Ярослав Огнев (0gnev) wrote,
Ярослав Огнев
0gnev

Categories:

Илья Эренбург. Той же дорогой

«Красная звезда», 18 января 1942 года, смерть немецким оккупантамИ.Эренбург || «Красная звезда» №15, 18 января 1942 года

В течение 17 января наши войска, преодолевая сопротивление противника и отбивая на отдельных участках его контратаки, продолжали продвигаться вперед, заняли несколько населенных пунктов и в числе их Шаховская, Лотошино (районные центры Московской области).



# Все статьи за 18 января 1942 года.



«Правда», 1 декабря 1941 года

«Наши солдаты почти голые. Они зажигают избы, чтобы согреться. Сегодня мороз 23 градуса. Наши закутались, кто в одеяло, кто в шубу. Головы и ноги обернуты платками и тряпьем» (Пюибиск).

«Некоторые одеты в женские шубы — они были взяты у русских и предназначались для жен или любовниц» (Гриуа).

«Мои ноги распухли, а дырявые сапоги от снега сузились» (Кастелян).

«Я убедился, что большие пальцы у меня действительно отморожены. В довершение всего я сжег мои сапоги — подвинул их слишком близко к огню» (Вагевио).

«Теперь стало трудно передвигаться из-за сильных морозов. Ко всему нас пожирают вши» (Дюпюи).

«Вши стали для нас истинной пыткой. Из-за убийственного холода мы не раздеваемся, и эти паразиты страшно расплодились. Ужасный зуд не дает спать. Попадая в теплое помещение, мы, не стесняясь друг друга, начинаем искать насекомых» (Гриуа).

«Я не знаю более неприятного чувства, чем то, которое испытываешь ночью в неприятельской стране, в лесу, размеры которого неизвестны. Леса буквально кишат русскими» (фон Зукков).

«Получен приказ: отступая, мы должны сжигать все селения» (Пасторе).

«Бедные наши солдаты, они ничего не могли сделать. У многих были отморожены ноги и руки. Русские изрубили почти всех» (Бургонь).

«Нам пришлось бросить пушки. Наш состав сократился на 4000 штыков. Погибли многие выдающиеся офицеры».

Откуда взяты эти цитаты? Из дневника обер-лейтенанта? Из писем ефрейтора? Нет, этим записям очень много лет: они сделаны участниками наполеоновского похода — французами, итальянцами, немцами. Они сделаны в первые дни отступления — потом оккупантам было не до литературы.

Картины далекого прошлого ожили. Гитлеровские солдаты чешутся у костров, закутанные в бабьи платки, жгут деревни и бросают пушки.

Конечно, далеко Гитлеру до Наполеона. Бонапарт был гениальным полководцем. О нем писали стихи Пушкин и Лермонтов. Кто напишет о Гитлере? Разве что Геббельс... Однако отступление гитлеровской орды весьма напоминает отступление армии Наполеона. Есть, видно, у русской земли свои традиции: хлеб-соль для друзей, мороз и смерть для врагов.

Сначала Можайск, потом Смоленск, потом Орша, потом Вильно — таков маршрут Наполеона. Вряд ли Гитлер найдет другую дорогу. Этот жалкий комедиант может утешить себя, воскликнув: «Я возвращаюсь путем Наполеона». В том только разница, что Бонапарт побывал в Москве, а тирольскому шпику пришлось ограничиться полевым биноклем. // Илья Эренбург.
________________________________________________
И.Эренбург: Шелк и вши** ("Красная звезда", СССР)**
В.Гроссман: Проклятые и осмеянные ("Красная звезда", СССР)


************************************************************************************************************
Следы пребывания немецких захватчиков в деревне Подсолье, Ленинградской области. Колхозники, возвратившиеся из леса в свою деревню, нашли вместо своих домов лишь дымящиеся развалины.


Снимок спец. фотокорр. «Красной звезды» М.Трахмана.
зверства фашистов, «Красная звезда», 18 января 1942 года


************************************************************************************************************
Мощным артиллерийским наступлением поддерживать и развивать успех наступления остальных родов войск. Без остановок гнать врага, уничтожать его!

☆ ☆ ☆

Население деревни Ефимово пошло в атаку на немцев

КАЛИНИНСКИЙ ФРОНТ, 17 января. (По телеграфу от наш. спец. корр.). Продвигаясь вперед, одно из подразделений части, где комиссаром тов. Феоктистов, вступило в бой с немцами за деревню Ефимово. В разгар боя из близлежащего леса вдруг высыпала толпа мужчин и женщин, вооруженных вилами и топорами. Это были жители деревни Ефимово.

— Когда немец ворвался к нам, — рассказали жители командиру, — мы всем миром ушли в лес. Не хотели жить под немецким сапогом.

— И верно сделали, — горячо добавил другой. — Немецкие душегубы всех бы нас изничтожили.

Узнав о том, что бойцы Красной Армии, освободившие уже много сотен населенных пунктов, начали наступать на врага, засевшего в деревне Ефимово, жители решили помочь бойцам.

— Мы хотим вместе с вами биться за наши родные дома, — заявили они. — Мы хотим рассчитаться за все с поганой немчурой.

Десятки мужчин и женщин, вооруженных вилами и топорами, вслед за красноармейцами ринулись на немцев.

Враг был выбит из деревни Ефимово и понес здесь большие потери. Жители горячо благодарили бойцов за освобождение их родной земли.

☆ ☆ ☆

Стойкость бойца Рахматулина


КАВКАЗСКИЙ ФРОНТ, 17 января. (По телеграфу от наш. спец. корр.). Мужественно сражается за советский Крым часть, которой командует тов. Кибце. В одном из последних боев бойцы этой части сумели сбить превосходящие численностью силы фашистов с переднего края обороны и продвинулись вперед, оттеснив упорно сопротивлявшегося противника.

Образцово дрался в этом бою красноармеец Рахматулин. Он был ранен, но, невзирая на ранение, продвинулся на 400 метров под жестоким огнем противника и выявил его огневые точки. Выполнив задание до конца, Рахматулин покинул поле боя только после вторичного ранения.

На одном этапе боя контратакующим фашистам удалось подбить наше противотанковое орудие и вывести из строя половину его расчета. Это заметил красноармеец Жибалов. Находясь все время под обстрелом, он подполз к пушке и снял с нее замок, чтобы враг не мог воспользоваться нашим орудием.

Каждый день ожесточенных боев дает новые примеры отваги и бесстрашия бойцов, командиров и политработников этой славной части.


************************************************************************************************************
Пятичасовой бой горстки храбрецов с немцами


Лейтенант Иван Щежин с 9 саперами двигался по опушке леса. Бойцы приближались к деревне. Когда до первой избы осталось метров пятьдесят, неожиданно послышалась трескотня автоматов. Щежин оглянулся — группа немецких солдат шла из леса наперерез. Лейтенант увидел у самой дороги не то воронку от авиабомбы, не то незаконченный окоп.

— За мной!

Щежин первым достиг окопа, за ним ввалился туда красноармеец Равковский. Щежин сразу вскинул полуавтомат и уложил последнего автоматчика в цепочке. Немцы не заметили потери и продолжали двигаться, отчаянно стреляя. Наконец, в окоп добрался пулеметчик Сорокин. Лейтенант на ходу взял у него ручной пулемет, прицелился и выпустил по цепочке целый диск. Из 24 немцев немногие избежали его смертельного свинца. Теперь можно было оглядеться. В окопе шесть человек, — значит, трое не добрались. Ранены или убиты?

— Товарищ лейтенант, вдоль леса нас обходят сотни полторы фашистов, — доложил Равковский.

Щежин приподнял голову и увидел идущую лесной тропой большую группу немцев. Тут же он заметил, что и по деревне от дома к дому перебегают солдаты. Впереди бежал офицер и что-то кричал. Вот он достиг крайней избы.

— Рус, сдавайся! — услышали явственно саперы.

Карпов, ловко устроившийся у закругления окопа, крикнул:

— Смотрите, товарищ лейтенант, как я буду сдаваться.

От первого же карповского выстрела офицер упал, нелепо взмахнув руками. Солдаты, видимо, ошеломленные и растерянные потерей офицера, попятились назад.

Со стороны леса немцы усилили огонь. Лейтенант по-новому расставил людей: повернул в сторону леса Чаринцева и Сорокина, сам устроился поудобней, поставил Равковского наблюдателем. Вдруг он услышал какой-то шорох. Под пулями полз к окопу, оставляя на снегу кровавый след, раненый ефрейтор Денисов. Равковский хотел выскочить, чтобы помочь, но лейтенант запретил — верная смерть. Как только голова Денисова показалась над бруствером окопа, раненого бережно втащили внутрь. Шинель его была продырявлена, пули сидели в спине, в руке, в обеих ногах.

— Все продолжают вести огонь, — послышался спокойный голос лейтенанта. — Шаталов перевяжет раненого.

Бойцы услышали, как застонал Денисов. Его уложили, расчистив снег, в углу окопа на плащ-палатке.

— Товарищ лейтенант, только не сдавайтесь сволочам, не сдавайтесь, — прохрипел раненый.

Вскоре пуля немецкого снайпера, засевшего на крыше дома, сразила наблюдателя Равковского. Он упал у ног раненого товарища. Саперы не могли оторваться от винтовок и подойти к нему. Вслед за лейтенантом сняли они шапки и стреляли несколько минут с непокрытыми головами. Щежин дал длинную очередь по крыше и прикончил фашиста.

Бой длился третий час, приближались сумерки. Не зная численности засевших в укрытии наших бойцов, немцы продолжали стрелять издалека. Все их попытки приблизиться к окопу пресекал точный и спокойный огонь горсточки сапер. Каждый боец знал: надо продержаться до полной темноты. Особенно усердствовал боец Карпов. Несмотря на большое внутреннее напряжение и непрерывную стрельбу, лейтенант следил за четкой работой своего лучшего бойца. При попытке немцев перейти в атаку Карпов одного за другим сразил девять фашистов.

Неожиданно в небе послышался гул. Три немецких самолета сделали круг над окопом, пошли на второй заход.

— Теперь мы пропали, — послышался голос Сорокина.

Это был единственный возглас неуверенности, который раздался в окопе за все время беспримерного боя. Лейтенант хотел оборвать Сорокина, но его опередил истекавший кровью Денисов. Он повернул свое бледное лицо к Сорокину и выдавил гневно:

— Замолчи.

Все поняли, что иного предупреждения не надо.

С самолетов отделились три точки.

— Парашютисты, — сказал кто-то.

Щежин присмотрелся и понял: немцы спускают на парашютах минометы. С окраины леса двинулась к окопу группа солдат. Карпов и Чаринцев сразили двоих, лейтенант добавил своего огня, и немцы скрылись.

Сгустились зимние сумерки. На отрогах снежных холмов заиграл блеклый свет луны. На фоне холодного неба четко проступала зубчатая линия заиндевевших елей, в лесу мелькали тени. Немцы готовились к новой атаке. В заснеженном, уже обжитом окопе сидела горстка красноармейцев, окруженных тьмою и врагами.

Саперы продолжали отстреливаться, с трудом урывая минуту, чтобы отогреть деревяневшие на морозе пальцы. Патроны были на исходе. У Щежина оставалось только два диска, когда вдруг раздался резкий визг. Это заговорил сброшенный на парашюте миномет. Вторая мина упала в нескольких метрах от окопа.

— Нас может поразить только прямое попадание, — услышали саперы попрежнему спокойный голос командира. — А сейчас мы будем отходить к своим. Первым ползет к лесу, что вправо от деревни, Чаринцев.

Рослый, широкоплечий уралец Чаринцев, не отрываясь от стрельбы, пожал руки товарищам, потом осторожно взвалил на спину раненого Денисова и вылез за бруствер. Немцы открыли огонь трассирующими пулями, но потеряли из виду передвигавшуюся точку и прекратили стрельбу.

Прошло десять томительных минут. Щежин приказал ползти Сорокину, затем Карпову. Он прикрывал их движение огнем. Когда фигура последнего бойца слилась с чуть заметным сугробом, Щежин оглянулся. Он остался в окопе один. Вокруг — снега, жужжание пуль, вой мин. Щежин не знал, удастся ли ему уйти отсюда живым, но он чувствовал себя победителем при всяком исходе его личной судьбы. Короткими очередями он точно бил по немцам. Потом завернул пулемет в плащ-палатку и бросил прощальный взгляд на окоп. В углу лежал убитый Равковский. Блестели гильзы, валялся изрешеченный пулями котелок Денисова.

Лейтенант выполз из окопа. Недалеко на снегу чернела фигура. «Может быть жив?» — подумал Щежин и, несмотря на смертельную опасность, пополз к бойцу.

— Не оставляйте меня, — услышал лейтенант.

Это был боец Красноштанов.

— Не оставлю, — на ухо сказал ему Щежин.

Немцы во-всю били по пустому окопу. Щежин полз с раненым бойцом, прорывая колею в свежем снегу. Руки его коченели. Когда он отполз метров на сорок, немцы приметили его. Трассирующие пули зачиркали о снег. Щежин остановился. Немцы, решив, что убили его, вновь усилили огонь по окопу. Лейтенант пополз с Красноштановым дальше.

Вот, наконец, лес. Щежин выпрямился. Тяжело было итти по сугробам с раненым на плечах. Углубившись в лес, лейтенант встретил Чаринцева, который, медленно ступая, нес на себе Денисова. Чаринцев сказал:

— А мы уложили их не меньше пяти десятков.

Дальше шли молча, они — герои доблестного пятичасового боя, с трудом передвигая ноги от усталости.

В санитарном пункте Щежин трогательно простился с ранеными. Денисов, желая сказать лейтенанту напоследок что-либо приятное, собрался с силами и прошептал:

— Я вернусь только в ваш взвод, товарищ командир.

Щежин, страшно усталый, добрался, наконец, до своей землянки. Он сел на нары, свернул папироску и уснул, не успев даже поднести ее ко рту. // М.Леснов. ЛЕНИНГРАДСКИЙ ФРОНТ.
________________________________
А.Фадеев: Бессмертие ("Правда", СССР)**
А.Кривицкий: О 28 павших героях ("Красная звезда", СССР)**


************************************************************************************************************
ЗА РОДИНУ!


Враги твое терзали тело,
Сжигали цвет полей.
Ты не согнулась, не сгорела,
Ты сделалась сильней.
Прошла ты по дорогам смерти...
Но твой настал черед —
От наших пуль холодный ветер
Над немцами ревет.
На поле, пламенем об'ятом,
Познав и жизнь и смерть.
Твой сын надолго стал солдатом,
Привык вперед смотреть.
Привык считать знакомым домом
Землянки, блиндажи
И каждым взглядом, каждым словом,
Как счастьем, дорожить.
Увидел он победу близко
И разглядел вдали —
За елкой, за туманом низким,
За крыльями земли.
Откроет новые страницы
История страны.
И будет человек цениться
По этим дням войны.
За родину ведем мы долгий,
Большой и страшный бой.
Изранены пути, дороги —
Летящие домой.
Но вдаль смотреть спокойным взглядом
Нам потому легко,
Что ты повсюду с нами рядом,
Страна большевиков.

Е.ШЕВЕЛЕВА.

________________________________________________
В.Антонов: Вшивый ефрейтор ("Известия", СССР)
Б.Ямпольский: Ледяная могила* ("Красная звезда", СССР)**
Выгонять немцев из домов на стужу* ("Красная звезда", СССР)
Фашистские зверства в подмосковной деревне* ("Красная звезда", СССР)**
Я.Викторов: 12 зимних заповедей фашистской грабьармии* ("Правда", СССР)

Газета «Красная Звезда» №15 (5079), 18 января 1942 года
Tags: 1942, Илья Эренбург, газета «Красная звезда», зима 1942, январь 1942
Subscribe

Posts from This Journal “январь 1942” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments