Ярослав Огнев (0gnev) wrote,
Ярослав Огнев
0gnev

Category:

Ольга Берггольц. Этот день будет

газета «Известия», 27 января 1945 годаО.Берггольц || «Известия» №22, 27 января 1945 года

Красная Армия беспощадно громит немецких захватчиков. За время наступательных боёв убито и взято в плен более 380 тысяч вражеских солдат и офицеров. Враг потерял 592 самолёта, 2.995 танков и самоходных орудий, 34.019 автомашин, 7.932 орудия, 26.019 пулемётов и много другого вооружения.

Слава советским воинам — героям наступления!



# Все статьи за 27 января 1945 года.



«Известия», 27 января 1945 года

27 января 1944 г., когда Ленинград салютовал доблестным войскам, освободившим его от блокады, — наши части, продолжая наступление, подходили к Луге. Сегодня, когда Ленинград празднует годовщину своей великой победы, — Красная Армия ведет бои на территории Германии. Не так уж далеко и до Берлина.

Конечно, пространство, оставшееся до Берлина, можно обозначить по-разному. Каждый русский исчисляет его по-своему, и каждый прав. Но сегодня, в. этот — для всей страны ленинградский — день, пусть оставшиеся до Берлина километры будут исчислены ленинградской мерой. Ленинград имеет на это право — у него особые счеты с Берлином.

☆ ☆ ☆

Сегодня ровно год, как мы ходим по солнечной стороне наших улиц без риска быть ежеминутно убитыми; яркие уличные огни зажигаются в нашем городе с наступлением сумерек; кирпичом, бетоном, гранитом, свежей краской затягиваются раны зданий. Но мы за минувший год ничего не забыли — нет! Наоборот: сегодня, в первую годовщину своего торжества над врагом, мы вспоминаем всё с особой остротой, так, как могут вспоминать только победители, дравшиеся за правое дело.

...К годовщине освобождения Ленинграда в Ленинградском радиокомитете закончена интереснейшая работа: художественный радиофильм, смонтированный из документальных радиозаписей, — живые голоса защитников Ленинграда и радиорепортажи, начиная с июня 1941 года по январь 1944 года.

Живой человеческий голос прошлого, неповторимый шум времени слышен в этом фильме: со свистом снарядов и бомб, с ладожской вьюгой, с седьмой симфонией и «Варшавянкой» мешаются голоса защитников Ленинграда, голоса бойцов, рабочих, матерей, писателей, Героев Советского Союза, ученых. Здесь звучат живые голоса тех, кто уже погиб в битвах за Ленинград; здесь есть голоса ленинградцев, воинов и горожан, известных теперь всему народу, и голоса, не известные никому. Но все голоса звучат сейчас с равной силой: и у павших, и у живых, и у известных, и у безымянных одно общее огромное имя: Ленинград.

...Осень 1941 года. Гул оборонных работ и очень звонкий, бодрый голос женщины, восклицающей:

— Здравствуйте, товарищи ленинградцы! Как вы там живете у себя в городе? А мы тут копаем землю!.. Во-всю!! Не пускаем немца к городу! И мы скорее умрем, чем пустим его!

Это голос рядовой ленинградской работницы, ставшей землекопом, — Ольги Новиковой, это радиорепортаж с оборонной трассы. Вместе с Новиковой выступал тогда еще один землекоп — Котов, а затем, уже в тысяча девятьсот сорок четвертом он же говорит:

— Товарищи! Я только-что прослушал с пленки свое выступление и выступление Ольги Новиковой. Хорошая она была женщина... Она умерла зимой от голода, товарищи...

И вдруг вы по-новому слышите и понимаете этот напряженно бодрый, уверенный голос женщины — голос павшей в бою. Нет, это было не простое выступление, — это была клятва, подтвержденная жизнью. Ни одного слова не сказал Ленинград напрасно, обеспечивая их всем достоянием своим — кровью и жизнью. И потому нет ни одного его слова, которое не сбылось бы сейчас.

Но главное, что потрясает, когда слышишь этот фильм сейчас, в дни решающих побед, — это тогдашняя интонация людей. Они говорят с таким железным спокойствием, с такой страстной уверенностью, как будто бы перед глазами их лежит сегодняшняя карта.

Сохранив голос, пленка не сохранила имени одного ленинградского рабочего, провожавшего на фронт отряд народного ополчения. Отряд шел под Стрельну. Это был сентябрь 1941 года, и безымянный рабочий говорил отчетливо, солидно и строго:

— ...Вы, товарищи, помните, — Ленинград не подведет, и деритесь, как настоящие питерцы, и будьте уверены, что немцев мы отсюда погоним и дойдем до Берлина.

Так говорил Ленинград еще в 1941 году. Но так же говорила и вся Родина, — Ленинград был только верным ее сыном. Он только, как сын, вобрал в себя лучшие черты своей матери — мужество, героизм, железную выдержку.

Ленинград — любимый сын Родины — матери своей, он весь в неё... потому что ведь и матери, на глазах которой пытают любимого сына, надо было иметь немыслимую выдержку, чтобы крикнуть: «Не сдавайся им!»... Надо беспредельно любить своего сына, его душу, его честь, его жизнь, чтобы благословить его на такой подвиг. Ленинград слышал голос Родины, полный любви и страдания. Он чувствовал её материнскую муку. И Ленинград щадил её; он долго ничего не говорил ей о боли, которую испытывал сам, скрывал от неё своё изнеможение, преуменьшал свою печаль...

☆ ☆ ☆

...Сегодня особенно гордо и радостно вспоминать, как во время осады ни на одну минуту не обрывалась духовная и материальная связь города Ленина с народом, с Большой Землей.

Все ленинградцы помнят, как весной 1942 года возникла в городе, еле очнувшемся от страшной зимы, — странная «мода»: вдруг на груди почти у каждого ленинградца появляется неведомо откуда взявшийся жетон — маленькая жестяная ласточка с письмом в клюве. Эту ласточку все носили: мужчины и женщины, старики и дети. Она означала что-то в роде «жду хорошей вести». Она тоже была, пусть наивным, вызовом блокаде и как-то символизировала жажду связи и даже самую связь со страной.

Все знают, с какой опасностью и трудом можно было проскочить, пробраться в осажденный город по ладожской нитке; только птица могла бы свободно прилететь сюда... Но как-раз птицы-то сюда тогда и не залетали... И всё же откуда-то с дальнего фронта, с юга вдруг пришло сотрудницам Публичной библиотеки от почти незнакомых им бойцов необычное, толстое письмо: на большом листке бумаги плотно друг возле друга были пришиты какие-то тоненькие желтоватые закорючки, напоминая собой какую-то необычную вышивку, и только маленькая приписка, вложенная в письмо, об'яснила его содержание: «Цензура, окажись сознательной, не вытаскивай из письма сушеный лук (витамин), который мы посылаем героическим ленинградкам».

Тоненькие закорючки сушеного лука, пришитые к бумаге огрубевшими от огня, железа и стужи пальцами солдата, невозможно взвесить: любовь не имеет веса и меры.



И той же весной, в марте в деревнях и селах Ленинградской области, оккупированных тогда немцами, партизаны собирали небывалый красный обоз. Они приходили тайком по ночам в полуразоренные колхозы и хаты и говорили только одно: «Питерцы с голоду умирают. Надо помочь». И каждый давал, что мог: кто мог дать полпуда муки, давал полпуда, кто мог дать горсть, давал горсть. И так набралось более двух сотен подвод с пищей для Ленинграда. Воистину, как сказал великий поэт о великом народе:

Встали — небужены,
Вышли — непрошены:
Жита по зернышку
Горы наношены!


И вот в город, куда к самолету трудно было проскочить, куда и птицы не залетали, — через линию фронта, через свирепое немецкое кольцо, по тайным, одному народу известным путям, — прошли партизаны с красным обозом, с даром непобежденных — своему знаменосцу...

Трудна была связь. Но в декабре 1941 года, когда для разгрома немцев под Москвой нужны были танки, рабочие одного ленинградского завода сумели из блокированного Ленинграда — за кольцо, на самолетах — отправить тысячи деталей, необходимейших для танков, деталей, которых еще не мог в те дни в достаточном количестве дать Урал. Они подвозили детали к самолетам на отдаленный аэродром — на себе, на саночках. То нужно было Москве... Еще мучился под немцами Киев, еще почти вся Ленинградская область была пленена врагом, а сотрудницы Публичной библиотеки уже подбирали книги для школ и библиотек Киева, Гатчины, Луги, для деревень Ленинградской области.

Да, Ленинград весь в свою родную мать, в Россию — железной выдержкой, великодушием, беспощадностью к себе, пламенной верой в победу...

☆ ☆ ☆

...Вдвойне торжественен сегодняшний день для Ленинграда: он не только вспоминает свою великую победу в прошлом году, — он всем сердцем своим, вместе с родиной переживает ее победу сегодняшнюю и предвкушает ее завтрашнюю окончательную победу.

У Ленинграда особые счеты с Берлином. Год, минувший со дня торжественного салюта в честь своего освобождения, Ленинград посвятил своему возрождению. Но за этот год он ничего не простил и не забыл. Наоборот, советские люди своими руками уничтожают в городе следы немецких преступлений, сами покрывают штукатуркой и свежей краской стены своих домов, но они помнят, что под этой краской — кровь наших сограждан. Быть может, еще не так скоро поставим мы памятник Безымянному Ленинградцу над могилами, которых не знала ни одна история, ни один город в мире — над братскими траншеями ленинградцев, погибших от вражеских снарядов, бомб, от голода. Мы помним, как складывали в них наших родных, друзей и сограждан. Мы знаем единственных виновников всего этого — они в Берлине. Вот почему мы мерим расстояние до Берлина своей — ленинградской мерой и исчисляем свое — ленинградское время. Вот почему возрождающийся город попрежнему отдает все свои силы на то, чтобы армия наша поскорее дошла до Берлина...

В прошлом году в тот день, когда Ленинград из мрака салютовал своей победе, наши войска шли к Луге, и в Гатчине, уже освобожденной, на стене казармы, превращенной немцами в концлагерь для советских граждан, был обнаружен документ: «Правила для содержащихся в лагере». Они были написаны немцами по-русски, и первый пункт гласил:

«Помни, что ты наказан справедливо и что жаловаться тебе некуда». Когда наши войска подойдут к Берлину, пусть они прибьют на его стенах первый пункт «Правил» Гатчинского лагеря:

«Помни, гитлеровская Германия, что ты наказана справедливо и что жаловаться тебе некуда».

И чем ближе будут подходить наши войска к Берлину, тем страстнее будут измерять ленинградцы расстояние, оставшееся до него. Они будут говорить: до Берлина — как от Ленинграда до Гатчины, как от Ленинграда до Пушкина… И настанет день, когда они воскликнут: до Берлина столько же, сколько от центра Ленинграда до Охтенского кладбища, где тянутся братские траншеи погибших ленинградцев.

Этот день будет. Советские люди знали о нем еще в 1941 году. Этот день недалек. // Ольга Берггольц.


************************************************************************************************************
Из этого тяжелого орудия немцы в годы блокады варварски обстреливали город Ленина. Сейчас орудие находится на выставке «Героическая оборона Ленинграда», как вещественное доказательство мощи Красной Армии, разгромившей под Ленинградом немецко-фашистских захватчиков.


Фото Н.Петрова.
«Известия», 27 января 1945 года

☆ ☆ ☆

Ликуй, непобедимый Ленинград!
(Из Оды Ленинграду)

...Велик
На площади Финляндского вокзала
Из неподвижной бронзы броневик.
И Ленин тверд. Мы всюду были с ним,
И дух его вовек неодолим.
Он — наша жизнь, он — наша кровь и плоть,
И этот дух вовек не побороть.

***

Немеркнущие Смольного огни.
Седые ночи, тягостные дни,
Промозглые тяжелые туманы,
Холодный ветер с пасмурной реки...
До мелочей обдумывали планы
Надежные его ученики.
Здесь был рожден тот яростный успех,
Что поднял нас на вечный подвиг всех.
Всех окрылил и двинул за собой.
И мы пошли в победоносный бой.

***

Ликуй, непобедимый Ленинград!
Твоим сынам на свете нет преград.
И вот, когда в стремлении едином
Они пройдут среди чужих равнин,
Сожмут кольцо и встанут под Берлином, —
Посмотрим, долго ль простоит Берлин.
А этот час уже не за горами.
Где Сталин с нами — там победа с нами!
Хозяева и мира, и войны,
Мы в помыслах о будущем вольны.

***

Пахучей мятой зарастут могилы.
Придут другие, молодые силы,
И зашумит на поле боя сад,
Обрызганный весеннею росою.
Еще прекрасней будет Ленинград
Со всей своей пленительной красою!..

М.ДУДИН.

___________________________________
Н.Тихонов: Победа! Ленинград в январе ("Красная звезда", СССР)
Н.Тихонов: Ленинград в декабре ("Красная звезда", СССР)
Вс.Вишневский: Его защищали балтийцы ("Вечерняя Москва", СССР)
Н.Тихонов: Камни Петергофа взывают о мщении ("Красная звезда", СССР)
Дикие бесчинства немцев на ленинградской земле ("Красная звезда", СССР)

Газета «Известия» №22 (8632), 27 января 1945 года
Tags: 1945, Ольга Берггольц, блокада Ленинграда, газета «Известия», зима 1945, январь 1945
Subscribe

Posts from This Journal “блокада Ленинграда” Tag

  • Да здравствует родимый Ленинград!

    Н.Тихонов, Вс.Вишневский || « Правда» №19, 22 января 1944 года Да здравствует ленинизм, наше верное, испытанное в боях знамя, под которым мы…

  • Ольга Берггольц. Сталинграду

    О.Берггольц || «Ленинградская правда» №282, 28 ноября 1942 года Еще крепче бить врага на фронте — огнем, в тылу — трудом! # Все статьи за…

  • Встречи ленинградцев

    П.Лукницкий || «Вечерняя Москва» №59, 12 марта 1945 года # Все статьи за 12 марта 1945 года. Есть в нашей стране заветное слово,…

  • От Ленинграда до Будапешта

    П.Лукницкий || «Вечерняя Москва» №35, 12 февраля 1945 года Войска 1-го Украинского фронта форсировали реку Одер северо-западнее города Бреслау…

  • Николай Тихонов. Великая победа под Ленинградом

    Н.Тихонов || « Правда» №24, 28 января 1945 года Войска 2-го и 3-го Белорусских фронтов завершили прорыв мощной обороны немцев в районе…

  • О.Берггольц. Праздничный тост

    О.Берггольц || « Комсомольская правда» №23, 28 января 1945 года # Все статьи за 28 января 1945 года. …Сегодня праздник в городе.…

  • Любимый город

    В.Саянов || « Красная звезда» №21, 26 января 1945 года Бессмертна слава Ленинграда — города-воина, города-героя. # Все статьи за 27…

  • Николай Тихонов. На историческом рубеже

    Н.Тихонов || «Вечерняя Москва» №22, 27 января 1945 года Восточно-Прусская группировка немцев отрезана от центральных районов Германии. Наши…

  • Всеволод Вишневский. Его защищали балтийцы

    Вс.Вишневский || «Вечерняя Москва» №22, 27 января 1945 года Восточно-Прусская группировка немцев отрезана от центральных районов Германии. Наши…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments