Ярослав Огнев (0gnev) wrote,
Ярослав Огнев
0gnev

Categories:

Битва за Гданьск

газета «Правда», 31 марта 1945 годаВс.Вишневский, И.Золин || «Правда» №77, 31 марта 1945 года

Завершён разгром Данцигской группы немцев. Войска 2-го Белорусского фронта овладели городом и крепостью Гданьск (Данциг) — важнейшим портом и первоклассной военно-морской базой немцев на Балтийском море. Маршалы Советского Союза Конев, Жуков и Рокоссовский за умелое выполнение заданий Верховного Главнокомандования по руководству боевыми операциями большого масштаба, в результате которых достигнуты выдающиеся успехи в деле разгрома немецко-фашистских войск, награждены орденом «Победа».

Слава сталинским маршалам! Слава доблестным воинам Красной Армии!



# Все статьи за 31 марта 1945 года.



(От военных корреспондентов «Правды»)

«Правда», 31 марта 1945 года

24 февраля, после короткой артиллерийской подготовки, войска маршала Рокоссовского начали новое мощное наступление из района северо-западнее Быдгоща. Удар наносился по центру крупной немецкой группировки, сосредоточенной в Померании и прикрывавшей побережье Балтийского моря, важные промышленные центры и военно-морские базы — Гданьск (Данциг) и Гдыня.

Незадолго до этого войска маршала Рокоссовского стремительным марш-маневром вышли на подступы Данцигской бухты в районе Эльбинга, штурмовали крепость Торунь, окружили Грудзяндз и вели бои на восточном берегу Вислы. Немцы имели все основания предполагать, что в нашем наступлении произойдет оперативная пауза, необходимая для перегруппировки, подтягивания тылов и подвоза снаряжения. Больше того: теперь уже досконально известно, что гитлеровское командование концентрировало в Померании крупные силы для контрудара. Померанская группировка получила название «Группа Висла» и была возглавлена обер-палачом Гиммлером. Нам приходилось читать немецкие газеты, в которых на все лады расписывались организационные меры гитлеровского командования, долженствовавшие успокоить обывателя, сильно разуверившегося в боеспособности германской армии.

Однако ожидаемой длительной паузы немцы не получили. Наступление началось широким фронтом, но главный удар наносился на левом фланге. Противник находился пока в неведении и распылил свои силы по всему фронту обороны. Впрочем, он не был пассивным: он и до начала нашего наступления придерживался тактики активной обороны. Так, например, накануне нового удара советских войск немцы ввели в бой до 90 танков и самоходных орудий. В этот день на различных участках фронта было отражено 44 вражеских контратаки, проводившихся силами от роты до батальона при поддержке танков — группами по 5, 10, 15 машин. В день начала нашего наступления были отбиты 42 контратаки и отмечено появление на фронте новой немецкой мотодивизии «Нидерланд».

Однако ничто не могло сдержать натиска нашей пехоты и танков, введенных в прорыв. Ломая сопротивление врага, отражая по 5—10 контратак в день, наступающие неуклонно продвигались вперед.

Местность, на которой развертывались бои, сильно пересечена, лесиста. Это позволяло противнику скрытно сосредоточивать свои части. В то же время наступившая оттепель затрудняла действия наших войск.

Несмотря на все трудности, танковые части продолжали стремительно двигаться к морю, разрезая померанскую группировку немцев надвое. Следом, закрепляя отвоеванное, шла пехота. Продвижение на 10—15 и даже 20 километров в день стало обычным. Но оно совершалось не по всему фронту: на отдельных участках наше командование сознательно перешло к обороне.

Происходило любопытное явление: в то время, как левый фланг стремительно двигался к морю, в направлении на Кольберг, правый фланг зачастую отражал немецкие контратаки.

Погода не благоприятствовала действиям нашей авиации на полную мощь. Но всё же были ясные дни, когда над полем боя появлялись сотни краснозвездных самолётов. Они бомбили скопления немецких войск, штурмовали танки и обозы, били по узлам дорог и переднему краю. На третий день наступления авиация фронта совершила более 600 самолетовылетов, нанеся противнику большие потери в живой силе и технике. В отдельные дни наши летчики работали круглосуточно. Бомбардировщики наносили удары по важным узлам дорог, бомбили порты Гданьск и Гдыня.

Тесно взаимодействуя между собой, войска 1-го и 2-го Белорусских фронтов двигались дальше, к морю. Померанская группировка немцев в самом центре рассекалась надвое. И когда советские танки появились на побережье Балтийского моря, Гданьск и Гдыня оказались отрезанными от центральных районов Германии. 2-я немецкая армия под командованием генерал-полковника Везеля попала в «котел». Здесь была захлопнута крупная немецкая группировка.

Таким образом, войска 1-го Белорусского фронта под командованием Маршала Советского Союза Жукова и войска 2-го Белорусского фронта под командованием Маршала Советского Союза Рокоссовского осуществили новую блестящую операцию, которая войдет как одна из ярких страниц в историю Отечественной войны.



Разрезав померанскую группировку немцев, наше командование осуществило новый маневр: войска, двигавшиеся на север, были повернуты резко на восток, а другие — на северо-восток, к Гдыне и Гданьску.

Овладев Цоппотом, наши войска разрезали вражескую группировку, прижатую к Данцигской бухте, на две части и стремительным штурмом овладели городом Гдыня. Одновременно сжималось кольцо и вокруг Гданьска.



В последние дни наступила резкая перемена погоды. Солнце сияет с весенним великолепием и щедростью. На дорогах клубится пыль. Бойцы ходят уже в гимнастерках.

Война стремительно прокатилась здесь, порвала провода, повалила вековые деревья на данцигских шоссе, сожгла селенья, где пыталась обороняться 2-я немецкая армия. Еще чернеют пожарища, пахнет гарью, поля изборождены гусеницами танков, но светит солнце, и чистый морской ветер уносит прочь пепел.

Минуем водопроводную станцию, питавшую Гданьск (Данциг) водой. Она оставлена и будет своевременно пущена. Все машины, насосы в исправности, и наши специалисты на местах.

За рыжеватыми холмами — черные, непроницаемые тучи дыма. Они вздымаются на полторы тысячи метров. От самой Висленской поймы до Оливы и Цоппота наша артиллерия методически бьет по немецким укреплениям и военным базам. На-днях немцы попробовали увезти часть запасов и людей на паромах через Вислу. Девяносто наших бомбардировщиков разбили эти паромы.

Мы на прямом шоссе, ведущем с юга в центр, города. Указатели отмечают «Данциг — 8 километров», «Данциг — 6 километров». Обгоняем колонну с боезапасами, проезжаем указатель «Данциг — 4 километра», и через некоторое время берем влево — к наблюдательным пунктам. Дальше указателей нет. Здесь кипит бой.

Черные клубы дыма взвиваются вверх, все выше и выше. Подымаемся по подсохшим холмам на гребень, откуда виден весь город. Низко проходят наши штурмовики, застилая холмы, леса, пригороды звенящим гулом. Батареи рявкают справа и слева, и после каждого залпа стелется пыль. Город простреливается насквозь, со всей дуги окружения.

Поднимаются ракеты нашей пехоты, обозначающие ее передний край. Это сигнал нашим штурмовикам. По радио слышно: «Здесь я, здесь я, — занимаем уже квартал 378-й; повторяю: занимаем уже квартал 378-й. Отмечаю время: 7.00».

Пехота одного из соединений, связанного борьбой и славой с Ленинградом и Волховом, врывается в Гданьск. Подразделения ведут капитан Потомский и капитан Козин.

Вот они — первые строения города. Беседуем с офицерами. Гвардии полковник Василий Константинович Чесноков говорит:

— Наши бойцы обучены ночным действиям. Немец их не любит. Он ночью главным образом ракеты пускает и бесприцельно стреляет. А мы вчера к 3 часам ночи подошли к окраине.

Над холмами снова проходят штурмовики. Черные разрывы немецких зенитных залпов. Но бомбы сброшены. Блеск разрывов, содрогание почвы. Впереди стелется беловато-серый дым. Летчики расчищают дорогу пехоте.

