Ярослав Огнев (0gnev) wrote,
Ярослав Огнев
0gnev

Categories:

Евгений Петров. Прорыв блокады

«Красная звезда», 9 июля 1942 года, смерть немецким оккупантамЕ.Петров || «Красная звезда» №159, 9 июля 1942 года

Боевой привет победителям Всесоюзного социалистического соревнования работников промышленности!



# Все статьи за 9 июля 1942 года.



«Красная звезда», 9 июля 1942 года

За несколько дней до своей безвременной гибели писатель Евгений Петров отправился в Севастополь на лидере «Ташкент», который прорвался сквозь кольцо вражеской блокады к осажденному городу. Вернувшись на этом же корабле на побережье, Евгений Петров приступил к работе над очерком о походе для «Красной звезды». Гибель на посту прервала эту работу. Незаконченная рукопись была доставлена в Москву.

Ниже мы публикуем посмертный очерк Евгения Петрова «Прорыв блокады»
.

☆ ☆ ☆

Лидер «Ташкент» совершил операцию, которая войдет в учебники военно-морского дела, как образец дерзкого прорыва блокады. Но не только в учебники войдет эта операция. Она навеки войдет в народную память о славных защитниках Севастополя, как один из удивительных примеров воинской доблести, величия и красоты человеческого духа.

Люди точно знали, на что они идут, и не строили себе никаких иллюзий. «Ташкент» должен был прорваться сквозь немецкую блокаду в Севастополь, выгрузить боеприпасы, принять на борт женщин, детей и раненых бойцов и, снова прорвав блокаду, вернуться на свою базу.

26 июня в два часа дня узкий и длинный голубоватый корабль вышел в поход. Погода была убийственная — совершенно гладкое, надраенное до глянца море, чистейшее небо, и в этом небе занимающее полмира горячее солнце. Худшей погоды для прорыва блокады невозможно было придумать.

Я услышал, как кто-то на мостике сказал: «Они будут заходить по солнцу».

Но еще долгое время была тишина, и ничто не нарушало ослепительного голубого спокойствия воды и неба.

«Ташкент» выглядел очень странно. Если бы год назад морякам, влюбленным в свой элегантный корабль, как бывает кавалерист влюблен в своего коня, сказали, что им предстоит подобный рейс, они, вероятно, очень удивились бы. Палубы, коридоры и кубрики были заставлены ящиками и мешками, как будто это был не лидер «Ташкент», красивейший, быстрейший корабль Черноморского флота, а какой-нибудь пыхтящий грузовой пароход. Повсюду сидели и лежали пассажиры. Пассажир на военном корабле! Что может быть более странного! Но люди уже давно перестали удивляться особенностям войны, которую они ведут на Черном море. Они знали, что ящики и мешки нужны сейчас защитникам Севастополя, а пассажиры, которых они везут, — красноармейцы, которые должны хоть немного облегчить их положение.

Красноармейцы, разместившись на палубах, сразу же повели себя очень самостоятельно. Командир и комиссар батальона посовещались, отдали приказания, и моряки увидели, как красноармейцы-сибиряки, никогда в жизни не видевшие моря, потащили на нос и корму по станковому пулемету, расставили по бортам легкие пулеметы и расположились так, чтобы им было удобно стрелять во все стороны. Войдя на корабль, они сразу же стали рассматривать его, как занятую ими территорию, а море вокруг — как территорию, занятую противником. Поэтому они по всем правилам военного искусства подготовили круговую оборону. Это понравилось морякам. «Вот каких орлов везем», говорили они.

И между моряками и красноармейцами сразу же установились приятельские отношения.

Константин Симонов, Евгений Петров

В четыре часа сыграли боевую тревогу. В небе появился немецкий разведчик. Раздался длинный, тонкий звоночек, как будто сквозь сердце быстро продернули звенящую медную проволочку. Захлопали зенитки. Разведчик растаял в небе. Теперь сотни глаз через дальномеры, стереотрубы и бинокли еще внимательнее следили за небом и морем. Корабль мчался вперед в полной тишине навстречу неизбежному бою. Бой начался через час. Ожидали атаки торпедоносцев, но прилетели дальние бомбардировщики «Хейнкели». Их было тринадцать штук. Они заходили со стороны солнца по очереди и, очутившись над кораблем, сбрасывали бомбы крупного калибра (мне показалось, как-то неторопливо сбрасывали).

Теперь успех похода, судьба корабля и судьба людей на корабле, — все сосредоточилось в одном человеке. Командир «Ташкента» капитан 2-го ранга Василий Николаевич Ярошенко, человек среднего роста, широкоплечий, смуглый, с угольного цвета усами, не покидал мостика. Он быстро, но не суетливо, переходил с правого крыла мостика на левое, щурясь смотрел вверх и вдруг, в какую-то долю секунды приняв решение, кричал сиплым сорванным голосом:

— Лево на борт!

— Есть лево на борт! — повторяй рулевой.

С той минуты, когда началось сражение, рулевой, высокий голубоглазый красавец, стал выполнять свои обязанности с особенным шиком. Он быстро поворачивал рулевое колесо. Корабль, содрогаясь всем корпусом, отворачивал, проходила та самая секунда, которая, как положено в банальных романах, кажется людям вечностью, и справа или слева, или впереди по носу, или за кормой в нашей струе поднимался из моря грязновато-белый столб воды и осколков.

— Слева по борту разрыв! — докладывал сигнальщик.

— Хорошо, — отвечал командир.

Бой продолжался три часа почти без перерывов. Пока одни «Хейнкели» бомбили, заходя на корабль по очереди, другие улетали за новым грузом бомб. Мы жаждали темноты, как жаждет человек в пустыне глотка воды. Ярошенко неутомимо переходил с правого крыла на левое и, прищуриваясь, смотрел в небо. И за ним поворачивались сотни глаз. Он казался всемогущим, как бог. И вот один раз, проходя мимо меня между падением двух бомб, бог 2-го ранга вдруг подмигнул черным глазом, усмехнулся, показав белые зубы, и крикнул: «Ни чорта! Я их все равно обману!»

Он выразился более сильно, но не все, что говорится в море во время боя, может быть опубликовано в печати.

Всего немцы сбросили сорок крупных бомб, примерно по одной бомбе в четыре минуты. Сбрасывали они очень точно, потому что по крайней мере десять бомб упали в то место, где бы мы были, если бы Ярошенко во-время не отворачивал. Последняя бомба упала далеко по левому борту уже в сумерках при свете луны. А за десять-пятнадцать минут до этого мы с наслаждением наблюдали, как один «Хейнкель», весь в розовом дыму, повалился вслед за солнцем в море.

Бомбардировка окончилась, но напряжение не уменьшилось. Мы приближались к Севастополю. Уже была ночь, и в небе стояла громадная луна. Силуэт нашего корабля отлично рисовался на фоне лунной дорожки. Когда он был примерно на траверзе Балаклавы, сигнальщик крикнул:

— Справа по борту торпедные катера!

Орудия открыли огонь. Трудность положения заключалась в том, что ночью нельзя увидеть торпеду и отвернуть от нее. Мы ждали, но взрыва не было. Очевидно, торпеды прошли мимо. Корабль продолжал итти полным ходом. Катеров больше не стало видно. Вероятно, они отстали.

И вот мы увидели в лунном свете кусок скалистой земли, о котором с гордостью и состраданием думает сейчас вся наша советская земля. Я знал, как невелик севастопольский участок фронта, но у меня сжалось сердце, когда я увидел его с моря. Таким он казался маленьким. Он был очень четко обрисован непрерывными вспышками орудийных залпов. Огненная дуга. Ее можно было охватить глазом, не поворачивая головы. По небу непрерывно двигались прожектора и вдоль них медленно текли вверх огоньки трассирующих пуль. Когда мы пришвартовывались к пристани и прекратился громкий шум машины, сразу стала слышна почти непрерывная канонада. Севастопольская канонада июня 1942 года!

Командир все еще не уходил с мостика, потому что бой в сущности продолжался. Был только новый этап его. Нужно было войти туда и пришвартоваться там, куда до войны никто не решился бы войти на таком корабле, как «Ташкент», и где ни один капитан в мире не решился бы пришвартоваться. Нужно было выгрузить груз и людей. Нужно было успеть взять раненых и эвакуируемых женщин и детей. И нужно было сделать это с такой быстротой, чтобы можно было уйти еще затемно. Командир знал, что немцы будут ждать нас утром, что уже готовятся самолеты, подвешиваются бомбы. Хорошо, если это будут «Хейнкели». А если пикирующие бомбардировщики? Командир знал, что каким курсом он ни пойдет из Севастополя, он все равно будет обнаружен. Встречи избежать нельзя, и немцы сделают все, чтобы уничтожить нас на обратном пути. Я видел, как стоял командир на мостике и следил за разгрузкой. Его напряженное лицо было освещено луной. Двигались скулы. О чем он думал, глядя, как по сходням, поддерживая друг друга, всходили на корабль легко раненые, как несли на носилках тяжело раненых, как шли матери, прижимая к груди спящих детей? Все это происходило почти в полном молчании. Разговаривали вполголоса. Корабль был разгружен и погружен в течение двух часов. Командир взял на борт две тысячи человек. И каждый из них, проходя на корабль, поднимал голову, ища глазами мостик и командира на нем.

Василий Николаевич Ярошенко отлично знал, что такое гибель корабля в море. В свое время он командовал небольшим кораблем, который затонул от прямого попадания неприятельской бомбы. Тогда Ярошенко отстаивал свой корабль до конца, но не смог отстоять. Он к тому же был серьезно ранен. Корабль пошел ко дну. Ярошенко спас команду, а пассажиров тогда не было. Он последним остался на мостике и прыгнул в море только тогда, когда мостик стал погружаться. Он зажал тогда в одной руке партийный билет, а в другой револьвер, так как решил застрелиться, если выбьется из сил и станет тонуть. Тогда его спасли. Но что делать теперь? Теперь у него пассажиры — женщины, дети, раненые. Теперь надо будет спасать корабль или итти вместе с ним на дно.

Корабль вышел из Севастополя около двух часов… // Евгений Петров.
_____________________________________________
А.Толстой: Флаг Севастополя* ("Известия", СССР)**
Ф.Октябрьский: Беззаветный героизм севастопольцев зовет нас на новые подвиги ("Правда", СССР)


************************************************************************************************************
РАЗОБЛАЧЕНИЕ ЛЖИ ГИТЛЕРОВСКОГО КОМАНДОВАНИЯ
Листовка для немецких солдат


В связи с годовщиной советско-германской войны Советское Информбюро опубликовало данные о потерях немцев. Весь мир узнал то, что Гитлер тщательнее всего старается скрыть, а именно, что потери германской армии и ее союзников только убитыми составили за год войны не менее 3,5 миллиона человек. Эти данные были опубликованы мировой печатью, передавались многочисленными радиостанциями и проникли также в Германию. Немцы ждали, что скажет гитлеровское командование. 2 июля германская главная ставка опубликовала, наконец, совершенно фантастические сведения о своих потерях, указав, что число убитых за год войны на советско-германском фронте составляет всего... 271.612 немцев.

Лживость этих данных разоблачается в специальной листовке для немецких солдат, изданной Главным политическим управлением Красной Армии.

«По данным Генерального штаба немецкой армии, — говорится в листовке, — известно, что за год в военных действиях на Восточном фронте приняло участие не менее 13.000.000 человек, из них 11.500.000 немцев и 1.500.000 солдат союзников Гитлера. Известно также, что дивизии ввиду огромных потерь пополнялись, как правило, по нескольку раз. Все показания пленных немецких солдат и офицеров сходятся на том, что из каждой сотни немецких солдат, побывавших на фронте, убито не меньше 27 человек. А по сообщению главной ставки выходит: Гитлер убил только трех немцев из каждой сотни.

Подсчитайте в своей роте всех убитых за год войны, и вы убедитесь, как нагло Гитлер обманывает немецкий народ».

Далее в листовке указывается, что еще недавно газета «Фелькишер беобахтер» писала о том, что в Германии почти нет семьи, которая не оплакивала бы гибель близкого человека. По данным же, опубликованным немецкой главной ставкой, выходит, что «Гитлер убил за год только одного немца на 75 семейств».

Еще более очевидной становится лживость немецких сведений о потерях на советско-германском фронте, если сопоставить их с данными о потерях, понесенных германской армией за время военных действий во Франции. «За 45 дней войны во Франции, — говорится в листовке, — согласно официальным немецким данным, было убито 45.458 немцев, т.е. по 1.010 человек в день. А по сообщениям главной ставки за период с 22 апреля по 22 июня 1942 года, когда шли кровавые бои под Харьковом и в Крыму, на Восточном фронте убито всего 20.321 человек. Выходит: Гитлер убивает в России только по 333 немца в день.

Вы говорите, что поход во Францию был прогулкой по сравнению с русским, что лучше 10 походов во Францию, чем один в Россию. А Гитлер утверждает обратное — русский поход куда легче французского».

Наконец, даже официальная немецкая статистика о естественной убыли населения разоблачает гитлеровских фальшивомонетчиков. «По официальным данным за 1937 мирный год, — говорится в листовке, — в Германии умерли естественной смертью 793.192 человека — это больше одного процента населения. А по сообщению главной ставки выходит: за военный год на Восточном фронте Гитлер убил немцев в три раза меньше, т.е. 0,4 процента населения».

Гитлер старается внушить резервам, отправляемым на фронт, что летняя кампания в СССР будет «легкой прогулкой». 3.500.000 немцев и их союзников уже нашли себе настоящее «жизненное пространство» в могилах на русской земле. Остальных гитлеровцев, если они не сдадутся, ждет та же участь.


************************************************************************************************************
От Советского Информбюро*


Утреннее сообщение 8 июля

В течение ночи на 8 июля наши войска вели бои с противником западнее Воронежа и юго-западнее Старый Оскол.

На других участках фронта существенных изменений не произошло.



Западнее Воронежа продолжаются ожесточенные бои. На одном из участков крупные силы немцев пытались овладеть высотой, которую обороняло наше танковое подразделение. Танкисты стойко встретили удар. Экипаж старшего лейтенанта Салюкова несколькими выстрелами подбил немецкий танк и уничтожил два тяжелых орудия. Экипаж танка в составе лейтенанта Баклогова, башенного стрелка Трущака, механика-водителя старшего сержанта Медведева уничтожил 4 орудия и 50 гитлеровцев. В бою за высоту противник потерял убитыми сотни солдат и офицеров.



На участке фронта юго-западнее Старый Оскол противник, не считаясь с огромными потерями, рвется вперед и бросает в бой новые резервы. В одном пункте 30 немецких танков и свыше полка пехоты при поддержке авиации перешли в атаку. Наши артиллеристы встретили гитлеровцев массированным огнем и уничтожили 12 немецких танков. Под прикрытием артиллерийского огня вступили в бой наши тяжелые танки и пехотинцы. Контрударом противник был отброшен на исходные позиции. На поле боя осталось свыше 700 вражеских трупов. Захвачены пленные. На другом участке наша часть под давлением численно превосходящих сил противника отошла на новые рубежи. В ходе боя подбито 9 немецких танков и уничтожено до 400 гитлеровцев.



Две роты противника окружили взвод младшего лейтенанта Трапезникова. Наши бойцы встретили атакующих гитлеровцев дружным огнем из пулеметов и винтовок. Потеряв свыше 100 человек убитыми, немцы вынуждены были отойти.



Командир орудия тов. Шехтер подпустил на близкое расстояние наступающую немецкую пехоту и, стреляя прямой наводкой, уничтожил 50 солдат и офицеров противника. Будучи дважды ранен, тов. Шехтер продолжал вести огонь до тех пор, пока не была отбита атака противника.



Красноармеец тов. Сухов меткими выстрелами из винтовки уничтожил расчет немецкого пулемета. Захватив пулемет, тов. Сухов открыл из него огонь и уничтожил еще 15 немецких солдат и офицеров.



Отряд смоленских партизан под командованием тов. А. за время своей боевой деятельности уничтожил 560 немецко-фашистских оккупантов. Кроме того, партизаны, взаимодействуя с частями Красной Армии, истребили 450 гитлеровцев. Советские патриоты организовали крушение 5 воинских эшелонов противника, взорвали железнодорожный мост, уничтожили 80 километров линии телефонной связи.



Ниже публикуются выдержки из дневника убитого немецкого обер-лейтенанта Гольца:

«11 января 1942 г. Выехали из Дании на Восточный фронт.

22 января. Наш 323 пехотный полк выгрузился в Великих Луках и вступил в бой.

16 февраля. Наши потери только убитыми 750 человек.

20 февраля. Второй батальон отрезан. 10 рота потеряла 50 процентов личного состава.

23 февраля. Батальон разгромлен. Много товарищей погибло. Пробились только полковник Мотц, лейтенант Лютце и 85 рядовых. У каждого из нас слезы на глазах. Командир 2 батальона 323 пехотного полка граф Кейзерлин убит. Командир 14 роты Мюллер — убит. Убитых — 396 человек, а с пропавшими без вести свыше 600.

6 марта. Наступление сорвалось. Русские дрались мужественно и одержали успех.

10 мая. Русские взорвали железнодорожный мост. Бронепоезд полетел под откос.

20 июня. Партизаны атаковали опорный пункт. У нас убито 60 человек».



Немецко-фашистские мерзавцы чинят чудовищную расправу над мирными жителями гор. Витебска. В городе ежедневно десятки людей умирают голодной смертью. 23 июня оккупационные власти повесили 17 человек, в том числе 4 женщин за то, что они пытались без пропуска пробраться из города в деревню за картофелем. Недавно в Витебске был убит немецкий офицер. Гитлеровцы устроили массовые облавы и расстреляли 100 жителей города.



В Восточной Боснии (Югославия) партизаны продолжают успешные операции против немецко-итальянских захватчиков. Партизаны разгромили крупные отряды жандармерии. Две итальянские альпийские дивизии, посланные для борьбы с партизанским движением, также потерпели серьезные неудачи. За июнь месяц эти дивизии оккупантов потеряли 1.800 человек убитыми и ранеными.


Вечернее сообщение 8 июля

В течение 8 июля наши войска вели жестокие бои западнее Воронежа. После упорных боев наши войска оставили г. Старый Оскол.

На других участках фронта существенных изменений не произошло.

В Баренцовом море одна из наших подводных лодок атаковала новейший немецкий линкор «Тирпиц», попала в него двумя торпедами и нанесла линкору серьезные повреждения.



За 7 июля частями нашей авиации на различных участках фронта уничтожено или повреждено свыше 50 немецких танков, 90 автомашин с войсками и грузами, 125 повозок с боеприпасами, 28 автоцистерн с горючим, подавлен огонь 2 дивизионов полевой артиллерии, 6 батарей зенитной артиллерии, взорван склад с горючим и два склада с боеприпасами, рассеяно и частью уничтожено до четырех рот пехоты противника. В Баренцовом море потоплен немецкий транспорт, и в Финском заливе поврежден транспорт противника.



На одном из участков западнее Воронежа немцы бросили в атаку свыше 100 танков. Завязался танковый бой, в результате которого уничтожено 40 немецких танков.

Наши бойцы и командиры показывают замечательные образцы стойкости и героизма в борьбе с превосходящими силами врага. Красноармеец тов. Вегаев ворвался в окоп противника и ручной гранатой уничтожил четырех солдат. Немецкий офицер пытался застрелить бойца, но Вегаев быстрым ударом штыка заколол гитлеровца. Красноармеец тов. Большаков гранатой уничтожил станковый пулемет, пулеметчика и офицера. В штыковом бою тов. Большаков вывел из строя 17 гитлеровцев. К одному из наших орудий приближалось несколько немецких танков. Наводчик тов. Фаустов близко подпустил противника и подбил 2 немецких танка. Шесть раз пытались немцы выбить из окопов взвод, которым командует тов. Воробьев. Отважные бойцы не отступили ни на один шаг. На подступах к окопам немцы оставили до 200 трупов солдат и офицеров.



Наше танковое подразделение, где командиром тов. Котырло (Калининский фронт), в трехдневных боях с противником уничтожило 15 немецких танков, 20 противотанковых орудий и несколько сот солдат и офицеров противника.



В воздушных боях с противником истребительная авиачасть, которой командует майор Осмаков (Калининский фронт), за четыре дня сбила 16 «Юнкерсов», 4 «Мессершмитта-109» и 5 «Мессершмиттов-109Ф».



Снайпер Федор Чегодаев за время отечественной войны истребил 240 гитлеровцев. Он обучил искусству сверхметкой стрельбы 24 красноармейца, которые под руководством тов. Чегодаева уничтожили 180 немецких оккупантов.



Партизаны, действующие в тылу противника на Северо-Западном фронте, пустили под откос поезд с немецкой пехотой и эшелон с автомашинами. Советские патриоты разрушили телефонно-телеграфную сеть на протяжении двух километров и уничтожили 40 оккупантов.



Партизанские отряды, действующие в одном из районов Ленинградской области, организовали крушение воинского эшелона противника. Разбито 38 вагонов. Партизаны этих же отрядов уничтожили три штабных автомашины противника. Убито 9 немецких офицеров и один генерал, награжденный двумя нагрудными знаками и железным крестом.



Пленный солдат 7 роты 33 полка 10 румынской пехотной дивизии Ион Самойла рассказал: «С тех пор, как немцы пришли в Румынию, она перестала быть самостоятельной страной. Немцы обобрали города, разорили деревни. Все ценное вывозится в Германию. Румынским крестьянам предстоит тяжелая зима. По дороге на фронт я видел огромные площади незасеянной пахотной земли. Посевы кукурузы заросли бурьяном. Дезертирство из армии не прекращается, несмотря на то, что военно-судебные власти применяют самые суровые меры. Из моей роты в течение месяца дезертировало более 30 солдат.



Группа бойцов составила акт о чудовищном преступлении гитлеровских мерзавцев. В акте говорится: «У блиндажей, отбитых у немцев, найдены 18 трупов замученных командиров и красноармейцев. У бойцов переломаны руки и вывихнуты ноги. На одном трупе обнаружены многочисленные следы ожогов». Акт подписали: младший политрук Галелей, военфельдшер Акчурина, красноармейцы Денисов, Миронов и Пластинин.



Предатели французского народа выслуживаются перед своими хозяевами из Берлина. В гор. Безье (Франция) полиция раскрыла подпольную типографию, печатавшую антигерманские листовки. 12 молодых французов-организаторов этой типографии были казнены. Тем не менее, листовки снова продолжают широко распространяться не только в Безье, но и в других городах.



Партизанский отряд польских патриотов в годовщину вероломного нападения Германии на Советский Союз пустил под откос поезд оккупантов на линии Краков-Львов. В результате крушения и взрыва было на сутки прервано движение поездов. // Совинформбюро.

________________________________________________
Е.Петров: Севастополь держится ("Красная звезда", СССР)
Герои Севастополя* ("Красная звезда", СССР)**
С.Сергеев-Ценский: Севастопольцы* ("Правда", СССР)
Железная стойкость советских воинов* ("Правда", СССР)***
И.Чухнов: Героический Севастополь ("Красная звезда", СССР)
Огромные потери немцев под Севастополем* ("Красная звезда", СССР)**
Бессмертная слава Севастопольской обороны ("Красная звезда", СССР)

Газета «Красная Звезда» №159 (5223), 9 июля 1942 года
Tags: 1942, Евгений Петров, Совинформбюро, битва за Севастополь, газета «Красная звезда», июль 1942, лето 1942, спецархив
Subscribe

Posts from This Journal “битва за Севастополь” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments