правда» №64, 15 марта 1944 года Совет Народных Комиссаров СССР и Центральный Комитет ВКП(б) считают, что своевременное…

  • Илья Эренбург. Наш гуманизм

    И.Эренбург || « Красная звезда» №66, 18 марта 1944 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: Приказ Верховного Главнокомандующего (1 стр.). От Советского…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment