Ярослав Огнев (0gnev) wrote,
Ярослав Огнев
0gnev

Category:

Андрей Платонов. Один бой*

«Красная звезда», 20 февраля 1945 года, смерть немецким оккупантамА.Платонов || «Красная звезда» №42, 20 февраля 1945 года

СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: От Советского Информбюро. Оперативная сводка за 19 февраля (1 стр.). Подполковник Н.Прокофьев. — Бои южнее Кенигсберга (2 стр.). Подполковник И.Исаев. — Простейшие средство связи (2 стр.).Полковник Э.Идельсон. — Поддержка артиллерией атаки пехоты (2 стр.). Капитан М.Макухин. — В усадьбе немецкого рабовладельца (3 стр.) Майор Б.Монастырский. — Подвижный отряд в преследовании (3 стр.). А.Платонов. — Один бой (3 стр.). Окончание работы Всемирной профсоюзной конференции в Лондоне (4 стр.). Положение в Румынии (4 стр.). Военные действия в Западной Европе (4 стр.). Приезд в Белград Шубашича и других членов югославского правительства (4 стр.).



# Все статьи за 20 февраля 1945 года.



РАССКАЗ



*) Окончание. Начало см. «Красную звезду» №41.

☆ ☆ ☆

Мещерин велел передать обстановку по радио командиру дивизии и свой план решения поставленной его полку задачи. Он попросил также, чтобы его соседи справа и слева одновременно с ним, в ноль тридцать, приступили к решению своих задач или же произвели хотя бы демонстративные действия.

После того Мещерин вызвал к себе командиров своих батальонов и командира артиллерийского полка майора Белякова. Но тут же Мещерин отменил свое распоряжение, потому что с рубежей третьего батальона он услышал огонь бронебоек, а затем пушечные выстрелы немецких танков. Всё сразу изменилось и стало другим, как бывает в жизни и на войне.

Командир третьего батальона майор Осьмых доложил по радио Мещерину, что против него идут пять танков, они сейчас проходят балку ниже прудовой плотины, а за машинами движутся пехотные цепи, числом не менее двух рот. Их обнажила на земле засветившаяся меж тучами луна и обнаружили посты боевого охранения.

Мещерин задумался над картой; он представил в живом видении местность перед собой — плотину, немецкие танки и бегущую вперед пехоту врага, а также свой усталый третий батальон, ночь и тучи с заходящей за ними луной.

Истинное решение, то-есть проект победы, находилось здесь же, в правильном, и внезапном для врага использовании резко изменившейся обстановки. Мещерин уже предчувствовал это истинное решение, оно уже было в его сердце, но его еще не было в его мысли, и он, томясь, вспомнил, что плотины всего вероятнее заминированы противником, и сейчас немецкая пехота как раз проходит сухое место балки меж двумя водоемами.

— Я с ними сделаю то, что они хотели сделать со мной! — вслух сказал Мещерин.

И общее решение его легко сложилось вокруг этого первоначального намерения, которое само по себе еще не давало ему возможности занять два населенных пункта за челюстью дракона.

Мещерин передал майору Осьмых, что он дает ему на усиление резервную роту, и приказал майору, чтобы он, после того как эта контратака будет отбита, отводил свои роты на правый фланг. Затем майор должен, обойдя пруд в верховье, направиться в лес, занять его опушку и завалить деревьями выходы танковых дорог противника.

Майора Белякова Мещерин попросил немедля разрушить артиллерийским огнем земляную плотину водоема, ниже которой двигались немцы; вместе с тем артиллерии правого фланга следовало уничтожить вырвавшиеся танки. Своему резерву, роте автоматчиков, Мещерин велел истреблять пехоту, которую ведут за собою танки. Одновременно Мещерин указал Белякову, чтобы он дал всю мощь огня на левом фланге: надлежало сразу накрыть всю систему огневых точек противника и держать огонь до их сокрушения, впредь до нашей пехотной атаки по сигналу. Командирам первого и второго батальонов Мещерин приказал обходить живою силой группу огневых точек, накрываемых нашим огнем, — с тем, чтобы первому батальону пробиваться вперед к немецким населенным пунктам, а второму батальону занять штурмом всю систему огневых точек после их подавления артиллерийским огнем.

Ничего нельзя было забыть и всё надо было делать одновременно, почти мгновенно. Офицера Рыжова, дав ему двух сапер, Мещерин направил на плотину, расположенную ниже той, которую Беляков должен разрушить. На той, нижней плотине Мещерин приказал Рыжову открыть водоспуск, чтобы вода, идущая сверху, сработав свое дело для Мещерина, не сорвала нижней плотины и не повредила соседям.

— Водоспуск вероятно заминирован, — сказал Мещерин саперам, — разминируйте его.

Всё же Мещерин через дивизию предупредил соседа слева о том, что он делает.

Больше всего Мещерина беспокоило, что на левом фланге не столь достаточно артиллерии, а на правом ее всё же избыток, хотя бой сейчас идет именно на правом фланге.

Дело началось сразу во всю мощь.

Голос нашей артиллерии, произойдя из безмолвия, гремел и расширялся сейчас над темной землей, будто великая сила, таившаяся в кроткой тишине, теперь ветром шла по миру, и ветер ее обращался в ураган, а ураган — в гибель. Мещерин вышел на минуту из блиндажа и посмотрел на землю и небо: по небу волнами шло красное зарево дышащих орудий, и в ответ нарастающему огню небо гудело, как чугунное, словно раскручивалось, в яростных оборотах мчащееся издали, настигающее и давящее всех впереди тяжкое весом колесо.

Беляков, командный пункт которого был почти рядом с блиндажом Мещерина, прислал связного. Связной доложил, что плотина разрушена, вода из пруда затопляет местность ниже этой плотины, а эту местность только что миновала немецкая пехота, и теперь у них в тылу вода. Беляков сообщал далее, что один танк сожжен и два подбиты, а остальные два пока еще мечутся; теперь он ведет плотный отсечный огонь по пехоте.

Мещерин велел Белякову немедленно передвинуть две батареи на усиление левого фланга, а остальными пушками уничтожить два танка и после того дать весь огонь в глубину расположения противника — на внешний край челюсти дракона, чтобы искрошить электрическую систему высокого напряжения. Мещерин передал примерные координаты дракона, но приказал сразу же послать туда артиллериста-корректировщика, который должен действовать согласованно с командиром третьего батальона.

Ночь от блеска огня стала непроглядной, луна теперь уже закатилась. Полуэктов сильно тревожился за положение в батальонах на левом фланге.

Из первого и второго батальонов действительно пришло донесение, что противник ведет столь сильный огонь из дотов, что обойти их не удается и наша пехота залегла и зарывается в землю. Наш артогонь ведется довольно точно, но живучесть врага в его укреплениях еще велика.

Командир дивизии запросил по радио обстановку и сообщил Мещерину, что оба его соседа двинуты в дело со своими задачами; Мещерину же надлежит обязательно занять два немецких населенных пункта не позднее пяти часов утра, памятуя, что на его направлении решается основная задача всей дивизии, причем Мещерину не следует сегодня ожидать свежих сил противника на своем участке.

— Справишься, Сергей Леонтьевич? — спросил командир дивизии. — Что будет нужно, я помогу. Когда начнешь, я тебя поддержу тяжелыми пушками. А к рассвету я, может, сам приеду к вам в полк.

— Будем трудиться, товарищ генерал, — ответил Мещерин.

Беляков сам явился к Мещерину и, довольный, рассказал, что два последних немецких танка хотели отойти обратно, но увязли в балке в илистом наносе, они теперь стоят по брюхо в воде и буксуют на месте.

— Расстрелять их надо, некогда нам их рассматривать, — сказал Мещерин.

— Зачем, товарищ подполковник? — засмеялся Беляков. — У них боеприпасы вышли, они беззубые, я своих ребят с двумя тягачами и гранатами послал, они их живьем доставят, они уже у них на броне сидят... Пусть в доход идут! Чего добру пропадать!

— Как дела с челюстью дракона?

— Бил я туда изредка наощупь. Сейчас велел обождать стрелять, корректировщик молчит, сигналов от него нету.

Мещерину не понравилось это долгое дело. Явившийся командир роты автоматчиков старший лейтенант Невзоров доложил командиру полка обстановку: немцев за танками шло человек около двухсот, иные из них побиты, иные рассеялись во тьме и до утра их трудно обнаружить.

— Товарищ Невзоров, — обратился Мещерин. — Я вам ставлю новую задачу. Я вам покажу по карте. Вы знаете, в каком состоянии наш третий батальон?

— Приблизительно, товарищ подполковник.

— Вот, вы обойдете посуху пруд, выйдете сюда на опушку леса, там вы встретите наших людей из третьего батальона. Затем вы пойдете по западной опушке леса и будете двигаться вперед, вот сюда — к этим зубьям дракона. Вы их представляете себе? Впереди вас будут итти два танка.

Мещерин об’яснил, что он называл челюстью дракона.

— Теперь, — обратился Мещерин к Белякову, — я прошу вас, товарищ майор, все ваши орудия дать мне на поддержку левого фланга. Задачу вы знаете. Затем, вот еще что... У вас есть люди, которые могут заправить эти два годных немецких танка и повести их, — Мещерин посмотрел на карту, — вести их надо километра четыре, вот до дракона этого...

— Такие мастера у меня найдутся! — ответил майор.

Через сорок минут оба немецкие танка с нашими водителями пошли в обход высыхающего пруда; за машинами, но в отдалении от них, следовали группами автоматчики, а на броне машин лежало по двое бойцов с противотанковыми гранатами.

Майору Осьмых Мещерин поставил задачу — проникать постепенно в лес, выслав вперед разведчиков, и выходить далее в направлении дракона, где уже будут действовать автоматчики. Мещерин был уверен, что в лесу ничего, кроме нескольких танков, нет. Если они способны простреливать полевое пространство перед челюстью дракона, обороняющей подходы к населенным пунктам, или могут выйти из котлованов и пойти своим ходом во фланг или в тыл нашим штурмовым группам, тогда майор Осьмых завяжет с ними бой и отвлечет их на себя.

— Видал я бои, — сказал Полуэктов Мещерину, — но от нынешнего боя и у меня голова думать устала... Чего это первый и второй опять замолчали? Порошков, позови радиста!

Мещерин вслушивался в нарастающий гул огня на своем левом фланге: майор Беляков там работал быстро.

Командиры первого и второго батальонов донесли, что огонь немцев слабеет, но итти вперед всё еще трудно.

Мещерин поглядел на часы. Два танка и Невзоров должны уже подойти к челюсти дракона. В волнении он вышел наружу, поднялся из хода сообщения на накат блиндажа и посмотрел в нужном направлении, хотя, он сам знал, едва ли что сейчас можно было разглядеть и понять отсюда. Но Мещерин кое-что увидел и понял. Вдали, где лежала челюсть дракона, засветились две немецкие ракеты. Но блеска разрывов снарядов видно не было, значит, немцы оказались в недоумении и пока еще не знают, почему два их танка подошли к их дракону. Мещерин дал задачу Невзорову и его гранатометчикам на броне, не подходя вплотную к электрической высоковольтной линии, разбить ее гранатами с ближней дистанции. Машины должны подойти к дракону одновременно, но на расстоянии ста метров одна от другой; на этом промежутке электрическая линия, оборванная с двух концов, станет неопасной для жизни. Обстрел челюсти немцами будет мало полезен для самих немцев, потому что чаща железобетонных зубов оборонит ползущих меж ними людей Невзорова.

Старший лейтенант Невзоров исполнял в точности свою задачу. Он сам ехал в одном из танков и слегка приоткрыл люк, чтобы лучше смотреть по местности. Однако трудно было заблаговременно разглядеть провода возле дракона, а немцы, услышав работающие моторы, упредили Невзорова и дали в воздух ракеты, ослепившие водителей, и танки на скорости, с включенными фрикционами рванули корпусами электрическую линию, и тогда люди на машинах вторично были ослеплены молниями, а танки напоролись на зубы своего дракона и стали на месте. Ток мгновенно получил заземление через тела машин; людей же лишь тряхнуло, а иных на время свело судорогой. Однако метать гранаты уже не надо было, что пошло только на пользу дела.

Все группы автоматчиков Невзорова благополучно миновали челюсть дракона и вышли на окраину немецкого населенного пункта.

Вскоре над челюстью дракона засветились сразу четыре ракеты; немецкая батарея ударила из одной усадьбы по пустым немецким танкам и разбила их. Невзоров заметил расположение батареи и направил туда автоматчиков, чтобы уничтожить орудийные расчеты. Невзорова удивила тишина и безлюдье в этом немецком городке; должно быть, немцы, прикрытые спереди драконом, считали этот городок безопасным и держали здесь только артиллерию.

У Невзорова не было рации, поэтому Мещерин долго не знал о его действиях. Однако на поддержку Невзорова Мещерин приказал майору Осьмых выделить одну роту и направить ее в сторону дракона меж двумя танками, обеспечив движение роты разведкой.

Осьмых доложил, что в лесу обнаружено три закопанных танка и одна его рота ведет сейчас перестрелку с противником.

— Действуйте пока так, — приказал Мещерин. — А вы сами держите связь со своей ротой, что пойдет к дракону, и следуйте затем за нею с остальными подразделениями, если Невзоров уже прошел вперед. Пора кончать задачу! Из этого леса немцы сами утром уйдут — к нам в плен.

На левом фланге с прежним напряжением работала наша артиллерия.

— Нельзя так долго! — думал Мещерин. — Неужели Беляков бездельник?

Вошел радист и подал Мещерину записку от командира первого батальона: огонь немцев ослабевает, батальон обошел с запада немецкую укрепленную полосу.

— А что нам делать со вторым батальоном, Сергей Леонтьевич? — спросил Полуэктов.

— Есть у него потери?

— Командир давеча сообщал, что незначительные. Что ж, он еще и не начинал выполнять свою задачу, ему ведь штурмовать надо.

Артиллерийский огонь внезапно утих. Беляков позвонил Мещерину по телефону:

— Товарищ командир полка!.. Ваш командир второго просит сигналами прекратить огонь, у него наверно рация вышла из строя. Вы его не слышите?

— Нет, — сказал Мещерин. — Прекратите огонь, товарищ майор, до нашего требования.

— Есть, — произнес Беляков.

— Второй штурмует, Сергей Леонтьевич! — сказал довольный Полуэктов.

— Да, — сказал Мещерин. — А что сейчас в третьем?

Через полчаса майор Осьмых доложил, что восточный населенный пункт уже давно занят Невзоровым, а Осьмых сейчас только занял западный городок; там был гарнизон человек в полтораста, он рассеян нами, и еще там находились тылы пехотной дивизии, действующей против соседа слева.

— Всё, — произнес Мещерин, — задача решена. Сейчас четыре тридцать. Скоро приедет генерал.

— Четыре тридцать, только всего, — согласился Полуэктов. — А я с вечера прожил уже долго, как будто десять лет прошло, как будто мы с вами постарели, Сергей Леонтьевич.

— Да, — оказал Мещерин. — Сегодня наш полк дал дракону по зубам.

Подполковник положил голову на карту и десять минут спал, потом он опять поднял голову, встал из-за стола и пошел встречать генерала. // Андрей Платонов.


********************************************************************************************************************
ПЕРВЫЙ БОЙ МОЛОДОГО ОФИЦЕРА


ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 19 февраля. (По телеграфу от наш. корр.). Лейтенант Никитин приехал на фронт из танкового училища, когда война уже перекинулась на вражескую территорию, и стал командиром тяжелого танка.

Случилось так, что в первом же бою машина Никитина вырвалась вперед. Хорошо используя маневренность танка и складки местности, лейтенант сумел выскочить к артиллерийским позициям противника в тот момент, когда немцы вели сильный огонь по нашей наступающей пехоте.

— Прямо на пушки! — крикнул лейтенант механику-водителю.

Немцы поздно заметили мчавшийся на них с тыла танк. Мощная машина подмяла под себя одно орудие, стала давить гусеницами мечущихся в страхе немцев. Несколькими выстрелами были выведены из строя и остальные орудия.

Вскоре сюда вышла наша пехота. Лейтенант Никитин направил свою машину к железнодорожной станции, стреляя с коротких остановок по обнаруженным огневым точкам немцев.

— Танки справа! — доложил механик-водитель.

Не успел лейтенант подать команду, как почувствовал сильный удар по броне. Снаряд противника угодил в передний угол корпуса, вырвал кусок стальной плиты и разбил пулемет. Однако советский танк не потерял своей подвижности и вступил в поединок с тремя немецкими машинами. Бой происходил на близкой дистанции и продолжался несколько минут. Первым же выстрелом наши танкисты разворотили башню у одного немецкого танка, а еще несколькими выстрелами подожгли второй. Надо было разделаться и с третьим, но оказалось, что орудие выведено из строя.

— На таран! — подал команду лейтенант Никитин.

Тяжелый советский танк всем корпусом врезался на большой скорости в немецкую машину, и она свалилась набок.

В это время наши войска уже ворвались на железнодорожную станцию.

☆ ☆ ☆

ПОБЕДА МЛАДШЕГО ЛЕЙТЕНАНТА НЕСТРАТОВА

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 19 февраля. (От наш. корр.). Шел бой за господствующую высоту. Противник стремился вернуть ее и предпринимал с этой целью одну контратаку за другой. На помощь нашим стрелкам выдвинулась самоходная пушка младшего лейтенанта Нестратова. Пользуясь гулом артиллерийской стрельбы, она незаметно для противника встала в засаду.

В очередную контратаку немцы бросили роту танков, поддержанную пятью самоходными орудиями. Не подозревая о засаде, немецкие самоходные пушки двинулись по шоссе. Как только головная вражеская машина подставила свой борт, Нестратов открыл огонь и поджег два самоходных орудия.

Младший лейтенант Нестратов умело выбрал место для засады. Когда третья немецкая самоходная установка стала развертываться, чтобы вступить в бой с нашим самоходным орудием, она попала в замерзшее озеро, покрытое снегом и незаметное издали. Вражеская машина провалилась под лед.

Таким образом три немецких самоходных орудия выбыли из строя. Экипажи двух остальных установок, напуганные разгромом, выскочили из машин и бросились бежать. Оба самоходных орудия были захвачены стрелками. Младший лейтенант Нестратов и его наводчик гвардии старший сержант Мурзакаримов одержали блестящую победу в борьбе с пятью самоходками врага.

_________________________________________
А.Платонов: Падение немца ("Красная звезда", СССР)
А.Платонов: Труженик войны* ("Красная звезда", СССР)
А.Платонов: Маленький солдат* ("Красная звезда", СССР)
А.Платонов: Земля и небо Курска* ("Красная звезда", СССР)

Газета «Красная Звезда» №42 (6030), 20 февраля 1945 года
Tags: 1945, Андрей Платонов, газета «Красная звезда», зима 1945, февраль 1945
Subscribe

Posts from This Journal “1945” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments