?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Нечеловеческие мучения и гибель советских граждан в немецко-фашистской неволе
0gnev
В.Молотов || "Красная звезда" №110, 12 мая 1943 года

«Гитлеровское правительство и его агенты должны понести полную ответственность и суровое наказание за свои чудовищные преступления, за лишения и муки миллионов мирных граждан, насильственно уводимых в немецко-фашистское рабство». (Из ноты Народного Комиссара Иностранных Дел тов. В.М.Молотова).



# Все статьи за 12 мая 1943 года.



«Красная звезда», 12 мая 1943 года

Нота Народного Комиссара Иностранных Дел тов. В.М.МОЛОТОВА

О массовом насильственном уводе в немецко-фашистское рабство мирных советских граждан и об ответственности за это преступление германских властей и частных лиц, эксплоатирующих подневольный труд советских граждан в Германии

III. НЕЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ МУЧЕНИЯ И ГИБЕЛЬ СОВЕТСКИХ ГРАЖДАН В НЕМЕЦКО-ФАШИСТСКОЙ НЕВОЛЕ

Для сотен тысяч советских граждан, угнанных в Германию, гитлеровские рабовладельцы установили еще более ужасные условия каторжного труда, чем в худшие времена древнего рабовладения. Советские граждане загнаны в концентрационные лагери, огороженные колючей проволокой. Их гонят на работу и возвращают колоннами, под охраной вооруженных гитлеровцев. Советских людей лишили имени, их вызывают по номерам. Русские и украинцы получают специальные опознавательные знаки: первые — знак с белой окантовкой по краям и словом «Ост» по середине; вторые — носят такой же знак, с желтой окантовкой. Советские граждане не смеют отлучаться из лагеря. Для советских людей, ввергнутых в рабство, установлен голодный режим. Геринг предписал в своих упомянутых выше указаниях:

«Русский неприхотлив, поэтому его легко прокормить без заметного нарушения нашего продовольственного баланса. Его не следует баловать или приучать к немецкой пище».

В самих фашистских немецких газетах встречаются такие описания положения советских граждан в Германии, как например, следующее опубликованное во «Франкфуртер цейтунг» 17 апреля 1942 г.:

«Рабочие оккупированных советских областей стоят в лагере, огражденном колючей проволокой. Этих людей, привезенных из Харьковского района в Германию, нужно, разумеется, держать в строгости, смотреть за ними, ибо нет никакой гарантии, что между ними нет большевиков, способных к актам саботажа. Их ближайший начальник... поддерживает авторитет при помощи кнута».

Страшные документы нечеловеческих страданий наших людей на немецкой каторге отражены в письмах к родным.

«Мамочка, — пишет Нона Г. 8 октября 1942 г. из немецкого лагеря, — погода здесь плохая, идут все время дожди. Я хожу босая, потому что у меня обуви нет. Хожу, как нищая. Хлеб получаем два раза в день по 100 грамм. Работаем 12 часов в день. Мамочка, тоска ужасная. Кроме завода и бараков ничего не знаем. Как приду с работы, упаду на кровать, наплачусь вдоволь, вспомню дом и Вас, и с тем засну. За короткое время нашей жизни здесь мы все выбились из сил, недосыпаем, недоедаем. В маленькой комнате нас 16 человек, все украинки и я. Если придется увидеться, то расскажу все. Но увидеться навряд ли придется, потому что зимовать остаемся в летних бараках из досок. При таком питании, да без сна, да голой и босой не выжить мне. Если можете, не откажите в моей просьбе, вышлите чесноку и луку, потому что пища однообразная. У меня уже болят десна — цынга начинается».

В другом письме, 10 ноября 1942 г., та же советская девушка пишет: «Наша жизнь, мамочка, хуже, чем у собак. Суп дают такой же зеленый, который попрежнему никто не ест. У меня от думок иссох мозг и глаза от слез не видят. Сегодня все 12 часов работали голодные. Но плачь, не плачь, а работать нужно... Какая может быть работа у человека голодного изо дня в день. Придет начальник или сбоку сидящая немка подгонит: «Нона, арбайтен шнеллер, шнеллер!» («Нона, быстрее, быстрее работать!»). Дорогая мамочка, как мне тяжело без Вас. Я не в силах сдержать рыдания. Я от обиды плачу. О, есть еще хуже, еще тяжелее, но я не в силах описать... Мы уже привыкли к тому, что в два часа ночи открывается дверь, полицай зажигает огонь и кричит: «Ауфштэен!» («Встать!»). Сразу все встаем и выходим во двор. Стоим час. Начинают нас считать. Ждем вторую смену, когда войдет во двор. Замерзаем, пока стоим во дворе. Мыслимо ли — почти босые все. А иной раз проливной дождь идет или мороз. Я просто не в силах всех переживаний и мучений описать... Мамочка, я устала. В город нас не отпускают, живем в лесу. Прослышали, что нас переводят на другой завод. Сейчас работаем вместе с украинцами, французами и сербами. Мамочка, если можно, то вышлите посылку — луку и чесноку — у меня цынга. Не откажите в моей просьбе».

идеология фашизма, что творили гитлеровцы с русскими прежде чем расстрелять, что творили гитлеровцы с русскими женщинами, зверства фашистов над женщинами, зверства фашистов над детьми, издевательства фашистов над мирным населением

Увезенная в Германию девушка Маша Н. из Ворошиловградской области пишет своей матери: «Здравствуй моя дорогая и любимая мамочка. Пишу тебе письмо четвертое, но ответа нет никакого. Мама, живу я у хозяина. Семья маленькая: их двое и один ребенок, но работы мне, мама, хватает. Всего 8 комнат и один коридор. Встаю в 5 ч. утра, ложусь я в 10 часов ночи. Мама, каждый день стираю я утром и вечером. Хозяин всегда кричит, так я его боюсь, что я ужасаюсь и кричу во сне. За все время один раз пустили меня в воскресенье в лагерь к нашим. Я вернулась и опоздала на полчаса. Мама, как меня хозяин бил по лицу, рвал за волосы, так я всю жизнь не забуду. Мама, заплатили мне за месяц 7 марок и 50 пфен. Свое я последнее дотираю, нет ничего у меня ихнего. Мама, нам говорили, чтобы мы послали домой письма, чтобы из дому выслали пальто, валенки. Прошу тебя, золотая мамочка, будут нажимать, ничего сюда не шли, все равно не получу. Что мне делать? Домой не отпускают, а больше терпеть нет сил. Каждый день плачу и наверное один выход, покончить свою жизнь. Мама, родная, если хочешь видеть меня живой, выручи меня отсюда из неволи. Дальше я не могу жить и все это терпеть. Мама, родная, постарайся это сделать. Я тебя отблагодарю, если только буду жива. Ну, мамочка, больше не могу писать, слезы душат. Целую всех родных. Твоя пока дочь — Маша».

Советская девушка Надя Л. пишет из г. Хемница на родину: «Дорогая мама! Мы живем в бараке — 60 душ, спим на соломе. В этом бараке очень холодно. На работу мы ходим на трикотажную фабрику. Работаем с 6 часов утра до 9 часов вечера, есть нам дают утром тарелку окропу (кипятку) и 50 гр. хлеба, на обед. суп без хлеба, на ужин суп без хлеба. А еще на работе дают хлеб — утром 25 гр. и в обед 25 гр. Пища, дорогая мама, плоховата, но это ничего, если бы только домой. Письмо мы ваше получили, мама, и плакали. Очень я тоскую, что живу в неволе. Не вижу света, не вижу ничего, кроме своего барака страшного. Нас водят на работу и с работы, как невольников».

Маня К. пишет родителям: «Мы живем в Германии в городе Бланкенбурге. Работаем у хозяина 33 человека. Здесь и украинцы, поляки, французы и русские. Кормят нас плохо. Хлеба дают очень мало. Работы по горло. За нами смотрит надзиратель. За каждым нашим шагом следят. Никуда не пускают. Только с работы, да на работу. Работаем по 12 часов, а на работу ходить не в чем. Денег ним не дают. Дорогой папочка, как надоело быть невольниками и работать не знаю на кого и за что. Да и труд наш не ценят. Нас все преследуют и смеются. Были бы крылышки прилетела бы на родную сторонку».

Девушка Ф.Н. пишет родителям в Курск во время его оккупации немцами: «Мы в Германии заключенные. Нам живется очень плохо. Работаем в поле. Питаемся два раза — утром 200 грамм хлеба и в обед одну миску супа. Работы очень много. Я очень, очень жалею, что уехала в Германию. У нашего хозяина 28 человек — русские, польки, француженки. Кроме того, 15 польских девушек у другого хозяина, только они спят и питаются у нашего хозяина. Мы с Катей живем вместе, спим на одной кровати. Мамочка, мы работаем в Германии за спасибо. Все свое сносила, покупать негде и денег нет. Проработали 4 месяца и ни одной копейки не получили. Живем в тюрьме. Одним словом, догадайтесь, как живем».

Из лагеря в гор. Штутгарте 3 января 1943 г. Леонид Д. пишет на родину в гор. Щигры, Курской области: «Здравствуйте дорогие родные, папа, мама, Рая, Ваня и братик Юрик. Первым долгом я хочу вам описать свою жизнь с начала до конца. Дорогое родные, когда мы приехали в Германию, нас сортировали в распределительном лагере и я с тех пор разбился с сестрой Зоей и до сих пор не видел ее. Милая мама, ходили грязные, не купались по два месяца, кормили вшей Завод от лагеря 5 км., а от питания я еле двигаю ноги, так что эта жизнь в Германии останется на всю мою жизнь в памяти. Если выживу и вернусь домой, то все расскажу, так что у вас, мои родные, станут волосы дыбом. Я уже решил покончить свою жизнь, но воздержался, думаю, придет наше лучшее время. Дорогая мамочка, если бы были у меня крылья, как бы улетел отсюда».

17-летняя Нина С. пишет с чужбины на родину 18 августа 1942 года: «Дорогие родители, папа и мала, я нахожусь в гор. Зонненберге, живу в бараке, работаю на фабрике. Как трудно! Я вовсе похудела. Мамочка, мы живем за решеткой, как тюремные. Я туфли уже разбила и хожу разутая на работу... Как трудно жить! Ой, как я переживу все то...».

Потерявший здоровье на немецкой каторге и вернувшийся на родину Филипп Боцман рассказывает: «...Деревня Мироновка должна была поставить для отправки в Германию 20 юношей и девушек. Хватали молодежь на улицах, брали ночью в постелях. Дважды мне удавалось скрыться, вырваться, на третий раз меня поймали, заперли в вагоне. Вместе с другими я попал в Берлин. В холодную казарму, обнесенную высоким забором, загнали несколько сот человек. Спали на каменном полу. Я попал на трикотажную фабрику, где изготовляли военное обмундирование. Работали здесь французы, военнопленные поляки, испанцы. Подозрительней всего и придирчивей всего относились немецкие мастера и надзиратели к русским. Чуть что — рукоприкладство, ругань. Работали не разгибая спины, молча. Обед тут же, в цеху — миска холодного супа из картофельной шелухи. Хлеба к этому обеду уже не оставалось. Все 300 граммов суррогатного хлеба поедались еще утром. Вечером пригоняли обратно в казармы. И так каждый день. Усталость, голод, тоска. Одна девушка из Орловской области, избитая надзирателем, повесилась. Некоторые пытались бежать, но это было трудно — выдаст первый же немец, который признает в тебе русского. Для поимки беглецов немцы пользуются собаками. Голод, тяжелый труд подорвали мое здоровье».

О нечеловеческих условиях, в которые поставлены преступным гитлеровским правительством советские люди, угнанные в Германию и обреченные им на смерть, свидетельствуют не только многочисленные официальные немецкие приказы и инструкция, письма советских граждан из Германии, но и письма немцев к солдатам и офицерам германской армии, находящимся на советско-германском фронте.

У убитого немецкого солдата Вильгельма Бока 221 немецкой пехотной дивизии найдено письмо от матери из Хемница. В нем говорится: «Много русских женщин и девушек работают на фабриках «Астра Верке». Их заставляют работать по 14 и более часов в день. Зарплаты они, конечно, никакой не получают. На работу и с работы они ходят под конвоем. Русские настолько переутомлены, что буквально валятся с ног. Им часто попадает от охраны плетьми. Пожаловаться на побои и скверную пищу они не имеют права. Моя соседка на-днях приобрела себе работницу. Она внесла в кассу деньги и ей предоставили возможность выбирать по вкусу любую из только что пригнанных сюда женщин из России».

Солдату Элину Шиллинг пишет Лотта Меллер из Пуфенгаузена 10 августа 1942 года: «Недавно здесь, в Пуфенгаузене, появились русские. Интересная нам предстоит жизнь: в одном кармане словарь, а в другом револьвер».

Тысячи советских граждан не выдерживают диких условий рабства. В лагерях царит огромная смертность.

Солдату Отто Теск, 6 роты 4 полка 32 немецкой пехотной дивизии пишет Фрида Путц из Гюльтце у Альтентрептова, округ Деммин. 30 апреля 1942 года: «... Здесь в среду опять похоронили двух русских. Их теперь здесь на кладбище погребено уже пятеро, и двое уже опять при смерти. Да и что им жить, следовало бы их всех перебить...»

Преступное правительство Германии организовало куплю-продажу превращенных в рабов советских граждан. За небольшую плату, не превышающую 10—15 марок за человека, каждый немец может приобрести себе рабов. В Германии учреждены невольничьи рынки. Здесь, как во времена рабовладельческого строя, покупатели рабов пробуют мускулы на руках и ногах у продаваемых в рабство советских граждан, обменивают изнуренных беспощадной эксплоатацией рабов на более крепких.

Унтер-офицеру Иосифу Виккерт, п/п № 261873, его жена Мария Виккерт из Франквейлера пишет: «...Я тебе еще не сообщала о получении посланных тобой 100 марок. Я тут же отдала их твоей матери, чтобы она могла купить пленных Теперь это не так дорого».

Старшему ефрейтору Францу Кнаппе, п/п № 08999 пишет жена Рут Кнаппе, из Грумма, в Ангальте: «...Украинца у меня больше нет... он ничего не хотел слушать и был страшный лентяй. Теперь он у Герберта. Мы хотели посмотреть, не подойдет ли он в более крупном хозяйстве, но и там он то же самое. Я сообщила об этом по телефону в Бюро труда. Но когда прибудет новый транспорт, они мне сказать не могли. Герберт пока его держит, а потом обменяет его».

В руках рабовладельцев советские граждане подвергаются нечеловеческим жестокостям и эксплоатации. Советские граждане на ночь задираются в холодные кладовые и сараи. Их кормят впроголодь и истязают непосильной работой. Над советскими людьми издеваются, всячески подавляя в них человеческое достоинство. 16-летняя девушка Валя Демушкина возвратилась на родину из Нюренберга. Она рассказала: «Я работала у немки. Муж ее обер-лейтенант Карл Штокк убит на восточном фронте под Сталинградом: 1 января 1943 г. у фрау Штокк на новогодний обед должны были притти гости. Поглощенная работой и своими невеселыми думами, я не заметила, как закипело и начало литься на электрическую плитку молоко, поставленное кухаркой. По кухне распространился запах угара. Раз'яренная барыня ворвалась в кухню, вырвала из моих рук кастрюлю с остатком молока и плеснула мне в лицо. Я потеряла сознание. Очнулась в больнице и ощутила невыносимую боль и мрак. Я ослепла. Три недели пролежала в больнице и потом долго пробиралась обратно на родину».

Надя С., 16 лет, ученица 9 класса одной средней школы Ворошиловградской области, пишет: «Немцы насильно отправили почти всю нашу молодежь на каторжные работы в Германию. На вокзале во время от'езда стоял стон и плач. Плакали от'езжающие и провожающие. Меня и еще 16 девушек направили в г. Швац. Здесь происходила самая настоящая торговля русскими людьми. Немцы и немки поворачивали нас во все стороны, мерили и ощупывали. Меня купил булочник Карл В. Он заставлял меня работать с 6 часов утра до поздней ночи. Хотя я и жила у булочника, но хлеб кушала редко. Каждый день я мыла пол, стирала утром и вечером, нянчила детей, одевала их. Фрау была не очень злая — толкнет, ущипнет или по голове ударит, но не очень больно. Только было обидно, как вспомнишь, что училась в восьмом классе, изучала французский язык, историю, а тут сама стала рабыней, как в период римского владычества. От непосильного труда, голода и побоев я заболела. Отравившись немного, я бежала на родину. В Брест-Литовске меня задержали и посадили в концлагерь. В этом лагере, в полуразрушенных сараях, томились тысячи советских граждан. Ежедневно из лагеря выносили 10—15 трупов...».

Немецкие рабовладельцы часто откровенно хвастают своими зверствами над советскими людьми. Подрядчик Лоренс Шпеер пишет своему зятю солдату Иозефу Шпееру: «У нас теперь работает украинская девка 19 лет. Будь спокоен — она будет работать. В воскресенье в деревню прибудет еще 20 русских. Я возьму себе несколько штук...». Ефрейтор 7-й немецкой пехотной дивизии Вильгельм Гаусман получил письмо от матери из Швейхаузена; «У нас на молочной ферме тоже есть шесть русских. Их на ночь там запирают. Среди них юноши 14—15 лет. Не беспокойся, они смогут работать».

Лейтенанту 8 роты 187 полка 81 пехотной дивизии Гергардту Шплетт пишет фрау Сузи Краммер из Теплиц-Шенау (Судетская обл.) 12 июли 1942 года: «Нам должны прислать десять русских в пивоварню. Уж я заставлю поворачиваться эту банду. Охотнее всего я бы перебила всех русских».

Тысячи советских граждан, насильно угнанных в немецкое рабство, гибнут от голода, холода, непосильного труда и истязаний. Немало советских граждан, доведенных до отчаяния нечеловеческим обращением рабовладельцев, покончило жизнь самоубийством. В немецких письмах имеется много доказательств того, что нередко советские люди предпочитают смерть рабству у немцев. Вот письмо, найденное у убитого под Ленинградом обер-ефрейтора 406 полка 121 пехотной дивизии Рудольфа Ламмермайера. Это письмо написано его матерью из местечка Люгде:

«Вчера днем к нам прибежала Анна Лиза Ростерт. Она была сильно озлоблена. У них в свинарнике повесилась русская девка. Наши работницы польки говорили, что фрау Ростерт все била, ругала русскую. Она прибыла сюда в апреле и все время ходила в слезах. Покончила с собой, вероятно, в минуту отчаяния. Мы успокаивали фрау Ростерт, можно ведь за недорогую цену приобрести новую русскую работницу».


IV. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ГЕРМАНСКИХ ВЛАСТЕЙ И ГЕРМАНСКИХ ГРАЖДАН, ВИНОВНЫХ В БЕСЧЕЛОВЕЧНОЙ ЭКСПЛОАТАЦИИ НАСИЛЬНО УВЕДЕННЫХ СОВЕТСКИХ ГРАЖДАН

На основании вышеизложенных и других имеющихся в его распоряжении документальных материалов Советское Правительство считает неопровержимо установленным, что гитлеровское правительство Германии, попирая самые элементарные права народов и права человека, совершало и продолжает совершать следующие неслыханные преступления:

— путем обмана, угроз и насилия угоняются в рабство в Германию многие сотни тысяч мирных советских граждан, включая детей, подростков и женщин;

— для угоняемых мирных граждан устанавливается режим бесправных невольников и непосильного труда;

— советские граждане продаются в рабство предприятиям и частным лицам в Германии, подвергаются всяческим унижениям и истязаниям, обрекаются на голод и медленную мучительную смерть.

Советское Правительство возлагает, прежде всего, на правящую гитлеровскую клику и на командование немецко-фашистской армии всю полноту ответственности за эти подлые преступления, совершаемые в грубое нарушение общепринятых правил ведения войны.

Советское Правительство считает также целиком ответственными за перечисленные преступления всех тех гитлеровских чиновников, которые ведают набором, уводом, перевозкой, содержанием в лагерях, продажей в рабство и бесчеловечной эксплоатацией советских мирных граждан, насильно увезенных из родной страны в Германию. Исходя из этого, Советское Правительство считает, что столь же суровую ответственность, как и главари гитлеровской Германии, должны понести такие уже изобличенные преступники, как «главный уполномоченный по использованию рабочей силы» гаулейтер Фриц Заукель и гитлеровские наместники на захваченных советских землях: «рейхскомиссар Украины» Эрих Кох, «рейхскомиссар Остланда» (территории Литовской, Латвийской, Эстонской и Белорусской Советских Республик) Гейнрих Лозе и его помощник — «генеральный комиссар Белоруссии» Вильгельм Кубе, а также главный вдохновитель немецко-фашистских рабовладельцев Альфред Розенберг, занимающий пост «имперского министра по делам оккупированных восточных областей».

Советское Правительство в то же время возлагает полную ответственность и на частных лиц в Германии, которые бесчеловечно эксплоатируют на своих предприятиях или в своем домашнем хозяйстве подневольный труд мирных советских граждан. Эти частные лица должны понести свою ответственность за причиненные ими советским людям бесчисленные лишения и страдания.

Созданная в Советском Союзе Чрезвычайная Государственная Комиссия по расследованию злодеяний немецко-фашистских властей ведет полный и точный учет всех фактов, относящихся к увозу в немецкое рабство советских людей. Чрезвычайная Государственная Комиссия производит поименный учет тех гитлеровских чиновников и частных лиц в Германии, которые виновны в бесчеловечной эксплоатации и гибели советских граждан в немецко-фашистской неволе.

Советскому Правительству и народам СССР хорошо известно, что, наряду с советскими гражданами, миллионы мирных людей из оккупированных гитлеровцами стран Европы силой и обманом загнаны в немецко-фашистское рабство. Под шумиху о пресловутой «тотальной» мобилизации гитлеровцы стараются превратить в своих рабов новые сотни тысяч мирных граждан Польши, Чехословакии, Югославии, Франции, Бельгии, Греции, Норвегии, Голландии, народы которых вместе с народами Советского Союза видят свою общую задачу в скорейшем разгроме гитлеровской Германии и в уничтожении гитлеровского государства, как своего смертельного врага.

Советское Правительство выражает уверенность, что все заинтересованные правительства солидарны в том, что гитлеровское правительство и его агенты должны понести полную ответственность и суровое наказание за свои чудовищные преступления, за лишения и муки миллионов мирных граждан, насильственно уводимых в немецко-фашистское рабство.

Примите и пр.

В.Молотов. Москва, 11 мая 1943 года».

___________________________________________________________________
В.Молотов: Зверства и насилия над мирным населением в оккупированных советских районах ("Красная звезда", СССР)
В.Молотов: Истребление советских военнопленных ("Красная звезда", СССР)


**************************************************************************************************************************************************
ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ. Бойцы части майора Горовецкого в перерыве между боями чистят оружие.


Снимок нашего спец.фотокорр. О.Кнорринга
«Красная звезда», 12 мая 1943 года, как русские немцев били, потери немцев на Восточном фронте, красноармеец, Красная Армия, смерть немецким оккупантам


**************************************************************************************************************************************************
От Советского Информбюро*


Действующий на Украине партизанский отряд имени Кармелюка внезапно атаковал немецкий гарнизон. Партизаны уничтожили 60 гитлеровцев и взорвали склады с вооружением и боеприпасами. Группа партизан отряда имени Щорса из винтовок обстреляла немецкий самолет-разведчик. Самолет потерял управление и упал в реку.

* * *

B Тумановском районе, Смоленской области, гитлеровцы разорили Дом инвалидов, в котором проживало 195 человек. Немецко-фашистские мерзавцы за время оккупации района уморили голодом большую часть женщин-инвалидов. Инвалиды Моторина, Суханова и Петрова направились в деревню в поисках пищи. Немецкие солдаты задержали их на дороге и расстреляли. Когда части Красной Армии освободили Тумановский район от немецких оккупантов, в Доме инвалидов оставалось в живых всего лишь 58 инвалидов.

* * *

На Калининском фронте группа пеших и конных разведчиков под командованием капитана Роговского проникла в расположение противника и атаковала немецкий гарнизон. В завязавшейся рукопашной схватке наши бойцы уничтожили 30 гитлеровцев, а затем взорвали 8 дзотов, орудие и миномет. Разведывательная группа части, где командиром т. Войтенко, проникла в немецкие траншеи, гранатами и штыками уничтожила 15 гитлеровцев и взяла в плен немецкого офицера.

* * *

Западнее Ростов на Дону происходила артиллерийско-минометная перестрелка. Огнем советской артиллерии и минометов уничтожено более 100 немецких солдат и офицеров, подавлен огонь 4 артиллерийских и 2 минометных батарей и подожжен склад противника с горючим. Орудийный расчет сержанта Добрина несколькими выстрелами зажег вражеский склад боеприпасов. B течение всего дня были слышны взрывы большой силы.

* * *

Пленный солдат 4 роты 106 полка 15 немецкой пехотной дивизии Герберт Бух рассказал: «За двухмесячное пребывание на Восточном фронте наш полк подвергся сильным ударам. Его численность уменьшилась наполовину. В 4 роте осталось всего лишь 50 человек. Большие потери вызывают среди солдат острое беспокойство. Ефрейтор Мюллер как-то сказал: «С тех пор, как дивизия уехала из Франции и перешагнула русскую границу, мы стали одной ногой в могилу».

* * *

Югославские партизаны в Сухой Краине совершили успешные налеты на итальянские гарнизоны и истребили до 500 вражеских солдат и офицеров. Патриоты захватили 6 минометов, 38 пулеметов, 450 винтовок, 3 радиостанции и много боеприпасов. В Санджаке партизаны рассеяли итальянскую колонну. Преследуя оккупантов, партизаны уничтожили 45 итальянцев и захватили 37 пленных. // Совинформбюро.

_________________________________________________________________________
А.Толстой: Русские люди и немецкая неволя* ("Красная звезда", СССР)**
Пленники немецких концлагерей ("Красная звезда", СССР)
И.Эренбург: Горе невольниц* ("Красная звезда", СССР)**
Два года в немецкой неволе ("Красная звезда", СССР)**
Рынок рабов** ("Красная звезда", СССР)
К.Симонов: Поезда рабов ("Красная звезда", СССР)**
Русская девушка в Кельне* ("Красная звезда", СССР)
И.Эренбург: Рабы под номерами** ("Красная звезда", СССР)
А.Толстой: Смерть рабовладельцам! ("Красная звезда", СССР)

Газета "Красная Звезда" №110 (5481), 12 мая 1943 года

Posts from This Journal by “1943” Tag

  • «Лавочкин-5» ведет бой

    А.Пахомов || " Красная звезда" №132, 6 июня 1943 года Миллионы советских патриотов с воодушевлением подписываются на Второй Государственный…

  • Л.Никулин. Времена года

    Л.Никулин || " Красная звезда" №132, 6 июня 1943 года Миллионы советских патриотов с воодушевлением подписываются на Второй Государственный…

  • «Петляков-2»

    С.Рыбаков || " Красная звезда" №131, 5 июня 1943 года Второй Государственный Военный Заем — это новые танки, самолеты, орудия, это — новый…

  • Сердце героя

    Вл.Лидин || " Известия" №86, 13 апреля 1943 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: От Советского Информбюро. Утренние и вечерние сообщения 11 и 12 апреля. (1…

  • Болгарские лакеи Гитлера

    " Известия" №86, 13 апреля 1943 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: От Советского Информбюро. Утренние и вечерние сообщения 11 и 12 апреля. (1 и 2 стр.).…

  • Рассказы медицинской сестры

    Е.Ратманова || " Красная звезда" №131, 5 июня 1943 года Второй Государственный Военный Заем — это новые танки, самолеты, орудия, это — новый…

  • На Кенигсберг

    С.Красильщик || " Известия" №87, 14 апреля 1943 года Совнарком СССР и ЦК ВКП(б) утвердили государственный план развития животноводства на 1943…

  • Патриотический призыв ярославских колхозников

    " Красная звезда" №95, 23 апреля 1943 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: Сообщения Советского Информбюро (1 стр.). Обращение колхозников и колхозниц…

  • «Известия» 17 апреля 1943 года

    "Известия": Статьи 1943 год. "Известия": Статьи 1942 год. "Известия": Статьи 1941 год. СЕГОДНЯ В ГАЗЕТЕ: От Советского Информбюро.…


  • 1
ПРИСТУП «АФРИКАНСКОЙ БОЛЕЗНИ». Фюрер и дуче в падучей... Рис. Б.Ефимова.

"Красная звезда" №110, 12 мая 1943 года
«Красная звезда», 12 мая 1943 года, фельдмаршал Роммель, союзники Гитлера, вассалы Германии

Edited at 2018-06-04 08:08 pm (UTC)

НА КУБАНИ, северо-восточнее Новороссийска. 1. Восстановление путей, железнодорожной станции, разрушенной немцами при отступлении. 2. По восстановленным участкам пошли первые поезда. Снимки нашего спец.фотокорр. капитана В.Темина.

"Красная звезда" №110, 12 мая 1943 года
«Красная звезда», 12 мая 1943 года, советский тыл в годы ВОВ

Edited at 2018-06-04 08:08 pm (UTC)

Смерть немецким оккупантам!


«Красная звезда» №110, 12 мая 1943 года, среда
«Красная звезда», 12 мая 1943 года

02.06.42: Немецко-фашистские мерзавцы превращают мирных жителей оккупированных советских районов в бесправных рабов. В селе Задонецкое, Харьковской области, гитлеровцы заставляют колхозников пахать землю, запрягая в плуг по 10—12 мужчин и женщин. Работа длится с раннего утра до поздней ночи. За невыход в поле немцы накладывают штраф в 300 рублей и подвергают публичной порке. (Совинформбюро)

Edited at 2018-06-04 09:25 pm (UTC)

Красная Армия нам на выручку движется
(Песня девушек, томящихся в фашистской неволе)

Не у нас ли, подруженьки,
Под весенними зорями
Пели вечером девушки
О цветке, о лазоревом? —

Пели вечером девушки
О цветке, о лазоревом,
Соловьи с гармонистами
До полуночи спорили.

Не по этой ли улице
С нами шла, горделивая.
Наша вольная волюшка.
Наша доля счастливая? —

Наша доля счастливая
С нами шла, красовалася, —
Не на нас ли, подруженьки,
Вся земля любовалася?..

Словно коршуны злобные,
Налетели насильники,
Приднепровские пажити
Превратили в могильники.

Растоптали без жалости
Наш цветочек лазоревый, —
Гармонистов повесили,
А девчат опозорили.

Дни и ночи без отдыха
Всех работать заставили,
За колючую изгородь
На мученье отправили.

Насмерть бьют нас прикладами,
Рвут руками нетрезвыми,
Поливают нам головы
Все дождями железными.

Где ж найти нам спасение
От фашиста жестокого?..
Долети, наша жалоба,
До Кремля, до высокого;

Дайся в руки надежные,
В руки верные Сталина,
Расскажи ему, горькая,
Как земля опечалена;

Как мы утром и вечером
Смотрим в даль заднепровскую
Все на ту, на широкую,
На дорогу московскую.

Верим: знамя победное
Вдалеке заколышется,
Знаем: Красная Армия
Нам на выручку движется.

Ждут ее, долгожданную,
И мужчины, и женщины,
Ждут леса белорусские,
Ждут пригорки Смоленщины.

Все навстречу ей кинется,
Все навстречу ей тронется,
В ноги сталинской армии
Каждый кустик поклонится.

Рухнет тяжесть безмерная,
Что на плечи нам взвалена...
Вся надежда, подруженьки,
Вся надежда на Сталина.

М.ИСАКОВСКИЙ.
24 июня 1942 года, "Известия", СССР*.

Edited at 2015-10-25 05:22 pm (UTC)

Приезжай в Германию помогать по хозяйству!
Я живу в германской семье и чувствую себя прекрасно!

Приезжай в Германию помогать по хозяйству, немецкая каторга, письма с фашистской каторги
Песня полонянки

Зреет горький плод на калине,
Глохнет в роще свист соловья,
На далекой немецкой чужбине,
На чужбине, в постылом Берлине,
Сохнет юность моя.

Серебрится рыбкой плотицей
Лунный серп над моей тюрьмой.
Обернуться бы пленнице птицей
Быстрокрылой птицей, синицей,
Полететь бы домой.

Обернуться ласточкой мне бы,
Вольно легким крылом взмахнуть.
От немецкого мутного неба,
От немецкого горького хлеба
Хоть денек отдохнуть.

Сохнет юность в тюрьме окаянной,
Далеко до родной Руси.
Где ты, сокол мой, брат мой названный?
Ты разбей наши цепи, желанный,
Полонянок спаси!

Алексей СУРКОВ.
12 сентября 1943 года, "Красная звезда", СССР*.

Edited at 2015-10-25 05:20 pm (UTC)

Рабство в Германии
Истребляй немецких зверей!


1942 год
фашистская каторга, письма с фашистской каторги
05.08.42: «Кто бы подумал, Вилли, что такое животное, наша украинка, умеет прекрасно шить. Это очень приятно. Да и француз наш, как ты сам понимаешь, без дела не сидит. Вчера он подбил подметки к моим и папиным ботинкам, а сегодня починил лестницу. Папа говорит, что их нужно почаще наказывать, иначе будут лениться...» (Из письма унтер-офицеру Вилли Менцель от невесты Рут Кречмер из Бейтана, Бреслау-Лисса).

«...К 1 марта нам дадут трех украинских девок для работы на огороде и двух девок для работы по дому. Будь спокоен, они уже поработают. К тому же нам дадут еще 2 пленных: надеюсь, что тогда в нашем хозяйстве дело пойдет на лад. Все, у кого уже работают русские, говорят, что в общем это недорогое удовольствие». (Из письма ефрейтору Гансу Пассман от Анны-Лизы Гайе из Райсдорфа).

«...Из Штерингена удрали 3 литовца, но заменены уже белоруссами. Это даже дешевле. Мы ничего не потеряли. Прокормить этих белоруссов можно очень дешево. Русские получают только хлеб из свеклы...» (Из письма солдату Шредеру от семейства фон Альтенштадт, Гроссмедиен, округ Агнерапп, Вост. Пруссия). ("Красная звезда", СССР)

Edited at 2016-06-14 04:11 pm (UTC)

Мужайся, сестра!

Раба немецкого разнузданного хама,
Рискуя вызвать гнев хозяина, тайком
На куче мусорного хлама
Она в свинарнике склонилась над письмом:
— Я погибаю!.. Мама!.. Мама!..
А изверг уж в дверях, от бешенства дрожит.

Сестра, мужайся! Он ничем не заглушит
Твоих призывов, зверь немецкий, герр Цергибель.
К тебе, неся фашистам гибель,
На помощь Родина спешит!

Худ. П.Соколов-Скаля, текст Д.Бедный
Окно ТАСС №752, 1943 год
немецкая каторга, письма с фашистской каторги


Edited at 2018-06-04 08:09 pm (UTC)

В рабство.

Худ. Ряжский, 1942 год


Edited at 2018-05-07 08:40 pm (UTC)

Смерть немецким рабовладельцам!

«Красная звезда» №111, 13 мая 1943 года
«Красная звезда», 13 мая 1943 года

Edited at 2018-05-24 11:47 pm (UTC)

Советские люди на каторге в Германии.

Снимок У.Литцман / U.Litzmann. Вернигероде, 1943 год
остарбайтеры, немецкая каторга

Edited at 2018-07-06 08:29 am (UTC)

  • 1