?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Н.Вирта. Твердыня || «Правда» 01.02.1943
0gnev
газета «Правда», 1 февраля 1943 годаН.Вирта || "Правда" №32, 1 февраля 1943 года

Наши войска под Сталинградом одержали блестящую победу. Ликвидирована группа немецко-фашистских войск, окруженных западнее центральной части Сталинграда. Взяты в плен 16 вражеских генералов. Противник понес огромные потери. Родина приветствует и славит доблестных бойцов и командиров героической Красной Армии. Вперед, к новым победам!



# Все статьи за 1 февраля 1943 года.



Ранним утром Военный Совет армии сообщил всем бойцам Сталинграда приказ Верховного Главнокомандующего товарища Сталина с благодарностью бойцам и командирам наступающих армий.

«Правда», 1 февраля 1943 года

Это было действительно лучезарное утро. Чистые, голубые небеса раскинулись над Волгой и Сталинградом. Яркое солнце озаряло грандиозную перспективу, открывшуюся перед нашими глазами. Особенно великолепен был вид с высоты 102, с её большими бетонными водонапорными башнями, превращёнными немцами в крепости. Высота 102 и эти башни только несколько дней назад после кровопролитнейших битв были взяты батальоном части полковника Батюка.

Отсюда, с этих башен, ощетинившихся пулеметами и орудиями, виден весь Сталинград, все его окрестности. Волга, лесистое Заволжье, снега до самого горизонта.

В это утро в районе башен, в блиндажах и траншеях и в самих башнях, сидели артиллеристы и пехотинцы, готовившиеся к выполнению боевого приказа. В этот час на высоту пришёл начальник политотдела части Батюка подполковник Ткаченко. Он принёс весть о приказе Верховного Главнокомандующего. Никогда не будут забыты лица бойцов, обожжённые волжскими ветрами, восторженные глаза, улыбки, взрыв энтузиазма, который родился вдруг.

Подполковник напомнил, что товарищ Сталин был в период гражданской войны на этих высотах. Это вызвало новый взрыв шумных рукоплесканий и возгласов в честь вождя и бесподобное «ура», с которым русские солдаты идут в бой и побеждают.

Уже после того, как приказ товарища Сталина был прочтён, после того, как бойцы, собравшиеся здесь, в речах простых и кратких пообещали бить врага лучше, чем они били до сих пор, подполковник обнаружил недалеко от башен труп связанного по рукам и ногам красноармейца. Немцы издевались: следы ожогов явственно различались на его руках и на голых ступнях.

Это тело русского человека, изувеченного и убитого фашистами, тело, лежавшее под таким чистым, светлым небесным покровом, было поднято и похоронено в священной земле Сталинграда, земле, пропитанной кровью.

И тут, на высоте, показался незнакомый человек со знаками различия майора. Он хотел видеть подполковника Ткаченко. Пришедший, отдав честь, сказал:

— Я — майор Ерёмин, командир энского полка гвардейской части.

И он назвал номер части, которая только что ударом с запада на восток пробила брешь в обороне ещё дерущихся немцев и раз’единила оставшуюся часть группировки.

Подполковник Ткаченко в этот момент немного растерялся. И лишь, когда мысль о том, что это историческое, давно ожидаемое соединение авангардных частей генерал-полковника Рокоссовского с частями 62-й армии произошло и что оно произошло вот здесь, в этом историческом месте, в присутствии 60 бойцов, что он сам, подполковник Ткаченко, является свидетелем и участником этой встречи, — когда эта мысль дошла до сознания Ткаченко, он в порыве счастья бросился обнимать и целовать гвардии майора Ерёмина. Увидев, что подполковник целует неизвестного майора, все, кто был вокруг, подбежали к ним.

Это был не митинг, это было такое громадное торжество, такие счастливые минуты, такая радость, что никто не стыдился своих обильных слёз. Все рвались к майору, всем хотелось пожать его руку, поцеловать его, прикоснуться к его шинели. Он был вестником чрезвычайного события. 62-я армия снова соединилась с другими армиями и фронтами, соединилась реально, победно. И снова был митинг и говорили о Сталинграде, о родине, о Сталине, о 62-й армии, и снова кричали «ура» и качали майора Ерёмина. А он говорил, что сделано большое дело, но впереди дела не меньшие и что надо итти дальше, дальше на запад, чтобы громить фашизм и мстить за поруганную честь людей, за этот труп искалеченного немцами и только что похороненного бойца, славу и честь родной земли.

Тотчас после торжества майор Ерёмин и командир батальона, наступавшего в районе Мамаева кургана, капитан Ерёменко возвратились к боевым делам. Они пристроились около башен и стали разговаривать о том, что делать дальше вместе, об’единёнными отныне силами.

Утром 26 января мощные танки и пехота части генерал-лейтенанта Чистякова соединились с боевыми порядками частей генерал-лейтенанта Чуйкова. Районы Мамаева кургана и прилегающих к нему с северо-запада и с запада высот были полностью очищены от немцев. Была очищена также от фашистов и вся южная часть Сталинграда, идущая от реки Царицы. Остатки разбитых фашистских войск бежали к городу, чтобы дожить свои последние часы в подвалах и среди развалин, способных сохранить солдат Гитлера более от мороза, ветра, нежели от неминуемой и скорой гибели.

***

Здесь уничтожены самые отборные германские части, части «СС», которые были присланы Гитлером в октябре для того, чтобы покончить со Сталинградом.

Начальник штаба армии генерал Крылов сказал сегодня:

— Среди трупов фашистов мы на нашем участке не находили ни одного немца, грудь которого не была бы украшена 2—3 «Железными крестами». В Сталинграде они получили еще по одному кресту — деревянному.

Те из фашистов, которые ещё не потеряли способности здраво мыслить и перестали верить обещаниям «фюрера», сегодня сдаются в плен.

Вот сдалась часть во главе с полковником. Несколько позже сдалась другая часть. Вечером сдался в плен полк связи вместе с командиром и всеми средствами связи. В полночь пришло известие о новой сдаче в плен части и её командира. В три часа утра по телефону сообщили, что южнее р. Царицы наши наступающие войска захватили армейские германские госпитали вместе с больными, ранеными и прислугой. Здесь же сдался в плен генерал. Потом нам сообщили, что сдался в плен сам генерал-фельдмаршал Паулюс, который командовал группой немецких войск под Сталинградом, его начальник штаба генерал-лейтенант Шмидт, генерал-лейтенанты Шлеммер, Зейдлитц, Пфефер, Санне, Лейзер, Корфес и другие.

* * *

На Мамаевом кургане красное знамя плещется. За Мамаев курган солнце садится.

Январский день кончается, приближается час полного очищения города от врага.

Накануне, после краткого затишья, снова заговорила артиллерия Сталинграда, и ночью кипел бой.

Военный Совет, все командиры и уставшие бойцы лишь к рассвету сомкнули глаза. Через несколько часов грандиозной силы артиллерийский удар обрушился на фашистов, на остатки уничтоженных гитлеровских дивизий, В этот день воевали, огрызались, цеплялись за камни развалин только отпетые фашисты, смертники.

Мы следим за происходящими событиями, и за действием артиллерии из наблюдательного пункта генерал-майора Людникова, того самого Людникова, который со своей легендарной частью полтора месяца сидел на клочке сталинградской земли, будучи отрезанным от всей армии.

Против этой части немцы бросили дивизию. Захлебнувшись в собственной крови, она откатилась назад. В бой была введена другая немецкая дивизия, прибывшая из Магдебурга, затем железной дорогой и самолётами подбрасывались подкрепления из Миллерово. Немцы переходили в решительный штурм на всём участке, в траншеях и окопах завязывались рукопашные схватки. Все атаки снова были отбиты. За 11 и 12 ноября на поле боя осталось более 3.000 фашистских трупов.

Особенно остервенело рвались немцы в Волге. 13 ноября 1.500 гитлеровцев пошли в психическую атаку. Завязался бой, длившийся 11 часов. Но и на этот раз вражеские атаки были отбиты, немцы оставили на поле боя до 1.000 солдат и офицеров.

Два немецких генерала ломали себе головы над тем, как сбросить часть Людникова в Волгу. Не вышло! Участок земли, который обороняла эта часть, явился одним из тех неприступных бастионов, из которых состоит волжская твердыня. За три месяца 10.000 солдат и офицеров было истреблено этой частью.

Теперь часть Людникова действует на другом участке, расположенном в нескольких сотнях метров от фронта. На втором этаже более или менее сохранившейся лестничной клетки дома у костра сидят телефонистка и полковник. Генерал-майор Людников, его помощники и артиллерийские наблюдатели пристроились немного выше.

Невооруженными глазами все мы видим перед собой остатки красных кирпичных домов, только что занятых нами, видим большие серые развалины, а за ними опорные пункты фашистских солдат, окружённых на северном участке фронта.

После туманных, серых дней снова солнце заблистало над Волгой и истерзанным Сталинградом.

Здесь каждый вершок земли не остался самим собой, он вздыблен, много раз перевернут, обращён в золу. Здесь все громадное пространство Сталинграда и его предместий полито кровью. Это — грандиозное кладбище человеческих жилищ.

Тут, на подступах к городу, легло несколько сот тысяч немецких солдат и офицеров.

Артиллеристы, которые вчера, начали свой гигантский огневой штурм, работали, как кочегары в топке корабля в часы могучего шторма. Каждый снаряд, вкладываемый в пушку, сопровождался крепким русским словом по адресу фашистов.

— Круши их! — кричал командир батареи, тихоокеанский моряк.

Ему было жарко на этом волжском морозе, он скинул шинель, он скинул бушлат, он остался в одной тельняшке. Он кричал:

— Полундра, разноси их! Подай им жару, собачьим детям!

И снаряды рвались, взрывая и разрушая блиндажи и дзоты, разрывая тела фашистов на куски.

Это было ожесточение громадной силы.

Сталинград и его великая армия мстили фашистам за осенние атаки, за две тысячи пятьсот самолётов, которые они пускали на наши части в течение дня, за убитых женщин и детей, за своих героев, павших в невиданных битвах. И справа, и слева, и впереди рвались снаряды и мины, и каждый взрыв уничтожал врагов людского рода, Было явственно видно, как фашисты перебегали из разрушенных подвалов, как тащили свои тела раненые и застывали в бессилье и подыхали на чужой земле.

Штурмовые группы в своих белых халатах то прижимались к земле, то шли вперёд, тесня фашистов, выбивая их из щелей, выковыривая их оттуда гранатами, выжигая огнём.

Страшное, трудное дело — городской бой. Тут в жаркой схватке отбивается буквально каждый камень, ибо за ним сидит фашист, смертник, проклятый злодей.

К этому же позднему сталинградскому часу, часу неумолкающего боя, стало известно, что полковник Горишный ворвался в один из цехов крупного завода, в развалинах которых ещё сидели отряды под командованием какого-то ужасно нервного немецкого майора. Здесь собрались солдаты из разных дивизий.

На заводе всю ночь шёл страшный бой. Там небо беспрестанно озарялось ракетами, там гремели орудия, ударами напоминающие звук раскалываемого полена, рвались мины. Полковник Горишный уцепился за цех, выдерживая бешеные контратаки смертников, медленно и упорно продвигался вперёд, подавляя и этот очаг фашистского сопротивления.

В течение ночи один из изумительных командиров сталинградской армии полковник Батюк продвинулся намного вперёд, очистил от фашистов 36 кварталов, захватил полностью посёлок, взял здесь пленных и большие трофеи.

Наблюдавший вместе с нами работу артиллерии боец-ездовой, привезший на передовые линии воду и пищу, сказал:

— Ничего, живые кости мясом обрастают. А у нас кости живые.

И эта мудрость бывшего крестьянина, одетого в красноармейскую шинель, эти простые его слова как бы подводили философские итоги исходящей борьбы.

Наши кости живые, они обрастут мясом. // Николай Вирта. Сталинград, 31 января. (По телеграфу).
______________________________
А.Толстой: Черные дни гитлеровской армии* ("Известия", СССР)
А.Ерусалимский: Конец 6-й германской армии* ("Красная звезда", СССР)


**************************************************************************************************************************************************
БЕРЛИНСКИЙ ЮБИЛЕЙ. (Торжественное заседание по случаю десятилетия фашистского режима).

Ввиду того, что рейхсканцлер Гитлер воздержался от речи, слово по текущему моменту произнес «рейхсмаршал» Геринг.

Рис. Б.Ефимова.
«Правда», 1 февраля 1943 года

______________________________________________
Н.Вирта: Сталинград || «Правда» №27, 27 января 1943 года
М.Рузов: Возмездие* || «Известия» №21, 27 января 1943 года
В.Величко: Шестьдесят вторая армия || «Правда» №31, 31 января 1943 года
Поражение гитлеровской пропаганды* || «Правда» №27, 27 января 1943 года
Д.Мануильский: О ненависти к врагу* || «Красная звезда» №21, 27 января 1943 года
Наступление Красной Армии в оценке наших врагов и друзей || «Правда» №31, 31 января 1943 года

Газета "Правда" №32 (9168), 1 февраля 1943 года