Ярослав Огнев (0gnev) wrote,
Ярослав Огнев
0gnev

Category:

Москва в ночи налетов

газета «Известия», 23 июля 1941 годаТ.Тэсс || «Известия» №172, 23 июля 1941 года

СЕГОДНЯ В ГАЗЕТЕ: ПЕРВАЯ СТРАНИЦА. Приказ Народного Комиссара Обороны Союза ССР. Указы Президиума Верховного Совета СССР. От Советского Информбюро. ВТОРАЯ СТРАНИЦА. Указы Президиума Верховного Совета СССР о награждении орденами и медалями СССР начальствующего и рядового состава Красной Армии. ТРЕТЬЯ СТРАНИЦА. Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении орденами и медалями. СССР начальствующего состава Красной Армии. Налет немецких самолетов на Москву в ночь с 22 на 23 июля. Секретные документы германского главного командования о подготовке немецко-фашистскими войсками широкого применении отравляющих веществ, в войне с СССР. ЧЕТВЕРТАЯ СТРАНИЦА. Послание Рузвельта конгрессу. Выступление Уэллеса на пресс-конференции. Движение солидарности с СССР в Англии. Крупные налеты англичан на города Германии.



# Все статьи за 23 июля 1941 года.



«Известия», 23 июля 1941 года

Воздушная тревога началась в тот час, когда Москва жила полной жизнью. Позванивали затемненные трамваи, из открытых дверей кино выходили зрители, по улицам шел народ, возвращаясь с работы.

Высоко и тревожно заныли сирены, и все стало иным.

Проворно, как жуки, разбегались по переулкам машины, пришвартовываясь к тротуарам. Остановились трамваи. Отцепив от проводов усики, остановились троллейбусы. Быстро расходились по убежищам люди. Через несколько минут все улицы были пусты. На крышах, чуть видные на фоне темного неба, появились силуэты дежурных противопожарной обороны.

Было темно и тихо. Бой часов Кремлевской башни медленно и строго пролился над городом.

Далеко ударили зенитки. Они били часто и глухо.

Отдельным самолетам врага удалось прорваться, они приблизились к Москве.

Послышалось гудение моторов, — и в ту же секунду на небо лег луч прожектора, навстречу ему ринулся другой, лучи скрестились, подобно копьям, двинулись, обшаривая небо, и вдруг остановились.

Между ними забился, как пойманное насекомое, вражеский самолет.

На секунду он замер, ослепленный, затем повернул назад. Лучи двинулись за ним. Небо прорезал длинный светящийся пунктир, — пролетели трассирующие пули. По самолету ударила зенитка. Она ударила раз, другой, — самолет вздрогнул, накренился на одно крыло, вдруг быстрая полоска огня пробежала по крылу, самолет вспыхнул, как факел, и рухнул вниз.

На одной из крыш раздались аплодисменты. Стоя на крышах домов, дежурные аплодировали хорошей работе советских зенитчиков.

Английский журналист Верт, рассказывая об опыте Лондона, довольно резонно говорил, что стоять на крыше в то время, когда неприятель одновременно с зажигательными бомбами может бросить фугасные, — не слишком приятно. Но ведь сражаться с немецкими танками тоже может быть «неприятно». Однако это необходимо.

Люди, стоявшие в эту ночь на крышах московских домов, превосходно это поняли. Самолеты врага бросали бомбы со звериным упорством и тупостью — на детские ясли, на жилые бараки, в реку, на просторную площадь. В яслях не было детей, дежурные выкинули бомбу с крыши, пламя продвинулось по чердаку, но было немедленно потушено пожарной командой. Молодой паренек, стоявший на крыше барака, схватил бомбу за хвост, сбросил ее вниз и сам загасил подожженное место водой и песком. На площадь, куда упало несколько зажигательных бомб, выскочили дружинники, молодые ребята, растащили бомбы, как головешки, и еще ворчали друг на друга: «Что ты мою бомбу хватаешь...»

Люди показали бесстрашие, хладнокровие, умение работать, умение быть спокойными в тревожную минуту. В целом ряде случаев дежурные противопожарной обороны расправлялись с бомбами сами, не вызывая пожарную часть.

Пожарные тоже показали отличную работу в эти дни. Заместитель начальника 10-й команды тов. Шершнев, приехав на пожар, только успел выскочить из кабины машины, как на него упали две зажигательные бомбы. Одна ушибла ему руку, другая поранила ногу, но он продолжал работать всю ночь. Самоотверженно работал ствольщик Минкин, сбивавший огонь могучей струей воды; боец Петченков один вскрыл всю кровлю загоревшегося дома и помог Минкину быстро затушить пламя. Начальник караула Линяев лез в самое пекло, в огонь и дым, ломом раскрывая перекрытия, увлекая за собою бойцов. Начальник 10-й команды т. Ефремов сам работал вместе с домовыми командами, не давая распространиться пламени, затушив его в короткий срок.

Люди работали быстро, решительно, с точной и четкой расстановкой сил. Дело решала не только личная храбрость, но уменье действовать сообща, помогая и выручая друг друга. Пять с половиной часов вражеские самолеты со звериным упорством лезли в Москву. Пять с половиной часов мы били их, отгоняя, — и отогнали. На следующий день, ровно в тот же час, самолеты врага снова появились над Москвою — и снова были отбиты. Никогда еще, кажется, мы не любили так Москву, как в эти дни. Никогда еще не любили так ясную чистоту нашего города, прекрасные и стройные его очертания, все, что было сделано в нем руками советских людей. Мы защитим от врага Москву, ибо каждый из нас готов закрыть ее своей грудью. // Татьяна Тэсс.

___________________________________________
К.Федин: Рабы Гитлера* ("Литературная газета", СССР)
П.Ролин: Первые итоги боев с фашистской авиацией* ("Красная звезда", СССР)
М.Сувинский: Разговор с немецкими пленными летчиками* ("Известия", СССР)
Б.Лавренев: У обломков фашистского самолета* ("Ленинградская правда", СССР)
М.Громадин: Провал налетов фашистской авиации на Москву* ("Красная звезда", СССР)

Газета «Известия» №172 (7548), 23 июля 1941 года
Tags: 1941, газета «Известия», июль 1941, лето 1941
Subscribe

Posts from This Journal “лето 1941” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments