?

Log in

No account? Create an account

0gnev


Ярослав Огнев

«Красная звезда», «Известия», «Правда» 1941-1945


Previous Entry Share Next Entry
Илья Эренбург. Избранная публицистика 1941-1945
0gnev

Поиск по блогу
Яндекс

«Красная звезда», СССР.
«Известия», СССР.
«Правда», СССР.

* * * * * * *

24.04.43: Нет, мы не преуменьшали и не преуменьшаем силы врага. Нас не успокаивают различные ефрейторы или фельдфебели, которые в плену, начиная с 23 июня 1941 года и по сей день, неизменно бьют себя в грудь, вопя о гибели Гитлера. Мы знаем, что эти меланхолики не пойдут снова в атаку только потому, что они сидят под надежной охраной. Из немцев мы доверяем только мертвым... Гитлеровцы — автоматы, но со злой волей, с жадностью, с чванством. ("Красная звезда", СССР)

17.01.43: Немцы отощали. Недавно из окруженной территории выбралась колхозница Евдокия Сучкова. Она рассказывает: «Немец мою кошку с'ел». Это не образ, это сухая действительность. Фрицы больше не прислушиваются к гудению самолетов. Их интересует мяукание. Сверхчеловеки, мечтавшие о завоевании Европы, перешли на кошатину. ("Красная звезда", СССР)

10.10.42: Я нашел в планшете одного немца серию любительских фотографий. Вот перечень: фриц, невеста фрица, голая девица неизвестной национальности, человек, привязанный к столбу, горящая изба, виселица с повешенными, два фрица в беседке, фрицы развлекаются — один в шутку вешает другого, убитая девушка в платочке, с обнаженной грудью. Разве такой способен стать человеком? Мы их научились ненавидеть. Мы должны научиться их презирать. Мы должны их убивать не как людей, а как гадов, как противных ядовитых насекомых. Серо-зеленая вошь — вот что такое фриц, зловредная муха, которая прикидывается человеком. ("Красная звезда", СССР)

09.10.42: Казах Myхамедар Джантлесов командовал минометным взводом, уничтожил полсотни фрицев. Он с улыбкой добавляет: «Я лично два» — эта два ему особенно дороги, их он прикончил не минами, и с признательностью смотрит Джантлесов на свои крепкие жилистые руки. ("Красная звезда", СССР)

08.10.42: В одной деревне, освобожденной от немцев, остались памятники загадочной для нас цивилизации. Вокруг избы, где жили офицеры, посажены березки, а среди деревьев игрушечная виселица: на ней фрицы, забавляясь, вешали кошек — людей не было, людей немцы угнали... ("Красная звезда", СССР)

23.08.42: Прошлым летом немцы окружали наши крупные части. Пора им напомнить, что слово «окружение» существует — и по­-немецки и по­-русски. Каждый немец в России — в окружении: он окружен рус­скими. Он окружен, и он должен быть уничтожен. ("Красная звезда", СССР)

21.08.42: Грязные животные. Бугаи, которые пишут циркуляры о случке. Боровы, занятые параграфами законов. Подумать, что есть на свете любовь, настоящая любовь, и вот приходят эта производители и бесстыдно грязнят ее! Что им Ромео и Джульетта? У них есть отборный СС и породистая самка. Они называют свой приказ «О порядке обручения». Нет! СС не обручаются, они случаются...

Неужели для того шумят наши березы и цветут наши луга, чтобы на них случались «нордические» немцы? Неужели для того писал стихи Пушкин, чтобы в селе Михайловском племенной фриц спаривался с немкой? ("Красная звезда", СССР)

13.08.42: Можно все стерпеть — чуму, голод, смерть. Нельзя стерпеть немцев. Нельзя стерпеть этих олухов с рыбьими глазами, которые презрительно фыркают на все русское и которые проползли от Карпат до предгорья Кавказа по исконно нашей земле. Не жить нам, пока живы эти серо-зеленые гады... Немцы гордятся своими заводами, но и на этих заводах нельзя изготовить немцев. Вместо убитого немца не скоро вырастет другой. Есть только один способ спасти Россию — перебить немцев. ("Красная звезда", СССР)

12.07.42: Пленного немца спросили: «Как вы могли изнасиловать тринадцатилетнюю девочку?» Немец равнодушно поморгал и ответил: «Для меня женщина это уборная». У него были светлые курчавые волосы и голубые глаза. Поглядев на него, каждый отворачивался и в тоске думал: забыть бы, что на свете существует такая погань!.. ("Красная звезда", СССР)

10.06.42: Партизан не забудет вымыть руки, убив лакея немецкого палача. Их бьют, как крыс. Их давят, как клопов. Ничто не спaceт их: ни минометы, ни бумажки с печатью, ни гоночные машины. Убегая, немцы не возьмут с собой эту человеческую рвань... Мы считаем не деньги, мы считаем убитых немцев: от этого счета зависит наша жизнь, наша и наших детей. ("Красная звезда", СССР)

27.05.42: В кино, в так называемом «Вохеншау» (еженедельном обозрении) немцам показывают русского солдата, который взбирается на дерево, сдирает с него кору и жадно ее сглатывает. Такова Красная Армия в представлении гитлеровских кретинов: полковники едят солдат, а солдаты едят кору. ("Красная звезда", СССР)

26.05.42: На трупе одного немца нашли детские штанишки, запачканные кровью, и фотографию детей. Он убил русского ребенка, но своих детей он, наверно, любил. Убийства для немцев — не проявление душевного разгула, но методическая деятельность. Убив тысячи детей в Киеве, один немец написал: «Мы убиваем маленьких представителей страшного племени». ("Правда", СССР)

10.05.42: У них нет души. Это — одноклеточные твари, микробы, бездушные существа, вооруженные автоматами и минометами. Они начали свою жизнь без мыслей, без чувств, без мечтаний, без порывов. Когда им весело, они отрыгивают. Когда им плохо, они чешутся... Бездушные выродки, человеческое мясо с ржавым железом вместо сердца. ("Красная звезда", СССР)

05.05.42: Немецкий солдат с винтовкой в руке для нас не человек, но фашист. Мы его ненавидим. Мы ненавидим каждого из них за все, что сделали они вкупе. Мы ненавидим белокурого или чернявого фрица, потому что он для нас — мелкий гитлеряга, виновник горя детей, осквернитель земли, потому что он для нас — фашист. Если немецкий солдат опустит оружие и сдастся в плен, мы его не тронем пальцем — он будет жить. Может быть грядущая Германия его перевоспитает: сделает из тупого убийцы труженика и человека. Пускай об этом думают немецкие педагоги. ("Красная звезда", СССР)

19.04.42: Такого Готтхагдта научили писать статьи и стрелять из различных пулеметов, кричать «хайль Гитлер» и распознавать сорта шампанского. Из него сделали подобье человека, и это ничтожное подобье восклицает: «Я не понимаю, почему люди идут на смерть?» Он не понимает, почему человек это — человек, а не гитлеровская тварь. Бездушный палач, он уверяет, что у нашего народа нет души. ("Красная звезда", СССР)

05.04.42: Мы слишком часто видим теперь фрицев, которые, хныча и вытирая рукавом нос, бормочут «Гитлер капут». Полезно восстановить образ летнего немца. Вот что писал Ганс Хайль в июле: «Русские — настоящие скоты. Приказ — в плен никого не брать. Любое средство для уничтожения противника правильно. Иначе нельзя расправиться с этим сбродом».

«Мы отрезали русским пленным подбородок, выкололи глаза, отрезали зады. Здесь существует один закон — беспощадное уничтожение. Все должно протекать без так называемой гуманности». «В городе каждую минуту раздаются выстрелы. Каждый выстрел означает, что еще одно человекоподобное русское животное отправлено куда следует». «Эта банда подлежит уничтожению. Мужчин и женщин, нужно всех расстреливать». ("Красная звезда", СССР)

10.03.42: Теперь кое-что поняли и фрицы... Они, наконец-то, догадались, что мы вооружены не вилами и не граблями. Они поняли, что мы их закидываем не теплыми шапками. Вначале они надеялись, что мы выступим против них с голыми руками. Они заготовили план войны: у них танки — у нас телеги, у них пушки — у нас охотничьи ружья, у них самолеты— у нас воробьи. Оказалось, что война разворачивается по несколько другому плану. ("Красная звезда", СССР)

03.03.42: Ворвавшись к нам, они спокойно пытали и с удовольствием вешали. На короткий срок они ошеломили нас своей наглостью: треском мотоциклов, беспорядочной пальбой, массовыми убийствами мирных жителей и светлыми бесстыжими глазами. Все это позади. Порода зверя изучена и описана. На зверя нашелся ловец. Летом наши бойцы называли немецких солдат «герман». Зимой они разжаловали германа в фрица. Эта короткая кличка выражает презрение. ("Красная звезда", СССР)

25.01.42: Два немецких генерала, видимо решили меня погубить: не хотят давать мне материала для моих статей. Я ведь падок на дневники фрицов и послания гретхен. Но пока что генералы меня порадовали: что может быть лучше для нашей пропаганды этих двух приказов?... Мы знаем все и без вас. Вы, может быть, думаете, что мы жаждем изучать вашу звериную психологию? Нет. Мы хотим одного — изничтожить ваше гитлерячье племя. ("Красная звезда", СССР)

03.12.41: Перед лакеями фон Риббентроп был великолепен... Его слова о русском народе настолько живописны, что их стоит выписать: «Русский человек туп, жесток и кровожаден. Он не понимает радости жизни. Ему неизвестны понятья прогресса, красоты и семьи». Ай да, Риббентроп! Какой он прыткий в берлинской лакейской! Как он отважно нападает на русских — у себя, дома, подальше от наших красноармейцев! Как ловко жонглирует словами этот разбитной коммивояжер!...

Русские — «тупой народ»? Мы многое придумали. Мы придумаем, как получше перебить этих прогрессивных погромщиков, тупую и зазнавшуюся немчуру. Есть у нас изобретатели. Может быть, весной какая-нибудь тупая бомба свалится на острую голову фон Риббентропа — надумаем и это...

Нет города уродливей, чем столица гитлеровской Германии с ее пузатыми бюргерами, с ее обер-лейтенантами, морды которых изрублены на дуэлях, с ее толстозадыми валькириями и пауком со свастикой на фасадах. ("Красная звезда", СССР)

12.10.41: Они говорят, что они чтут мораль. Это развратники, мужеложцы, скотоложцы. Они устроили у себя случные пункты. Это их скотское дело. Но они хватают русских девушек и тащат их в публичные дома, выдают их своей солдатне, они их насилуют, заражают сифилисом. Они говорят, что они сторонники национальной культуры. О культуре они ничего не слыхали. Культура для них это автоматические ручки и безопасные бритвы. Автоматическими ручками они записывают, сколько девушек они изнасиловали. Безопасными бритвами они бреются. А потом опасными бритвами отрезают носы, уши и груди у своих жертв...

Враг наступает. Враг грозит Москве. У нас должна быть одна только мысль — выстоять. Они наступают, потому что им хочется грабить и разорять. Мы обороняемся, потому что мы хотим жить. Жить, как люди, а не как немецкие скоты. ("Красная звезда", СССР)

20.08.41: «Фелькишер беобахтер» уверяет, что Россия ждет не дождется гитлеровцев. Правильно — их ждут наши пулеметчики и танкисты, артиллеристы и летчики. Их ждут партизаны с бутылками, а в бутылках не «шнапс»... ("Красная звезда", СССР)

09.08.41: Ворвавшись в Париж, гитлеровцы дефилировали под Триумфальной аркой. Им приказали кричать «гейль». Кричать они не могли — у них глотки были забиты едой. Казалось, что они трубят в трубы, но это были не трубы, а лионские колбасы, солдаты поспешно засовывали их в пасти. Об'евшись, они рыгали — это было их победной музыкой. Они уничтожили Париж мешками — с утра до ночи раздавалась команда: «Двадцать дамских рейтуз! Сорок шелковых рубашек! Триста метров английского коверкота!»... ("Красная звезда", СССР)

27.07.41: Эта женщина тупа и жестока. Она знает, как гитлеровцы уничтожают поляков, насилуют их жен, мучают их детей. И вот она жалуется, что гитлеровские палачи проявляют чересчур много «гуманности» к полякам. Смесь брани и сюсюканья в ее письме вызывает отвращение. Я не стал бы заниматься ее зоопсихологией — хватит с меня Гитлера и Гиммлера! Но письмо Кетхен показывает, в каком страхе живут обитатели «победоносной» Гитлерии. ("Красная звезда", СССР)

16.07.41: Это автоматы с невестами и с пулеметами. Конечно, можно их очеловечить, научить думать, сделать из них людей. Но для этого нужно очень много бомб — когда Хорсту Шустеру было хорошо, он ел курицу и кричал «ура». И впервые задумался, когда ему стало плохо. Поход на Советский Союз станет начальной школой для миллионов баранов. ("Красная звезда", СССР)

29.06.41: Трудно себе представить всю злобную пошлость, всю кровожадную глупость фашистских песен. Их издают в миллионах экземпляров. Достаточно привести несколько цитат, чтобы понять, что эти песни не для человеческого голоса, но для лая гиен или для мяукания мартовских котов: «Когда гранаты начнут грохотать, сердце будет в восторге смеяться. Вот что значит маршировать, когда нас ведет Гитлер!» ("Красная звезда", СССР)

* * * * * * *

1945:

11.04.45: И.Эренбург: Хватит! ("Красная звезда", СССР)
07.04.45: И.Эренбург: Перед финалом ("Красная звезда", СССР)

1944:

19.08.44: И.Эренбург: Горе им!* ("Красная звезда", СССР)
20.07.44: И.Эренбург: Путь к Германии* ("Красная звезда", СССР)
28.06.44: И.Эренбург: Наступление* ("Красная звезда", СССР)
22.06.44: И.Эренбург: Три года* ("Красная звезда", СССР)
13.04.44: И.Эренбург: Те же!* ("Красная звезда", СССР)
04.02.44: И.Эренбург: Немцы 1944* ("Красная звезда", СССР)**

Илья Эренбург, публицистика, Великая Отечественная война, газета Красная звезда1943:

Декабрь 1943:

29.12.43: И.Эренбург: Исповедь врага ("Красная звезда", СССР)**
19.12.43: И.Эренбург: Свидетели. Справедливость ("Красная звезда", СССР)
18.12.43: И.Эренбург: Стандартные убийцы ("Красная звезда", СССР)
17.12.43: И.Эренбург: Суд идет! ("Красная звезда", СССР)

Сентябрь 1943:

26.09.43: И.Эренбург: Смоленск* ("Красная звезда", СССР)**
02.09.43: И.Эренбург: Горе невольниц* ("Красная звезда", СССР)**

Август 1943:

26.08.43: И.Эренбург: Содом и Гоморра* ("Красная звезда", СССР)**

Июль 1943:

30.07.43: И.Эренбург: Фрицы этого лета* ("Красная звезда", СССР)
25.07.43: И.Эренбург: Орловское направление ("Красная звезда", СССР)
09.07.43: И.Эренбург: Страхи Германии* ("Красная звезда", СССР)
04.07.43: И.Эренбург: Великий и негасимый* ("Красная звезда", СССР)**

Июнь 1943:

30.06.43: И.Эренбург: Фриц-хитрец ("Красная звезда", СССР)
22.06.43: И.Эренбург: Два года* ("Красная звезда", СССР)
10.06.43: И.Эренбург: Ожидание* ("Красная звезда", СССР)

Май 1943:

09.05.43: И.Эренбург: Африка закончена ("Красная звезда", СССР)

Апрель 1943:

24.04.43: И.Эренбург: За человека!* ("Красная звезда", СССР)
06.04.43: И.Эренбург: Судьба одной семьи ("Красная звезда", СССР)

Февраль 1943:

26.02.43: И.Эренбург: "Новый порядок" в Курске* ("Красная звезда", СССР)
03.02.43: И.Эренбург: Эпилог* ("Красная звезда", СССР)
02.02.43: И.Эренбург: Сталинград** ("Красная звезда", СССР)

Январь 1943:

30.01.43: И.Эренбург: Взвешено. Подсчитано. Отмерено* ("Красная звезда", СССР)
26.01.43: И.Эренбург: Когда они отступают* ("Красная звезда", СССР)**
12.01.43: И.Эренбург: Русский писатель* ("Красная звезда", СССР)
10.01.43: И.Эренбург: Путь* ("Красная звезда", СССР)*
06.01.43: И.Эренбург: Французы* ("Красная звезда", СССР)
01.01.43: И.Эренбург: На пороге* ("Красная звезда", СССР)

1942:

Декабрь 1942:

31.12.42: И.Эренбург: Фриц-мистик ("Красная звезда", СССР)**
12.12.42: И.Эренбург: Судьба шакалов ("Красная звезда", СССР)
09.12.42: И.Эренбург: Русская мать ("Красная звезда", СССР)
08.12.42: И.Эренбург: На нашей земле ("Красная звезда", СССР)**
04.12.42: И.Эренбург: Заветное слово ("Красная звезда", СССР)

Ноябрь 1942:

27.11.42: И.Эренбург: Наступление продолжается ("Красная звезда", СССР)
22.11.42: И.Эренбург: Палач в истерике ("Красная звезда", СССР)**
20.11.42: И.Эренбург: Башкиры ("Красная звезда", СССР)
13.11.42: И.Эренбург: Гретхен ("Красная звезда", СССР)**
05.11.42: И.Эренбург: Кавказ ("Красная звезда", СССР)
03.11.42: И.Эренбург: Киргизы ("Красная звезда", СССР)
01.11.42: И.Эренбург: Евреи ("Красная звезда", СССР)

Октябрь 1942:

27.10.42: И.Эренбург: Татары* ("Красная звезда", СССР)**
25.10.42: И.Эренбург: Фриц-биолог* ("Красная звезда", СССР)**
20.10.42: И.Эренбург: Узбеки* ("Красная звезда", СССР)
18.10.42: И.Эренбург: Казахи* ("Красная звезда", СССР)
16.10.42: И.Эренбург: Бескорыстные гретхен* ("Красная звезда", СССР)**
15.10.42: И.Эренбург: Судьба колбасника* ("Красная звезда", СССР)**
14.10.42: И.Эренбург: Изысканный фриц* ("Красная звезда", СССР)**
11.10.42: И.Эренбург: Немец* ("Красная звезда", СССР)**
10.10.42: И.Эренбург: Осенние фрицы* ("Красная звезда", СССР)**
09.10.42: И.Эренбург: Так зреет победа* ("Красная звезда", СССР)**
08.10.42: И.Эренбург: Ожесточение* ("Красная звезда", СССР)**

Сентябрь 1942:

24.09.42: И.Эренбург: Фриц-нарцис* ("Красная звезда", СССР)
22.09.42: И.Эренбург: Суд скорый и правый* ("Красная звезда", СССР)
15.09.42: И.Эренбург: Фрицы о фрицах* ("Красная звезда", СССР)**
02.09.42: И.Эренбург: Вавилон* ("Красная звезда", СССР)

Август 1942:

30.08.42: И.Эренбург: Змеиное племя* ("Красная звезда", СССР)**
28.08.42: И.Эренбург: Ненависть и презрение* ("Красная звезда", СССР)
26.08.42: И.Эренбург: Казак и фрицы* ("Красная звезда", СССР)**
23.08.42: И.Эренбург: Пора!* ("Красная звезда", СССР)
21.08.42: И.Эренбург: Скоты* ("Красная звезда", СССР)**
19.08.42: И.Эренбург: Рабы под номерами* ("Красная звезда", СССР)**
16.08.42: И.Эренбург: Воровство — немецкое ремесло* ("Красная звезда", СССР)**
14.08.42: И.Эренбург: Россия ("Красная звезда", СССР)
13.08.42: И.Эренбург: Помни!** ("Красная звезда", СССР)**
09.08.42: И.Эренбург: Одесса* ("Красная звезда", СССР)
06.08.42: И.Эренбург: Когда фрицы психуют** ("Красная звезда", СССР)**
01.08.42: И.Эренбург: На рубеже ("Красная звезда", СССР)**

Июль 1942:

28.07.42: И.Эренбург: Судьба России* ("Красная звезда", СССР)
24.07.42: И.Эренбург: Убей!* ("Красная звезда", СССР)**
18.07.42: И.Эренбург: Сильнее смерти* ("Красная звезда", СССР)**
17.07.42: И.Эренбург: Угроза ("Красная звезда", СССР)
16.07.42: И.Эренбург: Трудный путь ("Красная звезда", СССР)
14.07.42: И.Эренбург: Отечество в опасности ("Красная звезда", СССР)
12.07.42: И.Эренбург: Орда на Дону* ("Красная звезда", СССР)
11.07.42: И.Эренбург: Дон зовет* ("Красная звезда", СССР)
08.07.42: И.Эренбург: Отобьем! ("Красная звезда", СССР)
05.07.42: И.Эренбург: Писатель-боец ("Красная звезда", СССР)

Июнь 1942:

30.06.42: И.Эренбург: Севастополь* ("Красная звезда", СССР)
27.06.42: И.Эренбург: Испытание огнем ("Красная звезда", СССР)
26.06.42: И.Эренбург: Петь или не петь?* ("Красная звезда", СССР)*
25.06.42: И.Эренбург: "Каштанка"* ("Красная звезда", СССР)*
21.06.42: И.Эренбург: Июнь ("Красная звезда", СССР)
16.06.42: И.Эренбург: Гад ("Красная звезда", СССР)
11.06.42: И.Эренбург: Фриц-философ* ("Красная звезда", СССР)**
10.06.42: И.Эренбург: Верность ("Красная звезда", СССР)*
07.06.42: И.Эренбург: Справедливость ("Красная звезда", СССР)
06.06.42: И.Эренбург: По дорогам войны* ("Красная звезда", СССР)

Май 1942:

30.05.42: И.Эренбург: Дикарь в Париже ("Красная звезда", СССР)
29.05.42: И.Эренбург: Прусский фельдфебель ("Красная звезда", СССР)
28.05.42: И.Эренбург: Скопище преступников ("Красная звезда", СССР)
27.05.42: И.Эренбург: Олухи ("Красная звезда", СССР)**
26.05.42: И.Эренбург: Оправдание ненависти ("Правда", СССР)
24.05.42: И.Эренбург: Немецкая лавочка* ("Красная звезда", СССР)
23.05.42: И.Эренбург: Рассудительный Фриц* ("Красная звезда", СССР)
22.05.42: И.Эренбург: Могилы палачей* ("Красная звезда", СССР)
21.05.42: И.Эренбург: Конец Габке* ("Красная звезда", СССР)
17.05.42: И.Эренбург: Гнев и надежда ("Красная звезда", СССР)
14.05.42: И.Эренбург: Иудин страх** ("Красная звезда", СССР)
13.05.42: И.Эренбург: Глубокая Мокатыха ("Красная звезда", СССР)
12.05.42: И.Эренбург: Берлинский шут** ("Красная звезда", СССР)
10.05.42: И.Эренбург: Их исправит могила** ("Красная звезда", СССР)**
09.05.42: И.Эренбург: Законы войны ("Красная звезда", СССР)
08.05.42: И.Эренбург: Фриц-историк* ("Красная звезда", СССР)
07.05.42: И.Эренбург: Как аукнется, так и откликнется* ("Красная звезда", СССР)
05.05.42: И.Эренбург: О ненависти** ("Красная звезда", СССР)*
01.05.42: И.Эренбург: Наша весна** ("Красная звезда", СССР)

Апрель 1942:

29.04.42: И.Эренбург: Весеннее наступление Гитлера* ("Красная звезда", СССР)
26.04.42: И.Эренбург: Генерал-оптимист* ("Красная звезда", СССР)
22.04.42: И.Эренбург: Лоскутная армия ("Красная звезда", СССР)
19.04.42: И.Эренбург: Душа народа** ("Красная звезда", СССР)**
17.04.42: И.Эренбург: Слова матери ("Красная звезда", СССР)*
14.04.42: И.Эренбург: Им страшно* ("Красная звезда", СССР)
12.04.42: И.Эренбург: Петушиные перья* ("Красная звезда", СССР)
10.04.42: И.Эренбург: Нежность палачей ("Красная звезда", СССР)*
09.04.42: И.Эренбург: "Секретная артиллерия Гитлера"** ("Красная звезда", СССР)
07.04.42: И.Эренбург: Волк воет ("Красная звезда", СССР)
05.04.42: И.Эренбург: Им не жить!** ("Красная звезда", СССР)**
03.04.42: И.Эренбург: Армия палачей* ("Красная звезда", СССР)*
02.04.42: И.Эренбург: Весенние дни* ("Красная звезда", СССР)*

Март 1942:

31.03.42: И.Эренбург: Фриц-литератор* ("Красная звезда", СССР)**
25.03.42: И.Эренбург: Фриц в Шмоленгсе ("Красная звезда", СССР)**
24.03.42: И.Эренбург: Заврались* ("Красная звезда", СССР)
19.03.42: И.Эренбург: Разочарованные туристы ("Красная звезда", СССР)**
15.03.42: И.Эренбург: Волчьи посулы ("Красная звезда", СССР)
14.03.42: И.Эренбург: Дело табак ("Красная звезда", СССР)
13.03.42: И.Эренбург: Мартовский ветер ("Красная звезда", СССР)
11.03.42: И.Эренбург: Перед весной ("Красная звезда", СССР)
10.03.42: И.Эренбург: Жалобы фрица* ("Красная звезда", СССР)**
08.03.42: И.Эренбург: Героини* ("Красная звезда", СССР)
07.03.42: И.Эренбург: Преждевременные всходы ("Красная звезда", СССР)*
06.03.42: И.Эренбург: За женскую честь!* ("Красная звезда", СССР)**
04.03.42: И.Эренбург: Центурионы и валюта ("Красная звезда", СССР)*
03.03.42: И.Эренбург: Презрение** ("Красная звезда", СССР)**
01.03.42: И.Эренбург: Самочувствие генерала Буша ("Красная звезда", СССР)

Февраль 1942:

28.02.42: И.Эренбург: Фриц-блудодей* ("Красная звезда", СССР)**
26.02.42: И.Эренбург: Другие песни ("Красная звезда", СССР)
23.02.42: И.Эренбург: Мужество ("Красная звезда", СССР)
22.02.42: И.Эренбург: «Пессимисты» ("Красная звезда", СССР)
21.02.42: И.Эренбург: Нутро фрица* ("Красная звезда", СССР)**
20.02.42: И.Эренбург: Нет! ("Красная звезда", СССР)
17.02.42: И.Эренбург: Вперед!* ("Красная звезда", СССР)
13.02.42: И.Эренбург: Последний куроед ("Красная звезда", СССР)
11.02.42: И.Эренбург: Фриц развинтился* ("Красная звезда", СССР)
10.02.42: И.Эренбург: Как они отдохнули ("Красная звезда", СССР)
08.02.42: И.Эренбург: Чудо ("Красная звезда", СССР)
06.02.42: И.Эренбург: Пятеро повешенных* ("Красная звезда", СССР)**
05.02.42: И.Эренбург: Весна ("Красная звезда", СССР)*
04.02.42: И.Эренбург: «Швабское приветствие» ("Красная звезда", СССР)
03.02.42: И.Эренбург: Мы вспомним!* ("Красная звезда", СССР)**
01.02.42: И.Эренбург: Бесноватый* ("Красная звезда", СССР)*

Январь 1942:

29.01.42: И.Эренбург: Великое одичание* ("Известия", СССР)**
29.01.42: И.Эренбург: Украина ждет* ("Красная звезда", СССР)
28.01.42: И.Эренбург: Они почувствуют!* ("Красная звезда", СССР)**
27.01.42: И.Эренбург: Великая битва ("Красная звезда", СССР)*
25.01.42: И.Эренбург: Горе от рассеянности ("Красная звезда", СССР)**
24.01.42: И.Эренбург: Второй день Бородина* ("Красная звезда", СССР)*
20.01.42: И.Эренбург: Преступление и наказание ("Красная звезда", СССР)*
17.01.42: И.Эренбург: Мы знаем ("Красная звезда", СССР)**
15.01.42: И.Эренбург: Голоштанники ("Красная звезда", СССР)
14.01.42: И.Эренбург: Весна в январе ("Красная звезда", СССР)**
10.01.42: И.Эренбург: Новая содержанка ("Красная звезда", СССР)
09.01.42: И.Эренбург: Разочарование наемника ("Красная звезда", СССР)*
08.01.42: И.Эренбург: Клок шерсти ("Красная звезда", СССР)**
06.01.42: И.Эренбург: Когда волк начинает блеять ("Красная звезда", СССР)
03.01.42: И.Эренбург: Новогодняя ночь ("Известия", СССР)
01.01.42: И.Эренбург: С Новым годом!* ("Красная звезда", СССР)

1941:

Декабрь 1941:

29.12.41: И.Эренбург: Русский климат* ("Красная звезда", СССР)**
27.12.41: И.Эренбург: Тигр хнычет** ("Красная звезда", СССР)
26.12.41: И.Эренбург: Ведьма в рубашке** ("Красная звезда", СССР)
23.12.41: И.Эренбург: Солнцеворот* ("Красная звезда", СССР)
21.12.41: И.Эренбург: Руки коротки ("Красная звезда", СССР)
14.12.41: И.Эренбург: Живые тени ("Красная звезда", СССР)
07.12.41: И.Эренбург: Русская музыка* ("Красная звезда", СССР)
05.12.41: И.Эренбург: Черная душа ("Красная звезда", СССР)
03.12.41: И.Эренбург: Ответ Риббентропу ("Красная звезда", СССР)

Ноябрь 1941:

30.11.41: И.Эренбург: Выморозить их!* ("Красная звезда", СССР)
14.11.41: И.Эренбург: Как воюет Россия* ("Красная звезда", СССР)
11.11.41: И.Эренбург: Им холодно* ("Красная звезда", СССР)
04.11.41: И.Эренбург: Испытание* ("Красная звезда", СССР)

Октябрь 1941:

28.10.41: И.Эренбург: Мы выстоим!* ("Красная звезда", СССР)**
14.10.41: И.Эренбург: Дни испытаний* ("Красная звезда", СССР)
12.10.41: И.Эренбург: Выстоять!* ("Красная звезда", СССР)**
10.10.41: И.Эренбург: В суровый час ("Красная звезда", СССР)
09.10.41: И.Эренбург: Страх ("Красная звезда", СССР)
08.10.41: И.Эренбург: Варвар под Ленинградом* ("Красная звезда", СССР)**
07.10.41: И.Эренбург: На черепах ("Красная звезда", СССР)
01.10.41: И.Эренбург: Уроки русского языка* ("Красная звезда", СССР)**

Илья Эренбург, публицистика, Великая Отечественная война, газета Красная звездаСентябрь 1941:

27.09.41: И.Эренбург: Киев* ("Красная звезда", СССР)
25.09.41: И.Эренбург: Когда немецкому полковнику не спится* ("Красная звезда", СССР)**
23.09.41: И.Эренбург: Жизнь и смерть ("Красная звезда", СССР)**
21.09.41: И.Эренбург: «Освободители» ("Красная звезда", СССР)
20.09.41: И.Эренбург: Пауки в банке* ("Красная звезда", СССР)
20.09.41: И.Эренбург: Они ответят* ("Известия", СССР)
18.09.41: И.Эренбург: "Сантиментальные туристы"* ("Красная звезда", СССР)**
17.09.41: И.Эренбург: Что они несут колхозникам ("Красная звезда", СССР)
16.09.41: И.Эренбург: Хорек в мундире ("Красная звезда", СССР)**
14.09.41: И.Эренбург: Когда они обезоружены* ("Красная звезда", СССР)*
05.09.41: И.Эренбург: Хуже зверей** ("Красная звезда", СССР)*
04.09.41: И.Эренбург: Клик-клак** ("Правда", СССР)

Август 1941:

31.08.41: И.Эренбург: Выстрел в Версале* ("Правда", СССР)
29.08.41: И.Эренбург: Ложь ("Красная звезда", СССР)
20.08.41: И.Эренбург: По два аршина ("Красная звезда", СССР)
13.08.41: И.Эренбург: Обер-хапуны ("Красная звезда", СССР)**
12.08.41: И.Эренбург: Отомстить!** ("Красная звезда", СССР)**
09.08.41: И.Эренбург: Мото-мех-мешочники ("Красная звезда", СССР)
08.08.41: И.Эренбург: Безработные гаулейтеры* ("Красная звезда", СССР)
08.08.41: И.Эренбург: Бескорыстные взломщики* ("Правда", СССР)
04.08.41: И.Эренбург: Фабрика убийц?* ("Правда", СССР)**
01.08.41: И.Эренбург: Индюк* ("Красная звезда", СССР)

Июль 1941:

Илья Эренбург, публицистика, Великая Отечественная война, газета Красная звезда30.07.41: И.Эренбург: Признания генерала фон Клейста* ("Красная звезда", СССР)
27.07.41: И.Эренбург: Тревожные дни в Дроссене ("Красная звезда", СССР)**
25.07.41: И.Эренбург: «Обезьяньи деньги» ("Красная звезда", СССР)
18.07.41: И.Эренбург: Коричневая вошь ("Красная звезда", СССР)**
16.07.41: И.Эренбург: Дневник немецкого унтер-офицера* ("Красная звезда", СССР)
13.07.41: И.Эренбург: Кто они?* ("Правда", СССР)
11.07.41: И.Эренбург: Гитлер просчитался* ("Красная звезда", СССР)
06.07.41: И.Эренбург: Бешеные волки ("Красная звезда", СССР)
06.07.41: И.Эренбург: Людоед ("Известия", СССР)**
04.07.41: И.Эренбург: Спесивые хвастуны из гитлеровской банды ("Красная звезда", СССР)

Июнь 1941:

29.06.41: И.Эренбург: Фашистские мракобесы ("Красная звезда", СССР)
26.06.41: И.Эренбург: Гитлеровская орда* ("Красная звезда", СССР)

1932:

16.12.32: И.Эренбург: Мысль в отставке ("Известия", СССР)


* * *

Библиография:

Илья Эренбург. Война (Июнь 1941 - апрель 1942). М.: Гос. изд-во худ. литературы, 1942 г.
Илья Эренбург. Война (Апрель 1942 — март 1943). М.: Гос. изд-во худ. литературы, 1943 г.
Илья Эренбург. Война (Апрель 1943 — март 1944). М.: Гос. изд-во худ. литературы, 1944 г.

______________________________________________
К.Симонов: Статьи о войне 1941-1945 (Спецархив)
А.Толстой: Избранная публицистика 1941-1945 (Спецархив)
К.Демидов: Избранная публицистика 1941-1945 (Спецархив)
А.Леонтьев: Избранная публицистика 1941-1945 (Спецархив)
Д.Заславский: Избранная публицистика 1941-1945 (Спецархив)
Э.Маккормик: Избранная публицистика 1941-1945 (Спецархив)
С.Сульцбергер: Избранная публицистика 1941-1945 (Спецархив)

Posts from This Journal by “1943” Tag

  • Н.Тихонов. Ленинград в августе

    Н.Тихонов || « Красная звезда» №205, 31 августа 1943 года Войска Южного фронта в результате ожесточенных боев разгромили Таганрогскую…

  • Салют столицы

    И.Бачелис || « Известия» №184, 6 августа 1943 года Наши героические войска после ожесточённых сражений овладели городами Орёл и Белгород.…

  • О чем вопиют орловские камни

    Б.Полевой || « Правда» №196, 7 августа 1943 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: Теперь окончательно рухнули надежды немцев и их прихвостней на…

  • Они шли на Курск...

    Л.Огнев || « Правда» №198, 9 августа 1943 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: От Советского Информбюро. Оперативная сводка за 8 августа (1 стр.). Указы…

  • Воздушный боец 1943 года

    М.Нога || « Красная звезда» №192, 15 августа 1943 года Сегодня — День авиации. Советские летчики — соколы нашей родины! Беспощадно громите…

  • Упорно сражаться за господство в воздухе

    « Красная звезда» №192, 15 августа 1943 года Сегодня — День авиации. Советские летчики — соколы нашей родины! Беспощадно громите врага в воздухе,…

  • Управление воздушным боем

    И.Сарак || « Красная звезда» №135, 10 июня 1943 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: Сообщения Советского Информбюро (1 стр.). Указ Президиума Верховного…

  • Славные победы Красной Армии

    « Известия» №185, 7 августа 1943 года «Красная Армия, выполняя план Верховного Главнокомандования, за месяц боёв ликвидировала наступление…

  • В нашем Орле

    Б.Галин || « Красная звезда» №184, 6 августа 1943 года Вчера наши войска после ожесточенных боев овладели городами Орел и Белгород. Честь и…



  • 1

Владимир Огнев. Эренбург. Несколько штрихов

Портрет Эренбурга
Худ. Пабло Пикассо, 1948 год
Эренбург убей немца, Эренбург публицистика
Я боялся Эренбурга.

Он представлялся мне — и по написанному им, и по рассказам людей, которые его знали близко, — не то что колючим ежиком, но неким дикобразом. А как все самолюбивые люди, я бы такого контакта не перенес.

Я любил и ценил Эренбурга. Его стиль, о котором приходилось слышать небрежные оценки, упрекающие в “нерусской традиции”, скороговорке и пресловутой “телеграфности”, как раз и привлекал меня, соответствовал моему представлению о развитии стиля именно русской прозы (другой я тогда и не знал).

Я терпеть не мог скучных, длинных периодов современников, якобы разветвленными и сложноподчиненными периодами соответствующих традиции “классиков”. Федот, да не тот. Умная и тонкая мысль совсем не обязательно упаковывается в предложение длиною в абзацы. Скорее она блуждает там, запутываясь и обнажая приблизительность, а не точность мысли.

Мастера оговорочек никогда не пользовались моей симпатией.

Приблизительность, маскирующаяся в глубокомыслие, вызывала раздражение....

Эренбург тут был, как никто, кстати. Как пример, в частности, ясного и недвусмысленного отстаивания интересов искусства, без зауми культовых заклинаний.

Когда он писал “Французские тетради” (а это было в самом конце 50-х), он говорил о необходимости свободы для русской культуры — то обиняками, то прямыми аллюзиями. Цитируя Монтескье, Эренбург знал, в кого метит: “Нужно быть правдивым во всем, даже в том, что касается родины. Каждый гражданин обязан умереть за свою родину, но никого нельзя обязать лгать во имя родины”...

Сложился нелепый стереотип отношения к Эренбургу как защитнику нашего во многом неправого общества перед Западом. Но я полагаю, что главное в его деятельности — постоянная прививка нашему образу жизни ориентиров западной культуры, настоящей, вековой, общие корни которой с Россией несомненны со времен эллинизма...

Модное когда-то словечко “космополитизм” прочнее всего приклеилось к Эренбургу. А он был человеком мира не первый. Вот слова В. Ф. Одоевского: “Согласимся, пожалуй, с Бентамом и при всяком происшествии будем спрашивать самих себя, на что оно может быть полезно, но в следующем порядке:

1-е — человечеству,

2-е — родине,

3-е — кругу друзей или семейству,

4-е — самим себе.

Начинать эту прогрессию наизворот есть источник всех зол... Что только полезно самим нам, то, отражаясь о семейство, о родину, о человечество, непременно возвратится к самому человеку в виде бедствия”.

Я как-то спросил Эренбурга: знает ли он это высказывание Одоевского и то, что оно столь близко другому высказыванию — Монтескье, который еще в 1729 году писал: “Если бы я знал что-либо полезное мне, но вредное моей семье, я бы это отстранил. Если бы я знал что-либо полезное моей семье, но не моей родине, я постарался бы об этом забыть. Если бы я знал что-либо полезное моей родине, но несущее опасность Европе, или что-нибудь полезное Европе, но несущее опасность человечеству, я рассматривал бы это как преступление”. Илья Григорьевич был в восторге от моего сближения: “Вполне, вполне возможно, что Одоевский просто по памяти цитировал Монтескье! Интересно”. Он взял с полки томик Монтескье и вслух прочитал французский текст. “Да. Ошибки нет. Остается посмотреть, как там у Бентама... Но его у меня, кажется, и не было в библиотеке...”

— Хотите еще сближение? — спросил я, осмелев.

— Ну...

— Маяковский: “Я хотел бы жить и умереть в Париже,/если б не было такой земли — Москва!” Не кажется ли вам, что это — Карамзин?

Эренбург пожал плечами, но поощрительно улыбался.

— Цитирую по памяти, — сказал я, — я хочу жить и умереть в моем любезном отечестве; но после России нет для меня земли приятнее Франции...

— А ведь я это цитировал как-то, но в другой связи! Конечно, похоже. Подумайте... А Маяковский в Париже больше в карты играл...



---------------------------------------------------------------------
Владимир Огнев. Эренбург. Несколько штрихов
"Вопросы литературы" 2000, #4

Edited at 2015-06-11 07:49 am (UTC)

А.С. Щербаков: зажирели до войны...

Илья Эренбург.
Фото М.Наппельбаума, 1934
Илья Эренбург, Эренбург убей немца, Эренбург публицистика
Еще в первые дни войны Лозовский собрал писателей, говорил о важности газетной работы. Некоторые тогда ему сказали, что нужно отказаться от штампов, предоставить писателям возможность говорить с читателями своим голосом. Лозовский многое понимал, но у него были ограниченные возможности: решал А.С. Щербаков. В моей записной книжке несколько строк посвящены длинному и трудному разговору с Александром Сергеевичем. (Это было 3 сентября.) Когда я сказал, что штампованные статьи люди читают равнодушно, Щербаков ответил: «Зажирели до войны...» Потом разговор перешел на союзников. Щербаков сказал, что я должен ежедневно писать для Запада. Я заметил, что мои статьи в Совинформбюро режут или вовсе задерживают. Он рассердился: «А вы не оригинальничайте...»

В другое время такой разговор меня обескуражил бы, но я продолжал работать: мне было не до сомнений. Наверно, такие минуты переживали тогда многие — одни в тылу, другие на фронте, сталкиваясь с беспорядком, ограниченностью, несправедливостью. Никто, однако, не останавливался на наших пороках, не прерывал своей работы, борьбы; жертвовали все и всем. Горше времени, кажется, не придумаешь, а люди, его пережившие, вспоминают о нем с гордостью.

Писатели долго (разумеется, не по своей воле) обходили первые месяцы войны молчанием, начиная повествование с контрнаступления в декабре 1941 года. А между тем все было решено именно в первые месяцы, тогда народ показал свою душевную силу...


_______________________________________________________________
Илья Эренбург. Люди, годы, жизнь. Книга 5
Москва, Советский писатель, 1990. Т.2, стр. 235-236

Edited at 2017-03-12 02:19 pm (UTC)

Иностранцы ломали себе голову...

Илья Эренбург
Худ. Н.Андреев, 1923 год
Илья Эренбург, Эренбург убей немца, Эренбург публицистика
Помню речь Сталина в ноябре 1941 года. Меня резанули слова о «перепуганных интеллигентиках». Конечно, были и среди интеллигенции люди растерявшиеся, но уж никак не больше, чем в других слоях населения. Не знаю, почему Сталин еще раз выбрал нашу битую и недобитую интеллигенцию как козла отпущения. Интеллигенция была с народом, сражалась на фронте, работала в санбатах, на военных заводах. Напомню о писателях: с первого дня почти все делали, что могли. Гайдар, Крымов, Лапин, Хацревин, Петров, Ставский, Уткин, Вишневский, Гроссман, Симонов, Твардовский, Кирсанов, Сурков, Лидин, Габрилович, многие другие сразу уехали на фронт. Все мы хлебнули горя не только потому, что армия Гитлера была действительно сильной, но и потому, что видели, как тяжело сказались на обороне предвоенные годы: бахвальство, фимиам и окрики, окостенение аппарата, а главное, страшные потери, нанесенные до войны командному составу Красной Армии, да и всем «интеллигентикам».

Я просмотрел комплекты старых газет, с июля по ноябрь 1941 года,— имя Сталина почти не упоминалось, впервые за долгие годы не было ни его портретов, ни восторженных эпитетов; дым близких разрывов прогнал дым кадильниц. (Значит, и Сталин понял, что ему нужно потесниться.) Одни знали, что защищают Октябрьскую революцию от тупого, жестокого фашизма, другие думали о родном домике, но народ держался, сражался, и вместе с народом шла в бой советская интеллигенция.

Иностранцы ломали себе голову: хотели разгадать, откуда у русских столько выдержки. Были такие, что отделывались по шпаргалке: «русским мистицизмом», «долготерпением», «фатализмом Востока». После контрнаступления под Москвой один американский журналист говорил мне: «Никакой загадки тут нет — вас спасли размеры территории». На первый взгляд это казалось убедительным, но меня не убедило. Я помнил, как в Испании фашисты, почти не останавливаясь, прошли от Кадикса до предместий Мадрида и неожиданно для себя натолкнулись на яростное сопротивление. Будь Москва ближе к Бресту, декабрь мог бы приключиться в сентябре или в октябре...


_______________________________________________________________
Илья Эренбург. Люди, годы, жизнь. Книга 5
Москва, Советский писатель, 1990. Т.2, стр. 237-238

Edited at 2017-03-12 02:23 pm (UTC)

В моих статьях не было никаких оригинальных мыслей...

Илья Эренбург
Берлин, 1922
Илья Эренбург, Эренбург убей немца, Эренбург публицистика
В середине октября в нашем доме в Лаврушинском переулке мало кто остался. Я не хотел уезжать. Вдруг позвонил Е.П.Петров: приказ Щербакова эвакуировать Информбюро и группу писателей, которая при нем состоит. В суматохе первых месяцев меня забыли ввести в штаты. Редактор «Красной звезды» считал меня своим. А Щербаков говорил, что я должен работать для заграницы, важнее всего, чтобы я посылал статьи через Информбюро. Щербаков был секретарем ЦК, и спорить с ним не приходилось....

Редактор «Красной звезды» генерал Ортенберг (он же Вадимов) сразу решил меня прикрепить к своей газете; говорил, что фронтовикам нравятся мои статьи. Однажды, это было еще в июле, он сказал, что я должен написать передовую. Я попытался возразить: вот этого я не умею. Он ответил: «На войне нужно все уметь». Два часа спустя я принес ему статью; он начал читать и рассмеялся, а смеялся он очень редко, да и не было в статье ничего веселого. «Какая же это передовица? С первой фразы видно, кто написал...» Оказалось, что передовые нужно писать так, чтобы все слова были привычными. Ортенберг подписал под статьей мое имя: «Пойдет на третьей полосе...»

Может быть, фронтовикам нравились мои короткие статьи именно потому, что они не походили на передовицы. А может быть, потому, что мне порой удавалось выразить частицу того, что люди тогда чувствовали. Обычно война приносит с собой ножницы цензора; а у нас в первые полтора года войны писатели чувствовали себя куда свободнее, чем прежде.

Вот несколько фраз из моих статей того времени. «Враг наступает. Враг грозит Москве. У нас должна быть только одна мысль — выстоять». «Вероятно, мы сможем исправить наши недостатки, но и со всеми нашими недостатками мы выстоим. Может быть, врагу удастся еще глубже врезаться в нашу страну. Мы готовы и к этому. Мы не сдадимся. Мы перестали жить по минутной стрелке, от утренней сводки до вечерней. Мы перевели дыхание на другой счет. Мы смело глядим вперед: там горе и там победа...» «Многие у нас привыкли к тому, что за них кто-то думает. Теперь не такое время. Теперь каждый должен взять на себя всю тяжесть ответственности... Не говори, что кто-то за тебя думает. Не рассчитывай, что тебя спасет другой...» «Плохо ли, хорошо ли, но мы жили у себя дома. Немцы несут гибель всем...» «Мы многого не понимали. У нас были седые люди с душой младенца. Теперь у нас и дети все понимают. Мы выросли на сто лет...»

Не знаю, почему А.С.Щербаков обвинил меня в оригинальничании. По фразам, которые я переписал, видно, что в моих статьях не было никаких оригинальных мыслей. А фронтовики их читали, видимо, с охотой: каждый день я получал много писем от солдат и офицеров.

Я писал тогда в газете «Литература и искусство»: «Придет время для «Войны и мира». Теперь у нас война без кавычек — не роман, а жизнь... Писатель должен уметь писать не только для веков, но и для короткой минуты, если в эту минуту решается судьба его народа...»

В мирное время каждому писателю хочется, как и композитору, услышать нечто еще невнятное другим. Это не всегда удается, чаще писатель оказывается в роли музыканта, облюбовавшего тот или иной инструмент. Бывают, однако, времена, когда писатель только инструмент — труба или свирель, которую находят на дороге и которая звенит потому, что в нее врывается дыхание других...


_________________________________________________________________
Илья Эренбург. Люди, годы, жизнь. Книга 5
Москва, Советский писатель, 1990. Т.2, стр. 239-242


Edited at 2017-03-12 02:36 pm (UTC)

Мы не знали подлинной ненависти к немецкой армии

Илья Эренбург (1944)
Илья Эренбург, Эренбург убей немца, Эренбург публицистика
Разговаривая с бойцами в первые месяцы войны, я то испытывал гордость, то доходил до отчаяния. Конечно, мы были вправе гордиться тем, что советские учителя воспитывали детей и подростков в духе братства. Но мы сдавали за городом город, а я не раз слышал от красноармейцев, что солдат противника пригнали к нам капиталисты и помещики, что, кроме Германии Гитлера, существует другая Германия, что если рассказать немецким рабочим и крестьянам правду, то они побросают оружие. Многие в это искренне верили, другие охотно к этому прислушивались — немцы стремительно продвигались вперед, а человеку всегда хочется на что-то надеяться.

Люди, защищавшие Смоленск или Брянск, повторяли то, что слышали сначала в школе, потом на собраниях, что читали в газетах: рабочий класс Германии силен, это передовая индустриальная страна, правда, фашисты, поддерживаемые магнатами Рура и социал-предателями, захватили власть, но немецкий народ против них, он продолжает бороться. «Конечно, — говорили красноармейцы, — офицеры — фашисты, наверное, и среди солдат попадаются люди, сбитые с толку, но миллионы солдат идут в наступление только потому, что им грозит расстрел». Наша армия в первые месяцы не знала подлинной ненависти к немецкой армии...

Редкие пленные (главным образом танкисты), которых я видел в первые месяцы войны, держались самоуверенно, считали, что с ними приключилась неприятность, но что не сегодня завтра их освободят наступающие части. Один даже предложил командиру полка сдаться на милость Гитлера: «Я гарантирую всем нашим солдатам жизнь и хорошее содержание в лагере для военнопленных. А к рождеству война кончится, и вы вернетесь домой». Среди этих военнопленных были рабочие. Правда, после неудачи под Москвой я впервые услышал от перепуганных пленных «Гитлер капут», но летом 1942 года, когда немцы двинулись на Кавказ, они снова уверовали в свою непобедимость. На допросах пленные держались осторожно — боялись и русских и своих товарищей. А если и попадались солдаты, искренне ругавшие Гитлера, то это были главным образом крестьяне из глухих деревень Баварии, католики, отцы семейств. Настоящий перелом начался только после Сталинграда, да и то до лета 1944 года сотни миллионов листовок приносили мизерное количество перебежчиков...


___________________________________________________
Илья Эренбург. Люди, годы, жизнь. Книга 5
Москва, Советский писатель, 1990. Т.2, стр. 246-247

Edited at 2017-03-12 02:34 pm (UTC)

Я должен был предупредить наших бойцов...

Илья Эренбург беседует с жителями освобожденного села.
Снимок С.Фридлянда, 1943 год
Илья Эренбург, Эренбург убей немца, Эренбург публицистика, зверства фашистов над мирным населением, фашизм и женщина
В начале войны у наших бойцов не только не было ненависти к врагу, в них жило некоторое уважение к немцам, связанное с преклонением перед внешней культурой. Это тоже было результатом воспитания. В двадцатые и тридцатые годы любой советский школьник знал, каковы показатели культуры того или иного народа — густота железнодорожных сетей, количество автомашин, наличность передовой индустрии, распространенность образования, социальная гигиена. Во всем этом Германия занимала одно из первых мест. В вещевых мешках пленных красноармейцы находили книги и тетради для дневников, усовершенствованные бритвы, а в карманах фотографии, замысловатые зажигалки, самопишущие ручки. «Культура — восхищенно и в то же время печально говорили мне красноармейцы, пензенские колхозники, показывая немецкую зажигалку, похожую на крохотный револьвер.

Помню тяжелый разговор на переднем крае с артиллеристами. Командир батареи получил приказ открыть огонь по шоссе. Бойцы не двинулись с места. Я вышел из себя, назвал их трусами. Один мне ответил: «Нельзя только и делать, что палить по дороге, а потом отходить, нужно подпустить немцев поближе, попытаться объяснить им, что пора образумиться, восстать против Гитлера, и мы им в этом поможем». Другие сочувственно поддакивали. Молодой и на вид смышленый паренек говорил: «А в кого мы стреляем? В рабочих и крестьян. Они считают, что мы против них, мы им не даем выхода...»

Конечно, самым страшным было в те месяцы превосходство немецкой военной техники: красноармейцы с «бутылками» шли на танки. Но меня не менее страшили благодушие, наивность, растерянность.

Я помнил «странную войну» — торжественные похороны немецкого летчика, рев громкоговорителей... Война — страшное, ненавистное дело, но не мы ее начали, а враг был силен и жесток. Я знал, что мой долг показать подлинное лицо фашистского солдата, который отменной ручкой записывает в красивую тетрадку кровожадный, суеверный вздор о своем расовом превосходстве, вещи бесстыдные, грязные и свирепые, способные смутить любого дикаря. Я должен был предупредить наших бойцов, что тщетно рассчитывать на классовую солидарность немецких рабочих, на то, что у солдат Гитлера заговорит совесть, не время искать в наступающей вражеской армии «добрых немцев», отдавая на смерть наши города и села. Я писал: «Убей немца



_____________________________________________________________________
Илья Эренбург. Люди, годы, жизнь. Книга 5
Москва, Советский писатель, 1990. Т.2, стр. 247-248

Edited at 2017-03-12 02:37 pm (UTC)

Война не школа морали

Писатель Илья Эренбург в гостях у танкистов
Снимок 1942 года
Илья Эренбург, статьи о войне
Я прочитывал ежедневно немецкие газеты, военные приказы, дневники и письма немецких солдат: мне нужно было показать духовное убожество фашистов, показать точно, документально.

На войне человеку хочется порой улыбнуться, и я не только обличал солдат Гитлера, я над ними и посмеивался. Кажется, одним из первых я пустил в ход прозвище «фриц». Вот названия некоторых коротких статей (я писал каждый день): «Фриц-философ», «Фриц-нарцисс», «Фриц-блудодей», «Фриц в Шмоленгсе», «Фриц-мистик», «Фриц-литератор» и так далее — десятки, сотни.

Впервые я увидел ненависть к врагу, когда наши части при контрнаступлении под Москвой заняли сожженные немцами деревни. У головешек грелись женщины, дети. Красноармейцы ругались или злобно молчали. Один со мной разговорился, сказал, что ничего не может понять — он считал, что города бомбят потому, что там начальство, казармы, газеты. Но зачем немцы жгут избы? Ведь там бабы, дети. А на дворе стужа... В Волоколамске я долго глядел на виселицу, сооруженную фашистами. Глядели на нее и бойцы... Так рождалось новое чувство, и это предрешило многое.

Война, начатая фашистской Германией, не походила на прежние войны: она не только губила и калечила тела, она искажала душевный мир людей и народов. Гитлеровцам удалось внушить миллионам немцев пренебрежение к людям другого происхождения, лишить солдат моральных тормозов, превратить аккуратных, честных, работящих обывателей в «факельщиков», сжигающих деревни, устраивающих охоту на стариков и детей. Прежде в любой армии встречались садисты или мародеры — война не школа морали. Но Гитлер вовлек в массовые зверства не только эсэсовцев, гестаповцев, профессиональных или самодеятельных палачей, а всю свою армию, связал десятки миллионов немцев круговой порукой. Я вспомнил одного белобрысого, на вид добродушного немца; до войны он работал мастером в Дюссельдорфе, у него там была семья; он бросил русского младенца в колодец, потому что страдал бессонницей, принял несколько таблеток люминала, а ребенок не давал ему уснуть. Я держал в руках мыло со штампом «чисто еврейское мыло» — его изготовляли из трупов расстрелянных. Да что вспоминать — это описано в тысячах книг.



_________________________________________________________________
Илья Эренбург. Люди, годы, жизнь. Книга 5
Москва, Советский писатель, 1990. Т.2, стр. 249-250

Edited at 2017-03-12 02:42 pm (UTC)

Жри, сволочь!

Советский лейтенант угощает пленных немцев сигаретами. Курская дуга
Фото М.Савина, 1943 год
как русские немцев били, потери немцев на Восточном фронте, пленные немцы, пленные немцы в советской армии, немцы в советском плену, немецкий солдат
Русский человек добродушен, его нужно очень обидеть, чтобы он рассвирепел; в гневе он страшен, но быстро отходит. Однажды я ехал на «виллисе» к переднему краю — меня попросили среди пленных отыскать эльзасцев. Шофер был белорусом; незадолго до этого он узнал, что его семью убили немцы. Навстречу вели партию пленных. Шофер схватил автомат, я едва успел его удержать. Я долго разговаривал с пленными. Когда мы ехали назад на КП, шофер попросил у меня табаку. С табаком тогда было плохо, накануне раздобыв в штабе дивизии две пачки, я одну отдал водителю. «Где же твой табак?..» Он молчал. Наконец ему пришлось признаться: «Пока вы разговаривали с вашими французами, фрицы меня обступили. Я спросил, есть ли среди них шоферы. Двое шоферов было, я им дал закурить. Здесь все начали клянчить... Одно из двух — или пускай их всех убивают, а если нельзя, так курить-то человеку нужно...»

Это было в 1943 году, а год спустя возле Минска в Тростянце, где гитлеровцы убивали женщин, детей, я снова убедился в отзывчивости наших людей. Наши солдаты злобно ругались, говорили, что не нужно никого брать в плен. Рядом в лесочке держалась группа немцев. Привели одного пленного пехотинца. Майор попросил меня быть переводчиком. Когда пленного спросили, много ли солдат в лесу, он ответил, что ему трудно говорить — его мучает жажда. Ему принесли в кружке воды. Он поморщился, сказал, что кружка грязная, и вытер носовым платком края. Меня это разозлило: когда человека мучает жажда, он не привередничает. А солдаты, вначале кричавшие, что нечего с ним разговаривать, пристрелить зверя, успели отойти, и полчаса спустя один принес пленному миску супа: «Жри, сволочь!»



___________________________________________________________________
Илья Эренбург. Люди, годы, жизнь. Книга 5
Москва, Советский писатель, 1990. Т.2, стр. 250-251

Edited at 2017-03-12 02:50 pm (UTC)

Немцы меня считали исчадием ада

Геббельсу нужно было пугало, и он распространил легенду о еврее Илье Эренбурге, который жаждет уничтожить немецкий народ.

У меня сохранились вырезки из немецких газет, радиоперехваты, листовки. Гитлеровцы часто писали обо мне, говорили, что я толстый, косой, с кривым носом, что я очень кровожаден, что в Испании я похитил музейные ценности на пятнадцать миллионов марок и продал их в Швейцарии, что меня обслуживает тот же биржевой маклер, что и голландскую королеву Вильгельмину, что мои капиталы размещены в бразильских банках, что я каждый день бываю у Сталина и составил для него план уничтожения Европы, назвав его «Трест Д.Е.», что я хочу превратить в пустыни земли, лежащие между Одером и Рейном, что я призываю насиловать немок и убивать немецких детей.

В приказе от 1 января 1945 года меня удостоил внимания сам Гитлер: «Сталинский придворный лакей Илья Эренбург заявляет, что немецкий народ должен быть уничтожен».

Пропаганда сделала свое дело: немцы меня считали исчадием ада. В начале 1945 года я был в городе Восточной Пруссии Бартенштейне, накануне занятом нашими частями. Советский комендант попросил меня пойти в немецкий госпиталь и объяснить, что ничто не угрожает ни немецкому медицинскому персоналу, ни раненым. Я долго успокаивал главного врача: наконец он сказал: «Хорошо, но вот Илья Эренбург...» Мне надоело с ним разговаривать, и я ответил: «Не бойтесь, Ильи Эренбурга здесь нет — он в Москве». Врач несколько успокоился...



_______________________________________________________________________
Илья Эренбург. Люди, годы, жизнь. Книга 5
Москва, Советский писатель, 1990. Т.2, стр. 251

Edited at 2017-03-12 03:05 pm (UTC)

Мемуары убийцы и насильника

В 1944 году командующий армейской группой «Норд», желая приподнять своих солдат, обескураженных отступлением, писал в приказе: «Илья Эренбург призывает азиатские народы «пить кровь» немецких женщин. Илья Эренбург требует, чтобы азиатские народы насиловали немецких женщин: «Берите белокурых женщин — это наша добыча!» Илья Эренбург будит низменные инстинкты степи. Подлостью было бы отступить, ибо немецкие солдаты теперь защищают своих жен». Узнав об этом приказе, я тотчас написал в «Красной звезде»: «Когда-то немцы подделывали документы государственной важности. Они докатились до того, что подделывают мои статьи. Цитаты, которые немецкий генерал приписывает мне, выдают автора, только немец способен сочинить подобные пакости. Мы идем в Германию за другим: за Германией».

Легенда, созданная гитлеровским генералом, пережила и крах третьего рейха, и Нюрнбергский процесс, и многое другое.

В 1960 году муниципалитет Вены пригласил меня участвовать во встрече представителей искусства и литературы. Вскоре после этого я получил письмо от организатора встречи, австрийского социал-демократа, в котором он спрашивал меня, правда ли, что я в годы войны призывал насиловать немок. Западно-германский журнал «Шпигель» разъяснил, что «документы» о моем страшном прошлом были представлены венцам посольством Германской Федеративной Республики. А недавно Киндлер, издатель немецкого перевода моей книги «Люди, годы, жизнь», проживающий в Мюнхене, передал мне забавные фотодокументы. Оказалось, некто Юрген Торвальд в 1950 году опубликовал в Штутгарте историю войны, в которой писал: «В течение трех лет Илья Эренбург свободно, открыто, полный ненависти, говорил красноармейцам, что немецкие женщины будут их военной добычей». Оказалось также, что Юрген Торвальд — не кто иной, как Гейнц Богарц, который в 1941 году выпустил книгу, восхвалявшую Гитлера, и посвятил ее военному преступнику адмиралу Редеру.

В 1962 году мюнхенская газета «Зольдатен центунг» начала кампанию против издания в Западной Германии моей книги. Разумеется, газета припомнила о мнимой листовке с призывом насиловать немок; грозила издателю, называла меня «величайшим в мировой истории преступником». Некоторые писатели, как, например, Эрнст Юнгер, поддержали фашистский листок. Другие, однако, возмутились. Киндлер доказал, что Торвальд повторил ложь Геббельса; и все же до сих пор реваншисты продолжают повторять: «Мемуары убийцы и насильника».

Повторяю — дело не во мне. Но среди пятидесяти миллионов жертв второй мировой войны нет одной — фашизма. Он пережил май 1945 года, поболел, похандрил, но выжил.

В годы войны я повторял изо дня в день: мы должны прийти в Германию, чтобы уничтожить фашизм. Я боялся, что все жертвы, подвиг советского народа, отвага партизан Польши, Югославии, Франции, горе и гордость Лондона, печи Освенцима, реки крови — все это может остаться бенгальским огнем победы, эпизодом истории, если снова возьмет верх низкая, нечистая политика.



________________________________________________________________________
Илья Эренбург. Люди, годы, жизнь. Книга 5
Москва, Советский писатель, 1990. Т.2, стр. 252-253

Edited at 2017-03-12 02:51 pm (UTC)

Немец
Плакат. Худ. П.Соколов-Скаля, текст И.Эренбург
Окно ТАСС №718, 13 мая 1943 года
Эренбург убей немца, Эренбург публицистика, что творили гитлеровцы с русскими прежде чем расстрелять, что творили гитлеровцы с русскими женщинами, зверства фашистов, зверства фашистов над женщинами, зверства фашистов над детьми, издевательства фашистов, преступления фашистов, фашистские палачи
НЕМЕЦ

Она погибла, как играла,
С улыбкой детской на лице.
И только ниточка кораллов
Напоминала о конце.

Подходит ночь. Я вижу немца,
Как молча он ее пытал.
Как он хозяйским полотенцем
Большие руки вытирал.

И вижу я в часы ночные,
Когда смолкают голоса,
Его холодные, пустые,
Его стеклянные глаза.

Как он пошел за нею следом,
Как он задвижку повернул,
Как он спокойно пообедал,
И как спокойно он уснул.

И ходит он, дома обходит,
Убьет, покурит и уснет,
Жене напишет о погоде,
Гостинцы дочери пошлет.

И равнодушные, сухие,
Его глаза еще глядят.
И до утра не спит Россия,
И до утра бойцы не спят.

И жадно вглядываясь в темень,
Они ведут свой счет обид,
И не один уж мертвый немец
В земле окаменелой спит.

Но говорят бойцы друг другу,
Что немец тот — еще живой,
С крестом тяжелым за заслугу,
С тяжелой тусклой головой.

В пустой избе, над ржавым тазом
Он руки вытянул свои
И равнодушно рыбьим глазом
Глядит на девушку в крови.

Глаза стеклянные, пустые
Не выражают ничего.
И кажется, что вся Россия
В ночном дозоре ждет его.

Илья Эренбург.
28 ноября 1942 года, "Красная звезда", СССР*.

* * *

08.12.42: Когда говорят, что есть хорошие и плохие немцы, я молчу. Я знаю, что фриц только тогда хорош, когда он зарыт... Передо мной письмо унтер-офицера Мартина Бергеда его брату Герберту Бергеду. Мартин находится в Германии в городе Галле. Герберт еще недавно находился в России. Мартин писал: «Присутствовал ли ты при массовых расстрелах? Это все-таки должно быть ужасно. Но как иначе поступать с этой сволочью? Самое простое заставить их вырыть себе могилы и затем — выстрел в затылок. Тогда по крайней мере эта шайка не будет пожирать наш хлеб»...

Можно не сомневаться, что Герберт Бергед следовал наставлениям брата. Герберта уже нет: зарыт. Но может ли мириться совесть с тем, что Мартин жив, что не сегодня-завтра он прикатит из Галле в Россию, что миллионы сородичей Мартина поступают согласно советам поганого унтер-офицера? Где они, праведники? Их неслышно и невидно. На нашей земле — палачи-немцы. ("Красная звезда", СССР)

24.01.42: Можайск сразу стал тылом. Срывают со стен немецкие бумажонки. Вставляют фанеру в рамы. В магазине суета: завтра начнут отпускать хлеб, крупу, конфеты. Только березовые кресты в центре города напоминают о трех месяцах немецкого ига.

Вот идет по улице немолодая женщина. Она знает, что такое немцы. Ее мужу Валентину Николаевичу Николаеву, учителю математики и пенсионеру, было шестьдесят два года. Он шел по улице вынул носовой платок. Немцы его расстреляли — за то, что он «сигнализировал русским летчикам».

За что они убили двенадцатилетнего девочку, изнасиловав ее? За что повесили неизвестного патриота? Не нужно спрашивать: на то они немцы. ("Красная звезда", СССР)

Edited at 2015-06-11 07:52 am (UTC)

Писатель И.Г.ЭРЕНБУРГ
Лауреат Сталинской премии первой степени - за роман «Падение Парижа».

"Красная звезда", 12 апреля 1942 года.
Писатель И.Г.ЭРЕНБУРГ, Эренбург убей немца, Эренбург публицистика
12.04.42: Да, человеку уже давно не двадцать и не тридцать, он носит мешковатый штатский костюм, и в его походке, в движениях, в привычке медлительно разговаривать нет ничего от военного. Но его внешность никого не может обмануть. Этот немолодой штатский человек — солдат. Прежде всего — солдат. Мало того — солдат передовой линии.

Эренбург не любит употреблять в своих статьях местоимение «я». Может быть, многие из его преданных читателей, людей, ежедневно ждущих с нетерпением его статей и фельетонов, все-таки из-за этой его нелюбви упоминать о себе не знают, что он частый гость в армиях Западного фронта, что многие его статьи написаны не в Москве, не в редакции, а под Брянском, под Можайском, под Волоколамском. Газета попадает в самые отдаленные уголки великого фронта, и в этих уголках знают автора статей только по его любимому имени, по гневным строкам, по непоколебимой вере в победу.

Но на Западном фронте хорошо знают и не только статьи Эренбурга. На Западном фронте хорошо знают его сутуловатую фигуру. Вот он вылезает из машины, вот он идет вместе с командирами и бойцами туда, где рвутся снаряды, туда, откуда видно поле боя, — сегодня под Бородиным, завтра под Гжатском, то поле боя, которое сейчас он должен непременно увидеть своими глазами, для того, чтобы завтра написать о нем так, чтобы оно встало в глазах сотен тысяч людей. ("Красная звезда", СССР)

* * *

Крещатицкий парижанин

Не люблю в Эренбурга – камней,
хоть меня вы камнями побейте.
Он, всех маршалов наших умней,
нас привел в сорок пятом к победе.
Танк назвали «Илья Эренбург».
На броне эти буквы блистали.
Танк форсировал Днепр или Буг,
но в бинокль наблюдал за ним Сталин.
Не пускали, газету прочтя,
Эренбурга на самокрутки,
и чернейшая зависть вождя
чуть подымливала из трубки.
Чем опасен был гений газет
всемогуществу гения злого?
Власть сексотов, орудий, ракет
завидуща к всевластию слова.
И, продумывая погром,
вождь, быть может, неслышимо буркнул:
«Кто окажется под пером
после Гитлера у Эренбурга?»
Желчным скептиком став от обид,
был в наивности неподражаем
вечный русско-советский жид
и крещатицкий парижанин.
Он был счастлив на rue de Passi
и под лорковскими небесами,
но дамокловы эти усы
над беретом и там нависали.
А усам-то – им как угодишь?
Стать расческой для них?
На хрен им-то
его нежно любимый Париж,
его Хулио Хуренито.
Всех евреев загнать за Читу
вздумал вождь (по их просьбе – не палкой!),
чтобы вновь узаконить черту
беззаконной оседлости жалкой.
По евреям пошел перепуг:
либо подпись твоя, либо гибель,
так что корчился Эренбург,
будто смерд, на невидимой дыбе.
Красноречием немоты
не отделаться, если всё глухо,
и не смог пересечь он черты
поднадзорной оседлости духа.
Но слоновьи взревел в небосвод
его танк, что дошел до Берлина,
так что смерзлись в лиловый лед,
став не пишущими, чернила.
И вступил Эренбург в диалог,
и подкинул он столько сомнений,
так что самоназначенный бог
вдруг застопорил подлый свой гений.
Эренбург возражать не дерзал,
но во времени мерзостно грозном
то, что он полупротив сказал,
не решился сказать даже Гроссман.
Наша жизнь – как потомкам письмо.
В нем – свидетельства славы и краха.
Не умрет, к сожаленью, само
всё подписанное от страха.
Но когда обвиняют сейчас
как в предательстве, в «полупротив»,
их спросить бы: есть совесть у вас?
Вы всю жизнь свою полностью врете!
Полурыцарь и полупророк
выше вас, и вам с ним не сравниться.
Танк «Илья Эренбург» нам помог –
спас правдивость мучительных строк,
раздавил с полуправдой страницы.

Евгений Евтушенко.

Edited at 2016-05-26 09:59 am (UTC)

Илья Эренбург

Илья Эренбург, Эренбург убей немца, Эренбург публицистика
21.06.42: Год тому назад в коротенькую ночь серо-зеленые солдаты, как гады, ползли среди некошенной травы. Наши молодые бойцы сначала верили, что перед ними обманутые люди, которых можно образумить словом. А гады ползли, вырывали у девушек груди, вешали. И теперь ненависть к врагу, как уголь, жжет сердце России. Недавно в трамвае ехал боец-снайпер. Товарищ сказал про него: «Он застрелил семьдесят немцев». И тогда старая женщина, вся седенькая, морщинистая, подошла к снайперу и с необычайной лаской сказала: «Спасибо!..». ("Красная звезда", СССР)

27.01.42: Враг в ноябре считал, что он выиграл битву. Я читал немецкий приказ: отдельным частям запрещается самовольно проникать в Москву. Они готовились к торжественному в’езду. Они боялись, что кашевар Фриц пройдется по Красной площади до эс-эсовского обершарфюрера. Тирольский шпик уже шил себе шинель на енотах: он хотел проехать по Садовой в открытом автомобиле...

Но Красная Армия знала, что Москвы она не отдаст. Это знал Сталин. Это знал каждый боец. Враг пробивался к Загорску. Враг подходил к Рязани. Три тысячи немецких танков пробивали дорогу к Москве. Враг учел все: и план обхвата столицы и свой перевес в моторах, и двухлетний опыт своих войск. Он все учел кроме одного: враг не знал, что такое Россия.

В Кремле сидел Сталин и спокойный говорил: Москвы не сдадим. В московских пригородах стояли красноармейцы — дети четырех углов нашей великой страны — суровые сибиряки и мечтательные украинцы, гордые грузины и стойкие ленинградцы, все они повторяли: Москвы не сдадим. Шли с востока самолеты, танки, орудия. Шли с востока дивизии. Развязка надвигалась.

В дни нашего наступления мы с благодарностью вспоминаем, героев московской обороны. Командующий Западным фронтом генерал армии Жуков изо дня в день подтачивал силы врага. Мы тогда отходили шаг за шагом, это были тяжелые шаги, и каждый шаг стоил немцам тысячей жизней. Им дали взглянуть на Москву в бинокль. Они дорого заплатили за это зрелище. Немногие из обладателей биноклей унесли свои кости. ("Красная звезда", СССР)

Edited at 2015-06-19 09:57 am (UTC)

И.Эренбург в 20-й армии. Справа генерал А.Власов.
Снимок 1942 года
Илья Эренбург, генерал А.Власов, Эренбург убей немца, Эренбург публицистика
11.03.42: Блиндажи для господ офицеров обставляют чуть ли не с роскошью. Как зверь в нору, они перетащили сюда добычу — краденое добро из колхозных домов. Здесь можно найти и никелированную кровать, и самовар. А женские платья служат грабителям коврами.

Приятно, когда к такой немецкой норе подходит наш танк. Немцы выбегают, визжат — им не до ковров. Один молодой танкист докладывает час спустя: «Заметили, что перебили тридцать фрицев, а сколько их в блиндаже погибло, этого мы не знаем — не считали». В его словах скромность и сила художника, закончившего большое полотно...

Генерал Власов разговаривает с бойцами. Любовно и доверчиво смотрят бойцы на своего командира: имя Власова связано с наступлением — от Красной Поляны до Лудиной горы. У генерала рост метр девяносто и хороший суворовский язык. Он говорит бойцам о немецком солдате: «Прошлым летом он воевал со смаком. А теперь?.. Теперь он воюет с перепугу»... ("Красная звезда", СССР)

Edited at 2018-04-11 11:17 am (UTC)

Харьковский процесс 1943 года.
Слева направо: водитель душегубки Михаил Буланов, унтер-штурмфюрер Ганс Риц, старший ефрейтор гестапо Рейнгард Рецлав, капитан Вильгельм Лангхельд.

Снимок А.Капустянского, 1943 год
идеология фашизма, что творили гитлеровцы с русскими прежде чем расстрелять, что творили гитлеровцы с русскими женщинами, зверства фашистов, зверства фашистов над женщинами, зверства фашистов над детьми, издевательства фашистов над мирным населением
18.12.43: Риц этот, как юрист и музыкант, употребляет благозвучные выражения. Он, например, не говорит, что жителей Варшавы душили в «душегубках», нет, он выражается иначе: «Некоторая часть населения Варшавы была эвакуирована в газовых автомобилях». Он благоразумно не упоминает, куда именно были эвакуированы несчастные. Что он делал, этот маленький хорек? Ничего, особенного. Расстреливал. Но он не лишен добрых чувств. Он не поленился спуститься в яму, чтобы прикончить раненых. Ничего не поделаешь, — в душе он артист. Скольких он убил своими руками? Он считает: один раз шестьдесят, потом еще шестьдесят, итого сто двадцать. В зале нет Гретхен, и Рицу не перед кем прикидываться безжалостным арийцем. Он овечка. Он призван на службу недавно, это тотальный фриц. Притом и он против Гитлера. Он даже против Гиммлера. Хорьку неохота умирать...

Стандартные убийцы... Их программа уничтожать все народы, кроме немецкого Их идеал — газовый автомобиль. Это не люди и не звери, они злые автоматы. Они отвечают монотонно. У них лица без выражения. Они верят только в номера, в бирки, да еще в «душегубку». Смерть для них — это газовый автомобиль — быстро, дешево и удобно. Можно в один день убить несколько тысяч. А в год? Они прикидывают, ведь они хотят истребить человечество, эти бешеные пигмеи, эти тупицы, вооруженные современным оружием, эти микробы, восставшие на человека. От них душно и темно в большом светлом зале. Нет, нельзя жить, пока водятся на земле такие. Да простят мне судьи. Да простит мне и та, о которой я писал вчера, — великая богиня правосудия. Я думаю сейчас о другом суде. Он протекает на полях Украины и Белоруссии. Сотни тысяч таких лангхельдов, рицов и рецлавов еще рыщут по нашей земле. Никто не знает приговора трибунала, разбирающего дело о трех немцах в городе Харькове, но другой приговор давно вынесен над гитлеровской Германией. Его вынесла Красная Армия. Его вынесла Россия. Его вынесло человечество. ("Красная звезда", СССР)

Edited at 2016-05-26 09:15 am (UTC)

27.06.42: Рихард Громмель образно выразил тот процесс гниения, который начался в душе немецкого солдата. Война — тяжелое испытание, война проверяет огнем душу народа и душу каждого человека. Под военной выправкой у немцев оказалась гнилая душонка. Они сызмальства готовились к войне, как к грандиозному параду, и война потрясла их своей ненарядностью, своей жестокой простотой. Они много и часто говорили о смерти, казалось, они с ней сроднились, но они были подготовлены к убийству, а не к самопожертвованию. Они десять лет слышали простуженный лай своего фюрера, в котором были и лесть и науськивание: «Вы — раса избранных. Вы — народ господ. Мир принадлежит только вам». Слушать это им было приятно. Приятно было каждому из них, как представителю «избранной расы», пить шампанское в парижском шантане. Но настали тяжелые дни. «Народ господ», попав в Россию, встретил неожиданное для него сопротивление...

Солдаты смерти умирают не только от пуль или снарядов, они умирают от внутренней пустоты, от лжи своих начальников, от злобы, жадной и всепоглощающей. Они откармливали эту злобу, как гадюку, рассчитывая, что змея ужалит других, но вот гадюка обвила тело самой Германии и жалит ее сердце... Вооружение Красной Армии может напоминать вооружение германской армии. Стратегия двух сторон может обнаруживать точки соприкосновения. Но нет ничего общего между красноармейцем и солдатом гитлеровской армии: герой и преступник, мужественный человек, отстаивающий родину, и профессионал-убийца. Два несовместимых мира. ("Красная звезда", СССР)

Edited at 2015-04-22 06:21 am (UTC)

28.06.44: В огромной битве важна роль каждого, в ней нет статистов. Порой от поведения любого бойца зависит судьба батальона и полка. Сотни тысяч героев сейчас освобождают Белоруссию. Но есть во всех битвах, разворачивающихся на нашей земле — от обороны Москвы до Сталинграда и от Сталинграда до теперешнего наступления — печать одного гения, одного режиссера и вдохновителя. Военные теоретики Великобритании и США уже пишут труды о стратегии Сталина. Мы не можем взглянуть на нашего Главнокомандующего глазами сторонних наблюдателей или истории: он для нас нечто близкое, свое; мы видим в нем воплощение нашего народа. И всё же мы различаем в военных операциях его почерк, его голос, — в огромном размахе и в будничной, хозяйской, деловой разработке каждой детали; в том, что страна, которая равно славилась своим богатством и своей хаотичностью, создала армию, которая лупит немецких педантов; в том, что страна, изображаемая еще недавно на картах зеленым пятном, страна богатырей без доспехов и брусиловских полков без снарядов, приводит в трепет рейхсвер с его Эссеном, с его Сен-Этьеном и Пильзеном; в том, что талантливый народ, бывший прежде народом самоучек, выдвинул генералов, которые дают одновременные сеансы игры прославленным последователям фон Шлиффена. Всё, что создает каждый наш фронтовик — его подвиги и победы, связано со Сталиным, и Сталин воюет за всех, вкладывая в общее свой индивидуальный талант, свое творчество, свое умение. ("Красная звезда", СССР)

Edited at 2015-06-28 09:58 pm (UTC)

Илья Эренбург

Soviet Calendar. Thirty years of the Soviet State. 1947
Илья Эренбург, стихи о войне, статьи о ВОВ

Edited at 2015-10-15 09:16 pm (UTC)

Почему они кричат? И чего они хотят!

«Убей немца! Его нельзя оставить живым. Убей немца, чтобы спасти тысячи невинных. Убей, пока у него автомат. Убей!»

Так пишет Эренбург.

Чего кипятится этот жид? Он визжит, брызжа слюной от ярости, призывая нас убивать врагов ЕГО народа.

Да! Немцы безжалостно истребляли жидов.

Туда им и дорога!

Вот почему так яростно лает эта жидовская собака – Эренбург.

Товарищи! Видели ли вы когда-нибудь, сами, эти «немецкие зверства» по отношению к русскому народу, о которых денно и нощно твердит советская пропаганда, все эти Эренбурги? Нет, вы их никогда не видели, и видеть не могли, потому что это сплошной вымысел.

А вот еврейские зверства мы пережили сами на своей спине.

Коллективизация, во время которой погибли десятки миллионов русских крестьян, замученные и расстрелянные в застенках НКВД, сталинские тюрьмы и концлагери, опутавшие колючей проволокой всю нашу Родину, ведь это не вымысел, не пропаганда, а страшная действительность.

Это дело жидовских рук!

Сталин открыл церкви, но он никогда не распустит колхозы.

Сталин ввел ордена Суворова и Кутузова, но он никогда не отменит кабальные «указы» и «законы», превращающие рабочего в раба.

Сталин, не задумываясь посылает на фронт русских стариков, детей и женщин, но он никогда не пошлет на смерть ни одного наглого, от'евшегося в тылу еврея.

Сталин заставит русский народ переносить любые жертвы, любые муки, но он никогда не ущемит интересов советского еврейского кагала.

Подумай сам, почему это так?

Не потому ли, что Сталин еврейский ставленник? Не потому ли, что большевизм, это хитро замаскированная еврейская лавочка?

Кровью и потом русского народа живут еврейские паразиты!

Евреи преследуют сейчас, посылая нас русских на убой, еще одну, скрытую цель:

«Убей немца!!!» - вопит Эренбург.

«И сдохни заодно сам!» - думает он в душе. Евреи знают, что русский народ озлоблен против них.

Поймите: они смертельно боятся нас!

Поэтому им выгодно, чтобы к концу войны русских осталось как можно меньше, особенно мужщин.

С ужасом думают они о том моменте, когда, наконец, война кончится, когда миллионы вооруженных русских, перестанут «убивать немцев» и повернут назад, домой.

Не начнут ли, они тогда, чего доброго, БИТЬ ЖИДОВ, сметя все НКВД!?

Поэтому им надо, чтобы Красная армия была обескровлена и измотана до предела. В этом их интересы полностью совпадают с интересами англо-американских капиталистов, которые, кстати, в своем большинстве, тоже иудейского происхождения.

Товарищ! ЖИД ХОЧЕТ ТВОЕЙ ГИБЕЛИ!

«Убей немца!» - кричит он.

ИДИ СЮДА, К НАМ! – говорим тебе мы.

СОХРАНИ СВОЮ ЖИЗНЬ. ОНА ЕЩЕ ПРИГОДИТСЯ ТЕБЕ И ТВОЕМУ НАРОДУ
.

Сохрани свою жизнь для того, чтобы вернуться домой и взять за шиворот жидовское отродье!

На этой стороне находятся миллионы твоих братьев, которые собираются после войны вернуться к себе на Родину, но не собираются снова попасть под сталинскую кабалу.

Многие из них вооружились, в виду предстоящей борьбы.

ИДИ СЮДА! ТВОЕ МЕСТО С НАМИ!

ВЛАСОВЦЫ
.
885/Ш. 44.»


_____________________________________________________
Листовки Русской Освободительной Армии генерала Власова

Edited at 2015-10-28 10:29 am (UTC)

Михаил Шолохов и Илья Эренбург.
Снимок 1938 года
Михаил Шолохов, Илья Эренбург

Edited at 2015-11-06 09:48 am (UTC)

Писатели А.Н.Толстой, К.М.Симонов, И.Г.Эренбург и начальник отдела Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков Дмитрий Кудрявцев

Харьков, декабрь 1943 года
зверства фашистов в Харькове

Edited at 2015-11-20 04:50 pm (UTC)

Илья Эренбург.
Снимок В.Темина, 1941 год
Илья Эренбург, статьи о войне

Edited at 2016-05-26 09:56 am (UTC)

Писатель Илья Эренбург беседует с солдатами.

Снимок В.Темина, 1942 год
Илья Эренбург

Edited at 2018-04-11 11:20 am (UTC)

Илья Эренбург. Ненависть.

Воениздат НКО СССР. - 21 с.; 14 см. - (Библиотека красноармейца. Из фронтовой жизни), 1942 год


Edited at 2018-10-20 10:17 am (UTC)

  • 1