Немцы, — это можно наблюдать и слышать, — сопротивляются осатанело. Бронебойщики сидят в засадах, стараясь подпустить наши танки на 30—40 метров. На это наша пехота отвечает прочёсыванием всех подвалов, окон, чердаков. Автоматчики, оберегая танки, идут впереди их на 100—150 метров. Наш передовой батальон подошел к немецким линиям на 15 метров.

Немецкое командование требует от солдат «погибать на месте» — улицы заперты эсэсовскими и полицейскими карательными отрядами, они уничтожают отступающих. Вчера одна из немецких частей подняла белые флаги. Эсэсовцы открыли огонь в затылок: из 250 сдававшихся уцелело лишь 35 человек.

Порыв наших частей, штурмующих Гданьск, замечателен. В одной из последних атак лейтенант Василий Иванов с автоматом в руках ворвался прямо к немцам, требуя жестами:

— Клади оружие, сдавайся в плен.

Ошеломленные немцы сдались. Но гитлеровцы еще ожесточенно дерутся. Вот пленный молодой офицер. Он окончил немецкую офицерскую школу. Одна из них — «Черная школа» — отсюда в километре. Это привилегированная школа для отборных арийцев. Большое трехэтажное здание, вестибюль с черными мраморными досками, где занесены различные изречения, что в мире нет никого лучше немцев. И вот стоит перед нами этакий арийский оболтус, который не сумел организовать оборону на своем участке, и твердит о последнем батальоне, который где-то победит СССР, США и Англию...

Минуем большой противотанковый ров. Наши танки прошли через него, как на ученье. На дорогах уже стоят яркие щиты: «Добьем врага в его берлоге!», «Не выпускай из котла ни одного немца!» Нигде эти щиты не красноречивы так, как здесь, в гуще борьбы. Нигде не ценно так теплое, человеческое слово. Нигде не ценно так письмо от близких, с родины.

Идут на передний край люди с почтой. И вот на улицах Данцига бойцы читают письмо Гребенщиковых — Алексея Васильевича и Агафьи Сергеевны командиру роты «Примите родительское спасибо и благодарим вас, товарищ командир, за теплое письмо. Мы рады тому, что наш сын Петр является достойным защитником родины, и надеемся, что он оправдает награду. Даем ему родительский наказ служить родине честно и беспрекословно выполнять все приказы командиров».

В нужный час дошло ваше письмо, граждане Гребенщиковы! И тысячи людей прочли его, тысячи людей поднялись и снова двинулись вперед.

Летят со звоном в дыму черепицы, стекла, штукатурка. Раненый Иван Шпаковский преодолевает забор, ползет, бросает в дом две гранаты. Немецкий пулемет умолкает. Еще 50 метров взяты. Немцы в рост контратакуют гвардейцев. Телефонисты хватают оружие, и огонь срезает контратакующих. Мертвые немцы валяются, разбросав руки.

Ночью наши штурмовые группы проникают в город всё глубже и глубже. Артиллерийские зарницы полыхают непрестанно. Советская авиация буквально висит над городом. При пикировках ясно видны голубовато-зеленые струи трассирующих снарядов и пуль. Зарево пожаров окрашивает небо. Из ночной мглы всё еще бьют немецкие крейсеры и эсминцы.

С левого фланга сообщают о глубоком продвижении наших соседей. Клинья штурмующих войск вонзаются в город с четырех направлений. Немцы теряют рубеж за рубежом. Они потеряли последний аэродром. Они потеряли весь западный район казарм. Передовые наши части уже вышли к Висле, к району, где находятся нефтезапасы порта и всемирно известные верфи. Разведчики и штурмовые группы переправляются через Вислу и выходят на низину поймы.

По последним береговым дорогам, к узкой приморской косе, давя друг друга, движутся немецкие обозы и автомашины. Куда? В Пиллау и Кенигсберг. Из огня да в полымя! А на внешних рейдах озлобленно бродят корабли адмирала Деница. Им ничего не остается, кроме прощанья с Данцигской военно-морской базой.

Ночь еще борется с рассветом. У людей усталые лица, но какая-то удивительная, всё преодолевающая энергия. Тяжелые танки устремляются к центру. Красный карандаш делает новую резкую отметку на плане Гданьска.

Бойцы идут от квартала к кварталу. Взяты тысячи пленных. Выбивать врага из каждой щели, из каждого дома — огромная трудность, но наши бойцы умело ведут бои и постепенно очищают город.



Штурм города производился с северо-запада, с запада и юга. Танкисты генерал-лейтенанта Панфилова, наносившие удар из района Олива, под покровом ночи двигались параллельно береговой черте и к утру 27 марта вышли на берег канала. Вместе с пехотинцами генерала Попова они заняли всю южную часть канала. Огромные портовые склады, радиостанция, склады фирмы «Август Вольф» и другие сооружения были захвачены почти нетронутыми.

Северо-западнее центра города расположен огромный район Легштрис. Здесь дрались бойцы генералов Красноштанова и Кононенко. Противник, прикрываясь городскими постройками, отходил к центру. Мы проехали по главной улице этого района в тот момент, когда наступающие вышли на берег канала и стали наводить переправу на остров Холм, куда отступили крупные силы немцев. Следы ожесточённого боя были видны на каждом шагу. Повсюду валялись трупы немецких солдат и офицеров. Огромная аллея вековых деревьев была избита снарядами.

Очистив этот район, части генералов Красноштанова и Кононенко немедленно же начали переправу. Ввиду того, что немцы взорвали мосты, пришлось переправляться на подручных средствах — на плотах, брёвнах, бочках. Переправу надёжно прикрывали наши миномётчики, стрелявшие из немецких трофейных миномётов.

Немецкие корабли подвергали жилые кварталы ожесточённому обстрелу. На наших глазах от прямого попадания трёх крупнокалиберных снарядов развалился один дом, в подвале которого находились местные жители. Мы видели также, как снарядом с немецкого корабля оторвало угол другого огромного дома.

Особенно упорный бой разгорелся у переправы наших войск на остров Холм. После того, как передовые отряды наступающих переправились на остров и захватили там плацдарм, были наведены небольшие мостки. Пехота под огнём противника перебегала по качающимся настилам.

Вскоре был восстановлен взорванный пролёт моста. По нему начали переправляться танки. Немцы, вооружённые фауст-патронами, оказывали ожесточённое сопротивление. Отдельные танки были выведены из строя, но переправа не была нарушена. К вечеру при поддержке артиллерии остров Холм был взят. Мы в’ехали во двор судостроительной верфи Шихау, пользующейся мировой известностью. Здесь уже по-хозяйски располагались бойцы капитанов Соколова и Овечкина. Они первыми ворвались на территорию судоверфи и заняли её. Прямо перед нами находились огромные стапеля с новыми подводными лодками «С 1683», «С 1681», «С 1687». Восемь подводных лодок большого водоизмещения стояли кормой к воде.

Бегло осматриваем цехи. Судоверфь цела, только в центре догорает здание. Двор судоверфи похож на укрепленный район. На перекрёстках и площадках возвышаются бетонированные доты с бойницами для кругового обстрела.

К вечеру бои передвинулись в район старинных бастионов на южной окраине города. Здесь немцы оказывали длительное и упорное сопротивление. Не менее ожесточённо дрались они в районе крепости Вейксельмюнд, расположённой на северной окраине города, почти у самого устья Хафен-канала. Здесь они предприняли две яростных контратаки против наших бойцов, занявших небольшой плацдарм на противоположном берегу канала, несколько южнее крепости. Контратаки предпринимались пехотой численностью до полка в сопровождении 10—15 танков. Наша артиллерия массированным огнём прижала пехоту к земле, а танки, не выдержав удара, повернули обратно.



Проходим по улицам города. Кругом пыль, дым, хрустящее стекло, оборванные медные провода, конские трупы, сплющенные танками. Зияют бреши в стенах. Немецкие лазареты полны раненых. Над ними берёт наблюдение наш медперсонал.

Здание центральной тюрьмы. Брошенные кандалы, ключи, плети. И в центральной камере под надёжным караулом сидит «сам» начальник этой тюрьмы — гитлеровский держиморда.

Наши бойцы спешат к переправам. Подходят танки и солдаты Польского Войска. На старинном здании ратуши, под грохот залпов, звучащих сейчас, как салют, взвивается вверх знамя Польской республики. Через короткое время наши бойцы водружают советский флаг над зданием городской комендатуры. Комендант полковник Ромадан принимает город в момент захвата всей основной части Гданьска.

С красным флагом идут освобожденные русские женщины. «Спасибо, родные товарищи, спасибо!»

Из улиц и переулков с поднятыми руками выходят новые и новые группы пленных. У многих — наши листовки. Шофер-немец под’езжает на машине и, козыряя, сдает её офицеру Красной Армии. В окнах домов висят белые флаги.

Сквозь клубы пыли и дыма идём дальше. Рушатся здания. Немцы еще огрызаются из-за Вислы. Бежать им некуда: коса, ведущая к порту Пиллау и Кенигсбергу, спасения не даст. Наши лётчики доносят, что на косе сгрудилось более десяти тысяч автомашин, транспортеров, тягачей и повозок. Обезумевшие от страха немцы еще надеются на эвакуацию морем из района устья Вислы. Но корабли и летчики Краснознаменного Балтфлота вместе с авиацией 2-го Белорусского фронта уничтожают эти последние надежды врага. Остаткам разгромленной 2-й немецкой армии никуда отсюда не вырваться.



Взятый сегодня нашими войсками Гданьск является портом мирового значения. Здесь находилась крупнейшая военно-морская база немецкого флота. В Гданьске имеются причальные линии общим протяжением в 10 километров. Порт оборудован по последнему слову техники. Семь пловучих кранов грузопод’емностью от четырех до 100 тонн могут быть переброшены в любое место порта. Колоссальные судостроительные верфи Шихау приспособлены для строительства мощных кораблей. Для ремонта судов имеется шесть пловучих доков.

Данциг, как военно-морская база, широко использовался немцами. Здесь базировались корабли, отправлявшиеся в пиратские рейды к советским берегам; отсюда уходили десятки транспортов с грузами для немецкой группировки, осажденной в Либаве; сюда прибывали транспорты с ранеными. Владея Данцигом, немцы могли по косе Фриш-Нерунг поддерживать связь с портом Пиллау, могли оказывать помощь своим войскам, зажатым в Кенигсберге и на Земландском полуострове. Теперь всё это кончилось. Гданьск взят. Над Гданьском поднят национальный флаг Польского государства. Немецкий флот потерял свои важнейшие стратегические позиции на Балтийском море. //Вс.Вишневский, И.Золин. г. Гданьск, 30 марта. (По телеграфу).

☆ ☆ ☆

Огни над Москвой

Ракеты летят, как цветные мячи,
Взметенные смелым ударом.
И вновь исчезают в московской ночи
Уже догоревшим пожаром.

На миг уступает недавняя тьма
Победно летящей ракете.
Выходят деревья, столбы и дома,
От света проснувшись, как дети.

Навеки запомнится ночь торжества.
Когда, возвещая победу.
Огнями и залпами фронт и Москва
Вели меж собою беседу.

С.Маршак.

__________________________________________
Вс.Вишневский, И.Золин: Гдыня ("Правда", СССР)
Вс.Вишневский, И.Золин: Под Гданьском ("Правда", СССР)
Вс.Вишневский, И.Золин: День в Цоппоте ("Правда", СССР)
Вс.Вишневский, И.Золин: На подступах к Данцигу ("Правда", СССР)
Вс.Вишневский, И.Золин: Поход к Штеттину ("Правда", СССР)

Газета «Правда» №77 (9848), 31 марта 1945 года
Tags: 1945, Всеволод Вишневский, С.Маршак, весна 1945, газета «Правда», март 1945
Subscribe

Posts from This Journal “весна 1945” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments