Ярослав Огнев (0gnev) wrote,
Ярослав Огнев
0gnev

Categories:

Завещание 28 павших героев

«Красная звезда» №280, 28 ноября 1941 года

Наступление немцев на Москву продолжается. Усилить отпор врагу, задержать его, выпустить из него кровь!



# Все статьи за 28 ноября 1941 года.



«Красная звезда», 28 ноября 1941 года

В грозные дни, когда решается судьба Москвы, когда вражеский натиск особенно силен, весь смысл жизни и борьбы воинов Красной армии, защищающих столицу, состоит в том, чтобы любой ценой остановить врага, преградить дорогу немцам. Ни шагу назад — вот высший для нас закон. Победа или смерть — вот боевой наш девиз.

И там, где этот девиз стал волей наших людей, там, где наши бойцы прониклись решимостью до последней капли крови оборонять Москву, отстоять свои рубежи или умереть, — там немцам нет пути.

Несколько дней тому назад под Москвой свыше пятидесяти вражеских танков двинулись на рубежи, занимаемые двадцатью девятью советскими гвардейцами из дивизии имени Панфилова. Фашистские танки приближались к окопам, в которых притаились наши бойцы.

Сопротивление могло показаться безумием. Пятьдесят бронированных чудовищ против двадцати девяти человек! В какой войне, в какие времена происходил подобный неравный бой! Но советские бойцы приняли его, не дрогнув. Они не попятились, не отступили. «Назад у нас нет пути», — сказали они себе.

Смалодушничал только один из двадцати девяти. Когда немцы, уверенные в своей легкой победе, закричали гвардейцам — «Сдавайс!», — только один поднял руки вверх. Немедленно прогремел залп. Несколько гвардейцев одновременно, не сговариваясь, без команды выстрелили в труса и предателя. Это родина покарала отступника. Это гвардейцы Красной армии, не колеблясь, уничтожили одного, хотевшего своей изменой бросить тень на двадцать восемь отважных.

Затем послышались спокойные слова политрука Диева: «Ни шагу назад!» Разгорелся невиданный бой. Из противотанковых ружей храбрецы подбивали танки, зажигали бутылками с горючим.

В этот час горстка героев не была одинока. С ней было великое прошлое нашего народа, грудью отстаивавшего свою независимость. С ней были доблестные победы русской гвардии, о которых фельдмаршал Салтыков еще во время Семилетней войны с пруссаками доносил в Петербург: «Что до российских гвардейцев касается, могу сказать, что противу их никто устоять не может, а сами они подобно львам презирают свои раны». С ней была доблесть и честь Красной армии, ее боевые знамена, которые в эти минуты как бы осеняли героев. С ней было великое сталинское благословение на беспощадную борьбу с врагом.

Один за другим выходили из строя смельчаки, но и в ту трагическую минуту, когда смерть закрывала им глаза, они из последних сил наносили удары по врагам. Уже восемнадцать исковерканных танков недвижно застыли на поле боя. Бой длился более четырех часов, и бронированный кулак фашистов не мог прорваться через рубеж, обороняемый гвардейцами. Но вот кончились боеприпасы, иссякли патроны в магазинах противотанковых ружей. Не было больше и гранат.

Фашистские машины приблизились к окопу. Немцы выскочили из люков, желая взять живьем уцелевших храбрецов и расправиться с ними. Но и один в поле воин, если он советский воин! Политрук Диев сгруппировал вокруг себя оставшихся товарищей и снова завязалась кровавая схватка. Наши люди бились, помня старый девиз: «Гвардия умирает, но не сдается». И они сложили свои головы — все двадцать восемь. Погибли, но не пропустили врага! Подоспел наш полк, и танковая группа неприятеля была остановлена.

Мы не знаем предсмертных мыслей героев, но своей отвагой, своим бесстрашием они оставили завещание нам, живущим. «Мы принесли свои жизни на алтарь отечества, — говорит нам их голос и громким, неутихающим эхом отдается он в сердцах советских людей. — Не проливайте слез у наших бездыханных тел. Стиснув зубы, будьте стойки! Мы знали, во имя чего идем на смерть, мы выполнили свой воинский долг, мы преградили путь врагу. Идите на бой с фашистами и помните: победа или смерть! Другого выбора у вас нет, как не было его и у нас. Мы погибли, но мы победили!»

Погибшие герои отечественной войны — двадцать восемь доблестных гвардейцев из дивизии имени Панфилова — завещали нам упорство и твердость, стойкость и презрение к смерти во имя победы над заклятым врагом. Мы исполним этот священный завет до конца. Мы отстоим Москву, разобьем гитлеровскую Германию, и солнце нашей победы навеки озарит тела советских воинов, павших на поле брани.
_____________________________________
А.Кривицкий: О 28 павших героях ("Красная звезда", СССР)**
Награждение 28 павших героев* ("Красная звезда", СССР)***
Н.Тихонов: Слово о 28 гвардейцах* ("Красная звезда", СССР)


************************************************************************************************************
Активной обороной на всем фронте сорвем замыслы врага. Стойкой борьбой, смелыми контрударами измотаем и истребим немецкие армии!

☆ ☆ ☆

Что происходит в Киеве
(От специального корреспондента «Красной звезды»)

Вырвавшиеся из Киева советские граждане сообщают о страшной резне и погромах, учиненных здесь немецкими захватчиками. Таких погромов история еще не знала. За немногие дни убито и растерзано 52.000 мужчин, женщин, стариков и детей. Это — не только евреи. Палачи из гестапо беспощадно расправляются со всеми украинцами и русскими, чем-либо доказавшими свою преданность советской власти, стахановцами, членами Осоавиахима и МОПР'а, даже активистами жилкоопов, — со всеми, кто чем-нибудь не понравился любому немцу.

Прекрасный наш Киев стал одним огромным фашистским застенком. День и ночь звери-немцы истребляют здесь тысячи ни в чем не повинных, беззащитных людей.

Бежавший из Киева продавец мясной лавки Маримов рассказал нам подробности происходивших в городе погромов.

«Красная звезда» №280, 28 ноября 1941 года

В день занятия Киева фашисты вывесили приказ, в котором, помимо сдачи оружия, запрещения скрывать у себя на квартирах военнослужащих, был такой пункт: «Всем жителям порода, располагающим запасами продовольствия больше, чем на 24 часа, немедленно сдать их представителям комендатуры. За невыполнение этого распоряжения — расстрел на месте».

Сам по себе такой приказ обрекал на голод все оставшееся в Киеве население, однако это было только началом фашистских злодеяний. В первые дни, пока в Киев не прибыло гестапо, немцы еще не производили организованных и массовых грабежей и убийств. Правда, жители уже рассказывали друг другу о том, что на улице Ленина, угол Пушкинской, немецкие солдаты ворвались в один из домов и забрали у всех жильцов принадлежащие им вещи. Многие видели расстрелы у памятника Богдана Хмельницкого и в других местах, но все-таки это еще не носило массового масштаба. Настоящий поголовный грабеж, насилие и убийства, жертвами которых стала почти каждая семья, начались через два дня после занятия города.

Немцы начали ходить из дома в дом, из квартиры в квартиру, отбирая у населения все мало-мальски ценные вещи. Красивых женщин они увозили с собой. Позже выяснилось, что их отвели в дома терпимости, находящиеся в бывшем здании ДКА, в Доме писателей и т.д. Тех, кто не хотел отдать себя на поругание фашистским псам, кто сопротивлялся грабежу, — расстреливали.

На углу улиц Короленко и Свердлова, несмотря на строгое запрещение, собралась большая толпа. В знак протеста против фашистских зверств одна семья облила бензином квартиру и подожгла себя. На Красноармейской улице выбросилась с пятого этажа молодая девушка, предпочитая умереть, чем отдаться варварам. Во всем городе не осталось ни одного дома, ни одной квартиры, которые бы не были ограблены и осквернены германскими оккупантами. Два дня продолжался этот «мирный погром», во время которого было убито не меньше трех тысяч человек. Реками кровь потекла позже.

Население, возмущенное погромами, стало мстить немцам. Неизвестный герой взорвал здание, в котором находилась германская прокуратура. Во время взрыва было уничтожено свыше 170 офицеров и гестаповцев. Немецкие офицеры и солдаты, разгуливавшие по городу в одиночку или по-двое, стали исчезать неведомо куда. Ненависть населения к оккупантам росла с каждым днем. Проходя мимо немцев, люди демонстративно отворачивались, распоряжения германских властей явно игнорировались. Фашисты ответили на это зверской расправой, организовав облаву. Они захватили первых попавшихся им на глаза сто прохожих и отвели их на Саперное поле. Здесь уже была вырыта и заминирована большая яма. Немцы загнали в нее сто несчастных людей и взорвали их.

Товарищ Маримов находился в это время у своего знакомого Василия Конюшенко, проживающего недалеко от Саперного поля, за Печерском. Дети Конюшенко, 11-летний Гриша и 9-летний Валя, увидев колонну советских граждан, окруженных немецким караулом, пошли за нею. Они видели, как убивали наших людей, как вместе с землей летели в стороны оторванные руки и ноги, как фашисты смеялись при этом. Они видели еще одну группу киевлян, примерно, в 30—40 человек, которую пригнали другие солдаты. Этих людей немцы заставляли собирать в яму разлетевшиеся в стороны клочья тел. Когда они закончили свою работу, их также расстреляли.

Одновременно с убийствами немцы и приехавшая с ними петлюровская сволочь — оуэновцы — повели бешеную антисемитскую агитацию. Они об'явили, что во взрыве дома комендатуры виновны евреи. Начался самый неприкрытый кровавый погром, причем, как и прежде, палачи расправлялись не только с евреями, но и со всеми, не понравившимися им чем-либо киевлянами, русскими и украинцами. На Крещатике валялись трупы убитых. Около трупа белокурого юноши стоял плакат: «Еврей, расстрелян за борьбу с германскими властями. Тело убирать запрещается». Фамилия убитого — Коляда. Он — украинец, эсэсовцы нашли у него в кармане осоавиахимовский билет и за это расстреляли.

Убийцы не щадили ни стариков, ни детей. Пьяные берлинские лавочники и кельнские торгаши мстили жителям Киева, не желающим подчиниться немецким поработителям. Они собрали всех дворников и попытались выпытать у них фамилии советских активистов. Эта провокация не удалась. Тогда фашисты в расширенном масштабе повторили варфоломеевскую ночь.

0

Всем евреям, проживающим в Киеве, приказано было явиться с вещами на улицу Мельника №79, угол улицы 9 января, где раньше находился окружной дом партобразования. В приказе были указаны сроки явки, в зависимости от местожительства, говорилось о том, что все явившиеся будут эвакуированы из города, предлагалось каждому захватить с собой чемодан с носильными вещами и продуктами.

Сволочи обманули, как всегда. Погромщики думали не об эвакуации, а об убийствах. Как стало известно позже, от собранных требовали выдачи советских активистов, их истязали, а потом выводили на Лукьяновское кладбище, находящееся недалеко отсюда, и расстреливали. Изуверы издевались при этом над своими жертвами, детей закапывали живыми, взрослых заставляли рыть себе могилы. Несколько суток продолжались убийства. Кладбище и весь прилегающий к нему район были окружены немцами. Со всех концов города немцы сгоняли сюда советских служащих, стариков — рабочих, молодежь, русских и украинцев и зверски расправлялись с ними. Днем и ночью на Лукьяновке были слышны выстрелы, душераздирающие крики. Автоматчики выводили на кладбище толпы обреченных и хладнокровно расстреливали их. Редким счастливцам удалось оттуда бежать.

Все, кто имел какое-либо отношение к советским общественным организациям, стали прятаться по чердакам и подвалам, пытались вырваться и убежать из города. Только немногим удалось это. Вокруг Киева фашисты выставили патрули, открывающие огонь по каждому, кто выходил за черту города. Особенно усиленные пикеты были выставлены вдоль Днепра. Много людей, пытавшихся переплыть ночью реку, было убито или потонуло. То и дело фашистские ракеты освещали местность. Погромщики не хотели выпустить из своих рук ни одной жертвы. По всем домам шли обыски. Неявившихся на улицу Мельника силой волокли туда, и многие предпочитали этому самоубийство. Погром принял чудовищные формы. Любой немецкий солдат или петлюровская гадина могли остановить на улице первого попавшегося человека, назвать его евреем и отвести на Лукьяновское кладбище. 52.000 убитых людей, мирных жителей Киева — таков кровавый итог гитлеровской расправы.

идеология фашизма, зверства фашистов над детьми, издевательства фашистов над мирным населением, преступления фашистов

Лейтенант Кожарский, вырвавшийся из немецкого тыла, рассказал вашему корреспонденту следующее:

— Пробираясь из тыла к нашим частям, я был в Киеве. Здесь по улице Кирова, дом №47, жила моя семья — жена, трое детей, отец и мать. Я поднялся в квартиру. Все здесь было перебито и разграблено. Соседка сообщила мне, что они расстреляны на Лукьяновском кладбище, она плакала, а я не мог, я окаменел. Потом я немного отошел и спустился на улицу. Здесь шел грабеж. Немцы врывались в частные квартиры, взламывали двери, забирали все ценные вещи и грузовиками отправляли их в Германию. Я видел, как они грузили уворованные ковры, вазы, картины, как из оттопыренных карманов погромщиков свешивались цепи от часов.

То же самое говорит вырвавшийся из Киева тов. Маримов.

— Я видел, как они убивали, я проходил мимо распухших трупов убитых. Я видел, как они грабили, как выносили из Оперного театра гардероб, ковры и даже дорожки. Маленькая седая старушка, смотревшая вместе со мной на эту сцену, прижавшись к стене театра, плакала. Сердце рвалось у меня на части. Я не могу жить без мести. Уничтожать немецких захватчиков стало теперь единственной моей потребностью. Меня отправляют в тыл потому, что я устал и болен, но в тыл я не пойду. После того, что я видел, мое место только на фронте. Я не найду себе больше покоя до той поры, пока не будет истреблен последний из этих мерзавцев, ворвавшихся на нашу землю. // Майор П.Степаненко. ЮГО-ЗАПАДНЫЙ ФРОНТ.
___________________________________________
Расстрелы в Киеве и Ростове ("Красная звезда", СССР)
Н.Тихонов: В Киеве, на Крещатике ("Красная звезда", СССР)


************************************************************************************************************
От Советского Информбюро*


Утреннее сообщение 27 ноября

В течение ночи на 27 ноября наши войска вели бои с противником на всех фронтах.

* * *

Наша часть, действующая на одном из участков Западного фронта, в ожесточенном бою нанесла немцам большой урон. На поле боя осталось свыше полутора тысяч убитых солдат и офицеров противника и 15 сожженных и разбитых вражеских танков.

* * *

Летчики части тов. Шевченко, действующей на Южном фронте, за один день уничтожили 2 немецких танка, 7 бронемашин, более 200 автомашин с военным снаряжением и истребили свыше 400 солдат и офицеров противника. В воздушном бою сбито 5 немецких самолетов.

* * *

Бойцы тов. Дратвина на одном из участков Юго-Западного фронта за последние дни истребили свыше 1.000 немецких солдат и офицеров.

* * *

На одном из участков Северо-Западного фронта часть тов. Галкина разгромила 20 вражеских ДЗОТ'ов, истребила 250 немецких солдат, 50 офицеров и захватила много автоматического оружия.

* * *

Партизанские отряды на Киевщине продолжают наносить немецким захватчикам чувствительные удары. Партизанский отряд под командованием тов. П. в районе своей деятельности взорвал все мосты. В наиболее важных пунктах немцы несколько раз восстанавливали разрушенные мосты, но партизаны снова их взрывали. Недавно партизаны напали на автоколонну противника и уничтожили 7 автомашин, истребили 35 вражеских солдат и офицеров и захватили большое количество боеприпасов. Все попытки фашистов напасть на след отряда и уничтожить его провалились. Партизаны заманивали немцев в ловушки и истребляли. За 3 недели немецкие карательные отряды, посланные против партизанского отряда, потеряли больше 100 солдат убитыми и ранеными. Отряду помогают сотни разведчиков и помощников из местного населения. Они сообщают штабу отряда о передвижениях фашистских войск и помогают вылавливать и истреблять мелкие группы немецких солдат. Напуганные фашисты затребовали подкреплений, а пока до прибытия пополнения ликвидировали в селах этого района немецкие комендатуры.

* * *

Части тов. Харитонова, действующие на Южном фронте, выбили противника из ряда населенных пунктов. Жители села Гребцова, освобожденного от фашистских войск, рассказывают: «Вступив в деревню, немцы заняли дома, а крестьян, в том числе стариков и детей, выгнали на улицу. Крестьянам было запрещено взять с собой постельные принадлежности и другие необходимые вещи. Фашисты выбросили на улицу беременную Александру Березнякову, у которой уже начались родовые схватки. У колхозницы Пелагеи Погороловой немцы разграбили квартиру, забрали одежду и все ценные вещи, а хозяйку избили до полусмерти. Уходя, фашисты бросили в дом гранату. У крестьянок Варвары Колияшиной, Анны Колияшиной, Прасковьи Питюниной, П.И.Кисленко и других немцы зарезали весь скот, всю домашнюю птицу, забрали хлеб и картофель. Фашисты произвели многочисленные аресты и угнали в неизвестном направлении несколько десятков крестьян».

* * *

Трудящиеся Читинской области на призыв товарища Сталина, работать не покладая рук для помощи фронту, отвечают новым повышением производительности труда. Встав на сталинскую вахту, бурильщики Казаковского золотого прииска Михаил Буянов и Карп Акулов отбили в смену 76 тонн руды и выполнили норму на 440 процентов. На угольных шахтах треста «Востуголь» женщины заменили шахтеров, ушедших на фронт. Работницы т.т. Калмыкова и Кропачева вначале освоили профессию навалоотбойщиков, затем стали машинистами тяжелых врубовых машин. Досрочно закончили годовой план Ононский оловянный рудник, шахта «Новый Торм» треста «Востуголь», трест «Амурзолото» и многие другие предприятия. Неутомимо работают геологи Забайкалья. За последнее время открыт и сдан в эксплоатацию ряд новых рассыпных и коренных месторождений вольфрама, молибдена и других редких металлов.


Вечернее сообщение 27 ноября

В течение 27 ноября наши войска вели бои с противником на всех фронтах.

За 26 ноября уничтожено 19 немецких самолетов. Наши потери — 4 самолета.

За 27 ноября под Москвой сбито 15 немецких самолетов.

* * *

За 26 ноября нашей авиацией уничтожено 105 немецких танков, до 600 автомашин с войсками, 10 полевых орудий, 190 повозок со снарядами, 7 автоцистерн с горючим и истреблено более полка вражеской пехоты и эскадрон конницы.

* * *

Наши части, действующие на одном из участков Западного фронта, за один день боев истребили более 2000 немецких солдат и офицеров и уничтожили 15 танков противника.

* * *

Наши артиллеристы, действующие на одном из участков Ленинградского фронта, за последние два дня метким огнем подавили 6 немецких орудийных батарей, уничтожили 8 пулеметных гнезд и разгромили 20 дерево-земляных укреплений противника. Советские артиллеристы взорвали вражеский склад с боеприпасами и истребили более роты пехоты противника.

* * *

Немецко-фашистские мерзавцы зверски расправляются с попадающими к ним в плен ранеными красноармейцами. В деревне Никулино фашисты изрубили на куски 8 раненых красноармейцев-артиллеристов. У трех из них отрублены головы. В деревне Малеева командир роты связи тов. Мочалов и политрук роты тов. Губарев обнаружили зверски истерзанные трупы красноармейцев: Ф.И.Лапенко, С.Д.Сопова, Ф.С.Фильченко. Фашисты чудовищно надругались над ранеными — выкололи у них глаза, отрезали носы и перерезали горло. В деревне Екатериновка подобран труп санитарного инструктора энского стрелкового полка тов. Никифорова. Гитлеровцы избили тяжело раненого санитара-красноармейца прикладами, искололи штыками, изрезали лицо бритвой.

* * *

Немецкие солдаты, захваченные в плен на Южном фронте, рассказывают об огромных потерях германских войск. Ефрейтор 64 мотополка 16 танковой дивизии Альберт Эмден сообщает: «В боях 10-11 ноября дивизия потеряла не менее 200 танков и 25 процентов автотранспорта. С начала войны 64 мотополк пополнялся пять раз. В последних боях полк снова потерял добрую половину своего личного состава. Все командиры взводов выбыли из строя и заменены фельдфебелями. Неоднократно пополнявшаяся 7 рота за время войны потеряла убитыми и ранеными 170 солдат. За последние две недели советская авиация наносила нам жестокие удары. Русские самолеты по десять раз в день нападали на наш полк». Пленный фельдфебель, пилот 52 отряда истребительной авиации 4 авиакорпуса Готвальд Бернгардт рассказал о потерях немецкой авиации: «Немецкие летчики считают, что германская авиация уже потеряла на востоке не менее половины всего личного состава военно-воздушных сил. За два с половиной месяца 52 отряд, насчитывавший 28 самолетов, потерял 20 машин. Первая группа бомбардировочной авиации, состоявшая из 26 самолетов «Юнкерс-88», полностью уничтожена. Большие потери понесли экспедиционные авиачасти румын и итальянцев».

* * *

Самоотверженно работают трудящиеся Татарии, оказывая Красной Армии большую помощь. Меховая фабрика №2, завод «Серп и молот» и шорная фабрика досрочно выполнили годовые планы. Завод, где директор тов. Федин, в рекордно короткий срок организовал новое производство, освоил выпуск специальной продукции для фронта. На Н-ском заводе цех, которым руководит тов. Улитин, увеличил выработку в три с половиной раза. Цех завершает выполнение двухгодичной программы. С большим под’емом работают колхозники республики. Члены колхоза «Марс» Тюлячинского района, обсудив доклад тов. Сталина, решили сверх обязательных поставок продать государству 12 тысяч пудов зерна. 6 тысяч пудов хлеба сдает в фонд обороны колхоз «Канаш» Теньковского района. Члены колхоза «Красное знамя» Лаишевского района сдают в фонд обороны 600 пудов зерна. Кроме того, каждый колхозный двор откармливает в фонд обороны поросенка. Почину этого колхоза следуют другие колхозы республики. // Совинформбюро.

______________________________________________
Э.Виленский: Смерть зверю!* ("Известия", СССР)*
П.Белявский: По следам зверя* ("Известия", СССР)**
В оккупированных районах* ("Красная звезда", СССР)
М.Рузов: Следы фашистского зверя** ("Известия", СССР)**
К.Симонов: Это было на Гомельщине** ("Красная звезда", СССР)**
А.Ерусалимский: Политика фашистов в оккупированных районах* ("Красная звезда", СССР)**

Газета «Красная Звезда» №280 (5035), 28 ноября 1941 года
Tags: 1941, 28 панфиловцев, А.Кривицкий, Великая Отечественная война, газета «Красная звезда», зверства фашистов, ноябрь 1941, оккупация Киева, осень 1941
Subscribe

Posts from This Journal “ноябрь 1941” Tag

  • Что происходит в Киеве

    П.Степаненко || « Правда» №331, 29 ноября 1941 года Доблестные защитники Москвы! Бейтесь с немецкими захватчиками до последней капли крови, во…

  • Под Москвой должен начаться разгром врага!

    « Правда» №329, 27 ноября 1941 года Враг напрягает последние силы, чтобы захватить Москву. Но сие зависит не только от хвастуна Гитлера.…

  • Великая освободительная миссия Красной Армии

    « Правда» №313, 11 ноября 1941 года «В отличие от гитлеровской Германии Советский Союз и его союзники ведут войну освободительную, справедливую,…

  • Истребить немецких оккупантов - всех до единого!

    « Правда» №312, 10 ноября 1941 года «Идея защиты своего отечества, во имя чего и воюют наши люди, должна породить и действительно порождает в…

  • Героизм защитников Москвы

    Д.Лестев || « Правда» №309, 7 ноября 1941 года Да здравствует 24-я годовщина Великой Октябрьской Социалистической Революции! Да здравствует…

  • Алексей Толстой. Родина

    А.Толстой || « Красная звезда» №263, 7 ноября 1941 года Да здравствует 24-ая годовщина Великой Октябрьской Социалистической Революции,…

  • 6 ноября 1941 года

    И.Эренбург || «Летопись мужества». Публицистические статьи военных лет — М.: «Советский писатель», 1983. стр. 66-68 # Все статьи за 5 ноября…

  • За Москву, за родину!

    « Правда» №305, 3 ноября 1941 года Братский привет нашим братьям украинцам, белоруссам, молдаванам, литовцам, латышам, эстонцам, карелам,…

  • Илья Эренбург. Мы глядим правде в глаза

    И.Эренбург || « Правда» №305, 3 ноября 1941 года Братский привет нашим братьям украинцам, белоруссам, молдаванам, литовцам, латышам, эстонцам,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments