Ярослав Огнев (0gnev) wrote,
Ярослав Огнев
0gnev

Category:

В.Каверин. Клятва юных || «Известия» 30.04.1943

газета «Известия», 30 апреля 1943 годаВ.Каверин || «Известия» №101, 30 апреля 1943 года

Да здравствует свобода и независимость нашей славной Советской Родины! Да здравствует нерушимая дружба народов нашей страны! Да здравствует Всесоюзная Коммунистическая партия большевиков, партия Ленина-Сталина — вдохновитель и организатор борьбы за победу над немецко-фашистскими захватчиками! (Из призывов ЦК ВКП(б) к 1 Мая 1943 года)



# Все статьи за 30 апреля 1943 года.



Мы встречались всегда неожиданно, — сказал мой друг капитан-лейтенант. — В нём самом было что-то неожиданное, быстрое, меняющееся ежеминутно. Я как-то сказал ему, что он похож на детский калейдоскоп, — повернешь, и разноцветные стёклышки вдруг ложатся в новое сочетание. Каждый день он начинал жизнь сначала. По утрам он будил меня, подражая охотничьему рогу. Вечерняя прогулка была для него путешествием в далёкий, неведомый край. Он был бескорыстен, обидчив и смел, и всё вместе было рыцарским и мальчишеским одновременно. И в самой внешности его эти черты были заметны с первого взгляда. Высокого роста, голубоглазый, с широким добрым лицом, он в любом обществе легко становился главным человеком, и не потому, что блистал остроумием, а потому, что нельзя было оставаться равнодушным к его детской любознательности, к его быстрому доброму вниманию.

Он приезжал ко мне, и уже на другой день бродил по берегу, окружённый толпой мальчишек. Он ездил с ними на рыбную ловлю, устраивал экспедиции за редкими камнями. Он рассказывал им множество историй, и самая обыкновенная жизнь всегда получалась в этих историях удивительной, странной, чудесной.

В Феодосии он предложил школьникам организовать «команду помощи семьям красноармейцев». И это было великолепно слаженной игрой, с тайными паролями, с товарищескими судами, игрой, за которой чувствовалось серьёзное, высокое отношение к жизни. Впрочем, он говорил, что эту мысль подал им Ким. У него был сын, которого звали Кимом.

С волнением я слушал рассказ капитан-лейтенанта.

«Но вот началась война, — продолжал он, — и я потерял Г. из виду. Мы дрались под Гомелем, под Киевом, под Москвой. Весной 1942 года небольшая группа моряков под моей командой была заброшена в глубокий тыл, и десять дней мы провели в лесах, готовясь к захвату немецкого аэродрома. Командование отложило операцию. Наши запасы кончились, и пришлось выйти на поиски продовольствия.

В красноармейской гимнастёрке, злой и усталый, я залёг в полукилометре от небольшого селения. Немцы ходили по дворам. Я видел, как они гнали по улице барана, жирного барана, который жалобно кричал, догадываясь, что его сейчас зажарят. Барана, будь ты проклят! — это и был мой план — пригнать в отряд барана. Кстати, всё это происходило накануне 1 Мая, а нам до смерти хотелось отметить праздник приличным мясным обедом.

Прошло часа два, и на пыльной просёлочной дороге, круто завернувшей к селу, я увидел мальчика, лет шестнадцати, который ехал верхом на маленькой гнедой лошадке. Он свернул в лес, прошёл немного, ведя лошадку в поводу, и остановился совсем близко от меня на опушке, прикрытой с дороги густой стеною старых елей.

Он свистнул прерывисто, нежно, подражая какой-то птице, и другой мальчик, поменьше, в мохнатой кепке скатился откуда-то сверху и вытянулся, поднеся руку к козырьку.

Я не слышал, о чём он сказал ему. Но это был рапорт, — вот, что меня поразило. Как настоящий командир, первый выслушал его и, отдав честь, пожал руку, потом предложил сесть, и они устроились на пеньках, разговаривая о чём-то серьёзном сдержанными голосами.

— Ребята, — сказал я негромко. — Эй, ребята!

Они обернулись, и тот, что поменьше, мигом исчез в кустах. Справа, от меня чуть шевельнулись ёлочки. Он был уже там, по всем правилам военной науки, обойдя меня с фланга.

— Поговорим, — сказал я первому.

Он подошёл. Это был рыжий, широкоскулый мальчик, неуклюжий, с медленными движениями.

— Ты из этой деревни?

— Да, — спокойно отвечал он. — A ты кто, дяденька?

— Красноармеец. К своим пробираюсь.

Он промолчал.

— Ну, ладно. А что тебе надо?

— Хлеба.

Он помолчал.

— А это в лесу тоже ваши?

— Хорошая разведка, — отвечал я. — Да, тоже наши.

— Ладно, дяденька, пошли.

— Куда?

— Не бойсь, дяденька, — возразил он и усмехнулся, — за хлебом.

Два мальчика присоединились к нам, и, пройдя больницу, мы скрылись в диком старом лесу. Лес этот был завален буреломом, под огромными елями было почти темно.

Наконец, мы остановились. Рыжий мальчик исчез в груде бурелома, образовавшей нечто вроде пещеры, и минуту спустя я как будто из-под земли услышал его громкий голос, а еще через минуту из «пещеры» показался Г.

— Леон Константинович! – сказал он громко во всю грудь, во весь голос, — милый друг!

Да, это был он, изменившийся, похудевший, но с тем же добрым мальчишеским блеском в глазах...

Не помню, о чём мы говорили в первую минуту встречи. Он спрашивал, я не успевал отвечать.

— Да ты же голоден, чорт возьми! — сказал он. — Саша, тащи барана, живо!

И рыжий мальчик исчез, а через несколько минут передо мной появилась жирная баранья нога и хлеб, — сколько угодно хлеба.

Вот как Г. оказался в далёком немецком тылу: в самом начале войны он был в Пинской флотилии. В конце июля 1941 года моряки перетащили вооружение на берег, положили пушки на машины, пулемёты на лошадей и, обнажив головы, потопили суда.

Поздней осенью отряд получил приказание вернуться к своим, и Г. просил разрешения остаться.

— С партизанами, — об’яснил он, смеясь, — с особым отрядом имени Кима.

Это был тайный союз мальчиков в округе против немцев, ворвавшихся в их дома и школы. Они видели всё, эти мальчики. У одного была зарезана на глазах мать, у другого брат висел с доской на груди на городской площади, третий бежал из родной деревни, всадив нож в глотку немецкого солдата. Многие в своё время входили в местную «команду помощи семьям красноармейцев». Теперь перед ними были другие задачи. Они подрывали мосты, закладывали на дорогах мины. Они подпиливали телеграфные столбы. Отличные разведчики, они вели наблюдение за движением немецких эшелонов. Они обеспечивали связь между партизанскими отрядами и разрывали её между немецкими частями.

И Г. с его великим романтическим вкусом ко всему необыкновенному в жизни командовал этими маленькими солдатами, которые его обожали.

Я остался в отряде имени Кима до утра. А утром, — это было 1 мая, — я был свидетелем картины, которая поразила меня и запомнилась навсегда.

На поляне, широко освещённой солнцем, стояли мальчики, кто в сапогах, а кто и босиком, но в безукоризненном воинском строю. Команда «смирно!» послышалась, — её отдал рыжий Саша, который ради торжественного дня был одет в серый, широкий, должно быть, отцовский пиджак, украшенный красной лентой, — и Г. вышел на поляну. Двое ребят несли за ним знамя, — выцветшее и измятое, — настоящее боевое знамя.

Подтянутый и серьёзный, но с весёлым блеском в глазах, Г. поздравил отряд с праздником 1 Мая. Я был уверен, что сейчас услышу торжественное обещание, которое дают ребята, получая пионерский галстук. Но слова воинской клятвы вдруг прозвучали перед строем, сдержанно отдаваясь в глубине старого леса.

— Я, гражданин Советского Союза, — негромко говорил Г., и мальчики, бледные от восторга и волнения, повторяли за ним:

— Я, гражданин Советского Союза...

— Торжественно клянусь, — говорил Г.

— Торжественно клянусь...

Юные бойцы опустились на одно колено, произнося скупые слова партизанской клятвы.

У меня в горле перехватило. Стыдно признаться, — слёзы невольно подступили к глазам.

— Ну и ребята. Ну и ребята, — повторял я шопотом. — Ну и ребята...

Г. отпустил мальчиков, и мы остались одни.

— На-днях я рассказал им, — сказал он, — что немцы распилили и увезли из Петергофа статую Самсона, и ты бы видел, с какими лицами они слушали меня.

— Ты прав, это наше будущее. Кто, если не эти мальчики, будут строить новые города, сажать леса, подымать опустевшие земли? Вернётся Самсон, а если немцы переплавили его на снаряды, — эти мальчики отольют нового Самсона, и он так же будет блистать на солнце, подымая тост за здоровье нового поколения, которое ничего не уступило духу смерти без ожесточённой борьбы. Ты скажешь, это романтика, поэзия! Ну, что ж, я старый романтик, а поэзия — на вооружении в отряде имени Кима. Кстати, зайди к нему, когда ты будешь в Москве...

В полдень я вернулся к своим, и праздник 1 Мая был отмечен великолепным обедом.

Мы просидели в Брянских лесах ещё неделю.

Наконец, приказ был получен. Не стану подробно рассказывать о захвате Н-ского аэродрома, — в своё время об этом писали в газетах. Скажу только, что, вернувшись, я имел счастье доложить, что 38 фашистских машин больше никогда не будут бомбить наши города и сёла.

В Москве я позвонил Киму, и высокий, румяный юноша в форме курсанта военно-морского училища явился ко мне, и, отдав на пороге честь, сказал:

— Товарищ капитан-лейтенант, явился по вашему приказанию.

Я рассказал ему об отце, передал привет, и он выслушал меня, держась прямо и глядя прямо в лицо решительными и мечтательными глазами.

— Отряд имени Кима, — немного покраснев, переспросил он. — Значит, отец уверен, что из меня выйдет толк. Ну, что ж, я постараюсь не обмануть его ожиданий… // В.Каверин.


**************************************************************************************************************************************************
От Советского Информбюро*


Утреннее сообщение 29 апреля

В течение ночи на 29 апреля на фронтах существенных изменений не произошло.



На Западном фронте наш разведывательный отряд проник в тыл противника и атаковал колонну гитлеровцев, направлявшуюся к линии фронта. Советские бойцы истребили 60 немецких солдат и офицеров и захватили пленных.



Западнее Ростова на Дону происходила артиллерийская перестрелка с противником. Огнём нашей артиллерии разрушено 4 дзота, подавлен огонь артиллерийской и двух миномётных батарей, рассеяно и частью уничтожено до батальона немецкой пехоты.

Нашими лётчиками в воздушных боях сбито 3 немецких самолёта.



Южнее Балаклеи разведчики Н-ской части пробрались в тыл противника и истребили 50 немецких солдат и двух офицеров.

Наши бомбардировщики ночью совершили налёт на аэродром противника. В результате бомбардировки на аэродроме возникло 6 очагов пожара.



На одном участке Северо-Западного фронта немецкая пехота под прикрытием дымовой завесы пыталась вести разведку нашей обороны. Миномётным и ружейно-пулемётным огнём гитлеровцы были рассеяны и отошли, оставив перед нашими позициями 40 трупов. Снайперами Н-ской части в течение дня и ночи уничтожено до 70 немецких солдат и офицеров.



В одном из районов Киевской области гитлеровцы пытались окружить и уничтожить труппу партизан, возвращавшуюся на свою базу. Партизан Андрей продвинулся вперёд и из ручного пулемёта уничтожил свыше 30 немцев. Воспользовавшись замешательством среди гитлеровцев, партизаны прорвали кольцо окружения. Партизанский отряд, действующий в Черниговской области, взорвал немецкий эшелон. Разбит паровоз и сгорело 58 цистерн с бензином. Партизаны отряда, действующего в Волынской области, с 22 по 24 апреля пустили под откос 3 воинских эшелона противника. Уничтожено 35 вагонов и 17 платформ. Убито большое число немецких солдат и офицеров.



Среди немецких солдат Минского гарнизона вспыхнули волнения. Один полк отказался выехать на фронт. К нему присоединился и штрафной батальон, расположенный в соседних казармах. Многие солдаты этих частей разбежались раньше, чем прибывшие эсэсовцы успели оцепить казармы. Немецкие военные власти произвели массовые аресты.



Борьба французских патриотов против немецких захватчиков принимает всё больший размах. Близ Мервилля французские железнодорожники организовали столкновение двух воинских поездов немецких оккупантов. На участке Бетюн—Лилль пущен под откос эшелон с коксом. Разбито 50 вагонов. Движение на этом участке было прервано на трое суток. В департаменте Севера только за две недели патриоты уничтожили свыше 3 тысяч тонн военных грузов. B Марселе молодые французы совершили нападение на группу немецких морских офицеров. B завязавшейся схватке уничтожено 6 гитлеровцев. В Париже, на бульваре Сен-Мишель, вольные стрелки бросили несколько гранат в немецкую казарму.


Вечернее сообщение 29 апреля

В течение 29 апреля на фронтах существенных изменений не произошло.



28 апреля частями нашей авиации на различных участках фронта уничтожено или повреждено не менее 20 немецких автомашин с войсками и грузами, разбит железнодорожный эшелон, подавлен огонь 5 артиллерийских батарей противника.



На Западном фронте наши части артиллерийским и ружейно-пулемётным огнём уничтожали технику и живую силу противника. В течение дня истреблено не менее 200 немецких солдат и офицеров. Снайперы тт. Назаров и Макаревич, уничтожили 10 гитлеровцев, снайперы тт. Шевинский и Шестаков убили 6 немцев. Группа разведчиков во главе с сержантом т. Глазыриным проникла в расположение противника. Разведчики уничтожили гарнизон вражеского дзота и, захватив пулемёт и личное оружие убитых немецких солдат, вернулись в свою часть.



Севернее Чугуева передовые подразделения Н-ской части огнём из всех видов оружия отбили попытку немецкой пехоты переправиться через водный рубеж. На поле боя остались десятки вражеских трупов. Красноармеец тов. Невегель из противотанкового ружья сбил самолёт противника.



Западнее Ростова на Дону гитлеровцы неоднократно пытались овладеть высотой, имеющей важное значение. Бойцы Н-ского подразделения миномётным и ружейно-пулемётным огнём отбили все атаки противника. К исходу дня наши бойцы контратаковали немцев и значительно улучшили свои позиции. На поле боя осталось много вражеских трупов.



На Волховском фронте огнём нашей артиллерии уничтожены 3 артиллерийские батареи, 3 противотанковых орудия, разрушено 4 дзота и потоплено на переправе 4 лодки с немецкими солдатами.



Партизанский отряд, действующий в одном из районов Каменец-Подольской области, заминировал железнодорожные пути. 8 апреля на рассвете немецкий эшелон наскочил на мины. В результате крушения уничтожены 15 вагонов с боеприпасами. Семь платформ с автомашинами и 8 платформ с танками свалились под откос. Автомашины и танки партизаны сожгли. К месту крушения гитлеровцы направили несколько воинских подразделений. Ружейно-пулемётным огнём советские патриоты уничтожили 60 немецко-фашистских оккупантов. На-днях этот же отряд партизан уничтожил нефтебазу противника. Сожжено более 50 тонн горючего.



Перешедший на сторону Красной Армии солдат 38 немецкой пехотной дивизии поляк Ян Плотка рассказал: «Наша дивизия прибыла на фронт в первой половине апреля из гор. Нанта (Франция). В дивизии много поляков из Поморья, Верхней Силезии и Познанского воеводства. До войны я жил в Польше, в Картузском уезде, и работал в хозяйстве отца. Когда гитлеровцы захватили Польшу, к нам приехал немецкий помещик Гензер. Он забрал наше хозяйство и землю, а меня и отца превратил в своих батраков. Такая же участь постигла многих моих односельчан. Провожая в армию, родные сказали мне: «Если попадёшь на фронт, сразу переходи к русским». Я так и сделал. Улучив удобный момент, я вместе с Болеславом Пилат переплыл Донец и сдался в плен».



Югославские партизаны в районе гор. Фоча разгромили итальянский отряд и уничтожили 80 солдат противника. В районе Чадежа партизаны отразили атаку численно превосходящих сил оккупантов и уничтожили более 100 итальянских солдат и офицеров. // Совинформбюро.

________________________________________________________
Б.Галин: Хутор в огне* || «Красная звезда» №78, 3 апреля 1943 года
Партизанская награда* || «Красная звезда» №29, 5 февраля 1943 года
П.Павленко: Семья Игнатовых* || «Красная звезда» №109, 11 мая 1943 года
С.Виноградов: Дед Талаш и его внук || «Красная звезда» №116, 19 мая 1943 года
Всеми силами помогают партизаны Красной Армии || «Известия» №116, 19 мая 1943 года
Т.Строкач: Партизанская весна на Украине* || «Красная звезда» №110, 12 мая 1943 года

Газета «Известия» №101 (8094), 30 апреля 1943 года
Tags: 1943, апрель 1943, весна 1943, газета «Известия», советские партизаны
Subscribe

Posts from This Journal “1943” Tag

  • Клеймо гитлеровской Германии

    К.Федин || « Правда» №192, 2 августа 1943 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: От Советского Информбюро. Оперативная сводка за 1 августа (1 стр.). Л.Огнев.…

  • На курской дуге

    Б.Галин || « Красная звезда» №165, 15 июля 1943 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: Сообщение Советского Информбюро (1 стр.). Судебный процесс по делу о…

  • Разбитая немецкая броня

    П.Слесарев || « Красная звезда» №145, 22 июня 1943 года Ряд крупнейших сражений, завершенных советскими войсками в свою пользу, показал…

  • Подвиг Андриана Стерлева

    « Красная звезда» №135, 10 июня 1943 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: Сообщения Советского Информбюро (1 стр.). Указ Президиума Верховного Совета СССР (1…

  • Кризис доктора Геббельса

    Д.Заславский || « Красная звезда» №128, 2 июня 1943 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: Сообщения Советского Информбюро (1 стр.). Вручение орденов и…

  • Илья Эренбург. В дни затишья

    И.Эренбург || « Красная звезда» №117, 20 мая 1943 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: Указы Президиума Верховного Совета СССР (1 стр.). Сообщения…

  • Польша — гитлеровский «дом смерти»

    Н.Сергеева || « Правда» №103, 21 апреля 1943 года СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: Сообщение ТАСС (1 стр.). От Советского Информбюро (1 стр.). Указы…

  • Л.Славин. Дороги идут на запад

    Л.Славин || « Известия» №74, 30 марта 1943 года Наступили решающие дни подготовки к севу. Успешно завершим ремонт тракторов и…

  • Илья Эренбург. Наша звезда

    И.Эренбург || « Красная звезда» №43, 21 февраля 1943 года Под знаменем Ленина, под водительством Сталина — вперед, за разгром немецких…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments